Архив комиссара Каина - Сэнди Митчелл

— Мы не сможем наладить оборону везде, — указал Броклау. — Даже если все полки получат воздушную мобильность, для каждой контратаки потребуется время.

— Точно так, — подтвердил Живан, — и именно поэтому мы будем применять стратегию поэтапного подкрепления. — Он улыбнулся и выглядел при этом более спокойным, чем за все время с тех пор, как я оставил его посреди напряженной дискуссии с Эмберли, — очень похожей на отражение атаки Гвардией.

— Я не уверен, что понимаю вас, — вмешался молодой комиссар.

— Все довольно просто, — заверил его Живан. — Когда тираниды нападут на населенное плато, против них выдвинутся местные силы СПО и доложат о состоянии дел. Подкрепление с ближайших плато, располагающих гарнизонами СПО, начнет прибывать сразу же, выигрывая, таким образом, время для ближайшего гвардейского полка на то, чтобы поднять в воздух силы быстрого реагирования.

— Это должно сработать, — согласился я.

Таким образом, сотрудникам Киша оставалось немного больше времени на эвакуацию гражданских, а то пушечное мясо для гаунтов, которое представляли собой СПО, должно было хотя бы замедлить продвижение тиранидов — на достаточное время, чтобы в бой вступили настоящие солдаты. Как мне показалось, я не мог бы выдумать лучшего плана действий, хотя, если бы знал, что Живан, сам о том не догадываясь, предоставил мне еще одну возможность расстаться с жизнью, я, вне сомнения, отнесся бы к подобному раскладу с гораздо меньшим энтузиазмом.

Глава семнадцатая

В продолжение нескольких следующих дней казалось, что предложенная Живаном стратегия работает. Насколько можно было судить, тираниды, как и предсказывали аналитики, все еще ограничивали свои разорительные набеги низкими и малонаселенными плато, — должен признаться, я был весьма рад тому, что Хоарфелл не подпадал ни под одно из этих определений. Конечно же, не хочу сказать, что мы расслабились и перестали ожидать нападения на наши позиции: все мы знали по опыту одну важнейшую вещь касательно хитинового ужаса, которому противостояли, — непредсказуемость. Поэтому Кастин держала полк в состоянии боевой готовности на тот случай, если ликтор или выводок чистокровных генокрадов каким-то образом сумеет пробраться на плато, несмотря на все предосторожности.

Кроме этой, конечно, оставалась еще одна забота — угроза появления флота-улья никуда еще не делась. Хотя его прибытие все еще откладывалось, что неплохо, но в тот момент, когда он вынырнет из варпа, следовало ожидать, что всю планету покроют споры тиранидов и нам придется вступить в яростное сражение независимо от готовности и местоположения.

Единственной хорошей новостью было то, что нам, 597-му, больше не нужно было беспокоиться о террористических нападениях со стороны гибридов генокрадов, потому как те меры безопасности, которые мы установили после инцидента с топливной баржей, очевидно, оказались достаточными, чтобы не дать им снова обосноваться в Дариене, — хотя по всей остальной планете, даже там, где о наличии гнезд до того не подозревали, поднимали голову другие выводки, случались теракты, нацеленные на подрыв обороны против прибывающих роев. Я не часто получал сообщения от Эмберли во время этой напряженной интерлюдии, перемежавшейся время от времени огневыми контактами, поскольку внимание инквизитора, очевидно, полностью сосредоточилось на том, чтобы искоренить раковую опухоль предательства среди СПО, одновременно не теряя обнаруженного ею на Окраине Ада следа, который мог привести ее к техножрецу-отступнику прежде, чем до него доберутся тираниды (либо Лазур со своей командой, что, на ее взгляд, было одинаково плохо).

Киш тоже времени зря не терял. Он и его юстикары предпринимали попытки эвакуировать поселения, находившиеся, как предполагалось, в наибольшей опасности. Переместить население низко расположенных плато на более высокие и потому безопасные (по крайней мере, до того времени, пока не появится флот-улей, потому что тогда понятие «безопасно» будет подразумевать лишь крепкий металлический бункер с противовзрывной дверью), и эта стратегия, кроме того чтобы спасти бессчетное количество жизней, должна была также не позволить захватчикам пополнить ресурсы, необходимые им для увеличения собственных сил. Конечно, предприятие это было чрезвычайного размаха, и слишком часто флот дирижаблей прибывал в какое-нибудь несчастное поселение лишь для того, чтобы обнаружить, что от него не осталось ничего, кроме таких же опустевших построек, какие мы обнаружили на Окраине Ада.

