Девочка и пёс - Евгений Викторович Донтфа

это её душа, которую облачко только что украло у неё. Но она легко отмахнулась от подобной чепухи. Женский образ некоторое время мерцал разными цветами, затем возникла большая надпись: "Идентификация успешно завершена. Субъект опознан как биологический организм вида Homo sapiens линия С10 геномная модификация Ева-Би16-8902Олдер, прямой потомок исходного альфа-предка лектотип 1. Подлинность признана достаточной. Авторизация одобрена. Доступ открыт. Желаете активировать объект Марк 2?". С сильно бьющимся сердцем Алитоя выбрала "Да". Изображение лежащего человека засияло зеленым, субстанция закрывающая ложе замерцала и растворилась, объект "Марк 2" открыл глаза, принял сидячее положение и, посмотрев на колдунью, спросил мужественным красивым баритоном: "Определите текущий статус и доминантную цель". Алитоя неотрывно глядела в его спокойные темно-карие глаза и пыталась совладать с охватившей её дрожью какого-то иррационального радостного возбуждения. Она еще ничего не понимала, но интуитивно чувствовала что происходит нечто потрясающее и прекрасное, что навсегда войдет в её жизнь некой грандиозной удачей. Она обольстительно улыбнулась и ласково погладила мужчину по щеке. Раз и навсегда она решила для себя что он всё равно мужчина, пусть у него и отсутствуют обязательные причиндалы самца, но самцов вокруг тысячи, а такой невероятный мужественный и обаятельный "объект марк 2" один единственный. И она твердо пообещала себе что он будет принадлежать ей. "Статус — влюблен в меня", проворковала Алитоя, "доминантная цель — служить мне". И уже многие годы Марк оставался в этом статусе и не изменял этой доминантной цели.

Он молча встал возле двери, ожидая распоряжений.

— Возьмешь портрет кирмианки у меня в кабинете, — сказала Алитоя, — сделаешь 20 копий и как только рассветёт отправляйся к Золе. Объясни ему, что я ищу эту девушку. Отдашь ему портреты и расскажешь о ней: зовут Минлу Такулада Хин, родом из селения Линрэн, 21 год, умна, внешне привлекательна, вооружена мечом, с которым умеет мастерски обращаться, так что пусть будут начеку. На всякий случай опиши меч — традиционная катана, однолезвийный, чуть изогнутый, с длинной рукоятью, если Зола не знает такого, нарисуй ему. Скажешь что кирмианка скоро должна прибыть в Акануран, но каким путем неизвестно. Зола должен сделать так, чтобы кирмианка попала ко мне. Против её воли и чтобы она не говорила. Но при этом она ни в коем случае не должна серьёзно пострадать. Ни при каких условиях она не должна быть изнасилована или покалечена. Донеси до него эту мысль со всей возможной доходчивостью, вплоть до того что ты лично выпотрошишь любого кто хотя бы попытается надругаться над ней. Пусть его люди ищут её по всем дорогам к городу и обязательно в порту. Дай ему понять что мне очень нужна эта девица и пообещай ему…, — Алитоя на пару секунд задумалась, — да, пусть будет 100 тон. Захочет аванса, больше 20 не давай. Ступай.

Не сказав ни слова, Марк вышел из спальни. Алитоя уже давным-давно перестала задавать ему глупые вопросы, вроде как "всё ясно?", "запомнил?". В этом не было необходимости. Она прекрасно знала, что её странный слуга понятлив и сообразителен сверх меры и всё что она говорит запоминает буквально дословно. Он обладал феноменальной памятью и легко мог воспроизвести речь любого, кого он слышал, причем не важно вчера или несколько лет назад. И на этом его таланты не заканчивались. Он запросто оперировал в уме любыми цифрами и моментально производил вычисления, которые не выполнили бы и за день десять лучших математиков Королевской академии наук. Он молниеносно мог сосчитать количество людей в толпе, бисеринок на костюме, листьев на дереве и т. д. Он никогда ничего не забывал, при этом все события он помнил с точной привязкой ко времени и с легкостью мог сказать свидетелем чему он был в 24 минуты первого часа третьего дня месяца Гор два года тому назад. Он никогда ничего не ел и не пил, он мог сымитировать эти действия, но потребности в них никакой не испытывал. Он прекрасно видел в темноте, а также до некоторой степени сквозь стены. Он был невероятно, немыслимо силен. Одной рукой он поднимал в воздух взрослого здоровенного мужика весом за 100 килограмм. Мог разбить кулаком огромный валун, проломить толстую кирпичную кладку или насквозь пробить человеческое тело. Мог согнуть стальную балку, разорвать на части любого зверя, остановить и отшвырнуть назад летящую на полном скаку лошадь и поднять и бросить в сторону кузнечную наковальню. Всему этому Алитоя была свидетельницей. При этом сам по себе Марк был практически неуязвим. Он мог стоять в огне, находиться сколь угодно долго под водой. Его не пронзали ни стрелы, ни копья, не разрубали мечи, не ломали огромные дубины. Алитоя давно уже поняла, что его кожа лишь чисто внешне напоминает человеческую, а на самом деле нечто совершенно иное, ей абсолютно неизвестное. Даже если лезвие клинка рассекало кожу, она очень быстро затягивалась и никакой крови никогда не появлялось. На самом деле иногда колдунья ловила себя на мысли что немного побаивается Марка Второго, как она в шутку называла его. Он не старел, не болел, и судя по всему был практически бессмертен. Алитоя совершенно не представляла что он такое и считала бы его полубогом, если бы он не был так по детски наивен. Несмотря на всю его сверхъестественную память и математические способности, его представления об окружающем мире, его знания о людях и их взаимоотношениях находились где-то на уровне семилетнего ребенка. Он очень многого не знал и не понимал, порой даже совсем тривиальных и очевидных вещей. И ей приходилось учить его, объяснять, открывать, рассказывать. Это доставляло ей немалое удовольствие, но иногда, с некоторой тревогой, она задавалась вопросом не воспринимает ли она Марка как своего ребенка. Но это конечно был вздор, да и учился он очень быстро, никогда ничего не забывал и потому взрослел тоже быстро. Но конечно только в том отношении какое Алитоя считала нужным, она лепила из него верное, покорное, умное орудие, совершенного слугу и помощника и вполне добилась в этом успеха. Впрочем, ей не нужно было прикладывать каких-то дополнительных усилий чтобы добиться от него верности. Его преданность по отношению к ней была абсолютна, безгранична и лишена каких бы то ни было сомнений. Как будто те первые слова что он услышал от неё в пещере навсегда и необратимо утвердили его в фанатичном, бездумном, безоговорочно преданном, прямо-таки рабском служении своей богине.

Алитоя улыбалась в темноту. А еще Марк мог говорить любым голосом, который хоть раз слышал, и издавать практически любой запах. Обычно