Начинающий адепт - Пирс Энтони

— Леди, ты позабыла своего мужа? Быть такого не может!

Но Голубая Леди, похоже, была настроена очень серьезно:

— Его я не знаю. И тебя тоже не знаю. Что я вообще здесь делаю посреди табуна этих животных?

Стайл увидел, что Нейса с Клипом ошеломлены ничуть не меньше. Они попятились прочь от Беллы и друг от друга, как будто неожиданно повстречали незнакомцев.

— Смахивает на амнезию, — заключила Шина. — Не думаю, что они тебя разыгрывают.

— Лета! — воскликнул Стайл. — Воды Леты — шкура Беллы была пропитана ею!

— Я подумала, что это был яд, — отозвалась Шина. — Он не может повредить мне, разумеется… Но думаю, твои друзья лишились памяти вместо тебя. Ради тебя.

— Я верну им память! — крикнул Стайл и ощутил, как подкосились коленки.

Пострадали все, кроме него! Он напряг ум, чтобы придумать подходящее контрзаклятие. Согласно мифологии, Лета — это одна из рек в царстве Аида. А что является ее противоположностью? Река памяти? На каждое волшебство должно существовать контрволшебство. Мнемозина[37], вот что это! Если б его коснулись капли воды из Леты, вряд ли он вспомнил бы об этих мифах!

То была потрясающе изящная ловушка. Вода безвредна, поэтому не вызовет тревогу среди единорогов. Вода Леты была природной и происходила с Фазы, поэтому не несла на себе явных следов Адептов. Если бы она поразила Стайла, он не пострадал бы физически и не испытал бы никаких психических мук от своего забвения. Поэтому Оракул эту ловушку не заметил: он предупреждает только о явных, серьезных угрозах.

Стайла спасла лишь мгновенная реакция его друзей. Сами бы они не смогли восстановить ему память — они же не были Адептами. Главным и единственным человеком, нуждавшимся в защите в первую очередь, был Стайл. Но ловушка не достигла цели, и Адепты этим ничего не добились.

Стайл сыграл на гармонике и пропел: «Лета память отнимает у людей, Мнемозина пусть вернет ее скорей». Сформировалось облако — и тут же пролилось дождем на его друзей, их накрыло водами памяти.

Голубая Леди потрогала рукой намокшие волосы.

— О, я вспомнила! — воскликнула она в ужасе. — Мой Голубой Лорд, как я могла забыть тебя?!

— Это потому, что приняла ты на себя воду, предназначавшуюся для меня, — объяснил Стайл. — И Клип с Нейсой тоже. Вы — мои спасители.

Однако время поджимало. Он без промедления наложил на Беллу чары правды и узнал, что она не принимала никакого участия в заговоре и в соблазнении Клипа не участвовала. Адепты использовали Беллу без ее на то согласия, а Лета стерла ее воспоминания. Они внушили ей желание отряхнуться от влаги, когда к ней приблизится Голубой Адепт, и Белла даже не понимала истинный смысл этого действия. Итак, она была невиновна, если не учитывать того факта, что она сама по себе целиком была ходячей ловушкой.

— И все же, после свершенного Беллой мы не можем стерпеть ее присутствия меж нас, — мрачно отозвался Верховный Жеребец. — Навлекла она позор на меня и мой табун. Ведь я уверял тебя в полной безопасности подле нашего табуна, Адепт.

Возразить на это Стайлу было нечего. Пострадала гордость Жеребца, а более гордого существа на Фазе вряд ли можно сыскать. К тому же единороги были самыми упрямыми существами этого мира — если уж они что решили, то их не переубедить. На уступки Жеребец не пойдет.

Стайл и его друзья с грустью смотрели, как удаляется повторно изгнанная сородичами Белла. Она обернулась цаплей и упорхнула в лес, красивая и одинокая. А Стайл вдруг поймал себя на мысли, что больнее всех сейчас именно Клипу.

Стайл схватил Шину за руку и переместился к новой точке перехода, они прошли сквозь Занавес, а потом быстро побежали к размещенному поблизости куполу.

Шина, не страдающая от недостатка кислорода, произнесла:

— Я бы тоже не прочь все позабыть, — имея в виду, что ей хотелось быть живой.

Они воспользовалась транспортной капсулой, предназначенной только для Граждан, и запрограммировали ее на случайный адрес неподалеку от Шанду — места проведения делового собрания. Считалось, что эти капсулы — самое безопасное место на Протоне: Граждане очень трепетно относились к неприкосновенности своей частной жизни, поэтому транспортные капсулы были защищены по последнему слову техники.

— Мы можем связаться с Меллоном? — спросил Стайл.

Шина проверила возможность связи, применив кодирование, понятное только ее машинным друзьям.

— Нет, он находится под наблюдением, как и твой домашний купол. Они позволяют ему работать над преумножением твоего богатства и даже помогают ему. Возможно, делают из него еще одну приманку для тебя, еще одну засаду.

— Любимый способ моих врагов. Насколько богатым он сделал меня на данный момент?

— Что-то между девяноста и девяноста пятью килограммами протонита, — ответила она после небольшой паузы. — Состояние растет с потрясающей скоростью: по несколько кило в час. Когда начнется собрание Граждан, ты приблизишься к отметке в сто килограммов.

— Но этого недостаточно! — разочарованно воскликнул Стайл. — Пари должны увеличить мое состояние в четыре раза. А это значит, что исходный размер состояния должен составлять как минимум пятьсот килограммов, если я хочу достичь конечной цели. И у меня такое чувство, что лучше бы мне ее достичь.

— Меллон знает об этом, но за столь короткий срок даже он вряд ли сможет справиться. Он утроил твою сумму, но намекнул, что дополнительно могут понадобиться твои специфические навыки.

— Я польщен его верой в меня! — Стайл нахмурился. — У меня есть пятнадцать минут до начала собрания. Как мне за это время упятерить свое состояние и при этом не быть убитым?!

— Я не знаю, — честно призналась Шина. — Ты больше не можешь заключать пари с отдельными гражданами. Граждан, которые в состоянии поставить на кон такую сумму, совсем немного, и никто из них не станет заключать с тобой сделку. У тебя громадный капитал, и они знают, что смогут избавиться от тебя, если просто помешают тебе наращивать состояние. Именно поэтому они провозгласили для всех остальных Граждан мораторий на любые сделки с тобой.

— Итак, если действовать по их правилам, они победят. Если им не удастся убить меня, то тогда они просто проголосуют за отмену моего Гражданства.

— Да, боюсь, что так, Стайл.

— Дай-ка подумать.

Стайл сосредоточился. Он и раньше попадал в сложные ситуации, например, недавно в гоблинских владениях. Тогда он спасся, воспользовавшись Занавесом. Теперь Занавес ему не поможет: он потратит большую часть времени просто на то, чтобы до него добраться, и при этом уже не состоится его обязательное появление на собрании Граждан в Шанду. Оставалось тринадцать минут.