Другой Шинигами - Alchoz

так, чтобы время не бежало так быстро. Решение — часто открывать для себя что-то новое и неожиданное. Это может быть что угодно: новый курс, новая рутина в каком-то деле. Но со временем и это становится привычным и тоже превращается в рутину. Смена рутины сама становится рутинной. Я начинал чувствовать, что хочу «забраться на стену», чтобы избавиться от ощущения, что время летит слишком быстро.

Тренировки рядовых Четвертого Отряда, спарринги с Хи, редкие занятия с рядовыми Третьего Отряда, попытки учиться и исследовать духовную энергию, чтобы стать сильнее и знающее — всё это становилось для меня рутиной. Я заменял одно дело другим, но суть оставалась неизменной.

Третий Отряд, потеряв много людей в войне с квинси, получил индульгенцию на восстановление. Это означало, что нас отправляли в Мир Живых только в экстренных случаях, которые случались нечасто. В остальное время нам не разрешалось покидать Сейретей, чтобы избежать опасностей. Я мог использовать это время для личного развития, но оно текло неумолимо медленно.

Даже не заметил, как рядовые, которых я обучал, завершили своё обучение и стали полноценными духовными медиками. Это звание не достигается за один или даже три года. В среднем, рядовым Четвертого Отряда требуется около восьми лет, чтобы стать духовным доктором. Для меня это время пролетело, словно мгновение.

Я не особо интересовался их прогрессом в духовной медицине, так как это не привлекало моё внимание, но был удивлён, когда увидел, что они получили врачебные подсумки. Это стало для них поводом считать себя в чём-то лучше меня. Это звучало детски, но одно занятие по медицинским кидо заставило их отказаться от попыток оспорить моё превосходство.

Мои слова им были такими:

— Когда вы достигнете шикая, тогда можете пытаться говорить всем, что вы лучше.

Не скажу, что им это понравилось, но я не сильно волновался. У них все еще были асаучи, а не занпакто, и за это я над ними издевался. Говорил, что они умеют делать операции, а все равно не знают имени своего занпакто… Вы просто слабенькие. Это было прекрасным стимулом для них самим развиваться, чтобы побыстрее пробудить свое духовное оружие.

Это заняло еще примерно десять лет, которые я тоже тратил на развитие, но оно было невероятно медленным и непостоянным. И достигли они примерно в одно и то же время. Мне это было очень интересно, потому что я наблюдал за нитями связи, а также позволял себе немного с ними экспериментировать. Открытие того, что я могу экспериментировать с ними было достаточно неожиданным и спонтанным. Я разделил группу рядовых на две подгруппы. Одна из них развивалась естественным путем, а над другой я ставил незаметные эксперименты.

Когда происходит зарождение небольшой нити связи между асаучи и душой, можно потянуть и вытянуть этот нарост, сделав его больше. Если провести такую операцию, то тот, на ком ее провели, окажется ослаблен на некоторое время, но тогда нить сформируется намного быстрее.

У каждого шинигами разное количество нитей, которые нужно создать, чтобы продвинуться в понимании своего занпакто. Когда они узнают имя, эти нити резко утолщаются и покрываются плотным духовным напылением, что не позволяет почти никак влиять на них. В этом почти-то и вся загвоздка. У меня есть понимание, как можно разорвать эту нить, но я ничего не делал, чтобы проверить свою теорию. Я не хочу, чтобы эти рядовые Четвертого Отряда получили ненужные ранения.

— Поздравляю, — сказал я им, когда они выстроились в последний раз передо мной. — Вы сумели сделать первый далекий шаг к личному развитию и достижению более впечатляющих высот. Еще раз поздравляю.

Я захлопал в ладоши. Рядовые повторили это за мной и позволили довольным улыбкам появиться на своих лицах. Понятно, что они рады этому достижению, потому что это уже сильнее выделяет их среди всех рядовых, которые не достигли такого не только в Четвертом Отряде, но и во всех других.

— Спасибо, инструктор, — проговорили они громким хором в ответ.

— Тогда я не буду с вами прощаться, — хмыкнул им. — Мы еще точно встретимся и не один раз.

Оставив все еще рядовых стоять на полигоне, я направился к капитану Четвертого Отряда, которая уже давно знала о том, что я завершил обучение ее рядовых и таким образом исполнил собственное обещание, данное еще тогда во время войны с квинси.

— Хитоши, как там? — поинтересовалась у меня Унохана, когда я наконец-то вошел в ее кабинет. — Вижу, что ты наконец-то завершил работу с ними.

— Да, Рецу, — ответил женщине и уселся в кресло, чтобы немного расслабиться. Хотя не то чтобы я сильно устал за последнее время. — Они выпустились из моей школы.

— О-о, — протянула капитан с легкой ухмылкой. — Вижу, у тебя уже появилась школа. Хах!

— Ха, — поддержал ее смешком.

— Но в целом, я могу сказать, что ты очень хорошо сработал, — проговорила женщина. — Я, если честно, даже не думала, что у тебя получится так хорошо с ними поработать.

— Как говорят, терпение и труд все перетрут, — проговорил женщине.

— Да, ты прав, — кивнула она удовлетворенно. — Спасибо за работу. Уже знаешь, какие у тебя будут дальнейшие планы? Что будешь делать дальше?

— Пока не знаю, — пожал плечами. — Скоро должен будет быть еще один выпуск. Возможно, организуют дополнительное обучение медсестер.

— О-о, — протянула Унохана. — Я думаю, это будет неплохим решением. Шинигами, которые разбираются в духовной медицине, всегда не хватает.

— И я о том же, — кивнул головой.

— Кстати, — начала говорить Унохана, — не знаю, слышал ли ты или нет, но ходят слухи, что Третий Отряд наконец-то вернется к активной работе в Мире Живых.

— Что действительно? — удивился на какое-то мгновение. — Не слышал ничего такого. Но в целом логично. Мы достаточно неплохо восстановили наши силы.

И действительно, за это время Третий Отряд получил достаточно много рядовых, которые закрыли все доступные позиции. Теперь нужно ожидать, пока кто-то из них сумеет пробудить свой занпакто, а затем и достигнуть шикая, чтобы заполнить все свободные офицерские места.

На последок я покормил занпакто Уноханы своей кровью, и уже тогда отправился обратно в бараки Третьего Отряда. Меня встретило несколько рядовых, которые стояли на страже. Парни поклонились, приветствуя, а я сам направился во внутрь.

Стоило мне только сделать несколько десятков шагов, как из сюнпо появилась Хи Аямане, которая уже несколько лет с гордостью носит шеврон пятого офицера Третьего Отряда. Она гордо поставила руки на бока и позволила ухмылке появиться на своем лице.

— Четвертый офицер, — начала говорить она. — Наконец-то вы вернулись. Я хотела бы попросить вас о еще одном спарринге.