Пока развертывались все эти события, полк наш в первый раз получил возможность выступить против тиранидов. Несколько наших батальонов были по воздуху доставлены для укрепления прогибающейся обороны СПО там, где тираниды выступали против городов или индустриальных зон, достаточно крупных, чтобы был смысл их защищать, — и должен с удовольствием сказать, что солдаты наши показали себя с самой лучшей стороны, несмотря на ту психологическую травму, которую несла с собой новая встреча с ужасным врагом.[416]

Конечно, чем успешнее мы эвакуировали небольшие поселения, тем вернее подталкивали тиранидов к тому, чтобы осуществлять массированные наступления на более крупные и потому жизненно важные цели, так что, оглядываясь назад, я могу предположить, что победы, которые мы одерживали, были некоторым образом пирровыми и попросту вынуждали нас вступать через несколько часов в еще более отчаянные схватки, но мрачная статистика жертв была, кажется, до некоторой степени в нашу пользу. Я не сомневался, что мы заставляем тиранидов платить за каждый сантиметр захваченной земли пролитым ихором. Любой другой неприятель приостановился бы под теми ударами, которые мы им наносили, но тираниды обращали на потери в своих рядах не больше внимания, чем мы — на отработанную энергетическую батарею. И все же как мы оказались бы в затруднении, истратив весь боезапас, так и каждая брешь, пробитая в их рядах, представляла собой пусть небольшое, но снижение их способности сражаться дальше, а установка сжигать все тела тиранидов, которые оказывались в наших руках (не говоря уже о телах собственных солдат), лишала их возможности легко и быстро восстановить численность. Если бы флот-улей, породивший их, по какой-либо причине задержался, полагаю, мы могли бы даже довести свое превосходство до переломной точки и успешно зачистить от врага поверхность Периремунды.

Конечно же, этого не произошло. Флот-улей прибыл в свое время, как и наше подкрепление, после чего главный фронт кампании сместился в космос и сражения на орбите стали настолько же важны, как и битвы на поверхности планеты (по крайней мере, так говорится в официальных отчетах; те события, в которые я оказался вовлеченным, вполне могли бы изменить судьбу Галактики, хотя относительно того, насколько далеко идущие последствия они имели, мне предстояло оставаться в неведении еще десятилетия, до тех времен, когда начался безумный поход Аббадона, направленный в самое сердце Империума).[417]

Но я забегаю вперед. О чем мне хотелось бы рассказать, так это о дне, когда все двери ада разверзлись и мои тайные враги предприняли еще одну попытку убить меня, а мне, в свою очередь, пришлось узнать гораздо больше, чем я когда-либо желал, об истинной природе Инквизиции.

Впрочем, начиналось все достаточно безобидно, как и бывает как раз тогда, когда мне вот-вот придется столкнуться еще с одной смертельной угрозой и выжигающим все внутренности ужасом. Я болтался на командном посту, пытаясь, как и все остальные, не показать, что пялюсь на гололит, выискивая первые признаки флота-улья, выходящего из варпа, и потому обсуждал с Кастин степень нашей готовности к этому. На данный момент четыре наших взвода были развернуты для поддержки СПО, и все они вернулись в хорошем расположении духа, несмотря на неизбежные потери.[418]

Я не преминул высказать похвалу полковнику за ее решение начать отработку тактических приемов боя с тиранидами, столь дорогой ценой приобретенных ветеранами нашего полка, и она благодарно приняла ее.

— Кажется, эти действия окупают себя, — признала Кастин.

Я кинул взгляд на планшет, показывающий текущую обстановку. Вторая рота ожидала в резерве, и ее можно было почти мгновенно мобилизовать, пара взводов даже находилась непосредственно на аэродроме, ожидая лишь вокс-сообщения, чтобы набиться в транспортные челноки, реквизированные нами вместе с парой гражданских пилотов, которые, похоже, не считали ежедневные вылеты в зоны боевых действий большим удовольствием, но и не решались спорить с такой кучей вооруженных людей. Десантные катера с военных кораблей, конечно, были бы предпочтительнее, но, как уж заведено, их всегда меньше, чем требуется, и наша позиция на Хоарфелле ставила нас в наименее выгодное положение. Живан постановил, что транспортные средства, способные вместить роту, гораздо эффективнее использовать для перемещения тех подразделений, что находятся ближе всех к врагу (это означало также, что этих самых солдат можно будет увести в безопасное место, если дела пойдут из рук вон плохо, но, конечно же, никто не был настолько бестактен, чтобы сообщить об этом гражданским властям).