"Фантастика - 2024". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) (ЛП) - Атаманов Михаил Александрович

— Здесь пьют водку. Считай через нее, — потребовала она.

— Тогда литров десять. — Однорукий опустил глаза.

— Ведро дешевого пойла, вашу мать! — Элеонора длинно вычурно выругалась и заплакала. Дэн смущенно отвел глаза и принялся ковырять кончиком железного крюка спинку кровати.

— Витя, я не могу так больше. — Стас бросил кирку и опустился на покрытый водой пол штольни. — Я подыхаю!

Виктор поправил съехавшую на ухо каску с прикрученным к ней тусклым фонариком, встал на колени рядом с другом и извлек из-за пазухи кусок чистой белой материи.

— Потерпи немного, мы обязательно выберемся.

— Тебе хорошо говорить: потерпи, — захныкал Стас, сдергивая дырявые перчатки и разматывая заскорузлые повязки на ладонях. — Ты здоров, силен, ты даже, мать твою, элегантен в этих лохмотьях. Каждый день чинишь их и чистишь, как стиляга. Тебе ничего не мешает стать здесь счастливым: легко делаешь норму и за себя, и за меня.

— Ты закончил перечислять мои грехи? — Витя смущенно напряг свои налитые силой мышиы. — Я не виноват, что тебя проносит от их еды.

Стас замолчал. Прошло уже очень много времени с тех пор, как работорговцы напали на лабораторию гридеров и похитили весь ее персонал вместе с подопытными кроликами. Виктор не мог сказать точно — сколько. Местные сутки были длиннее земных, и пересчитать прошедшие дни в привычные недели и месяцы было невозможно. Одно он знал точно — этот новый плен пошел лично ему на пользу. В лучшей форме, чем сейчас, он никогда не был. Калорийная еда в неограниченных количествах, физический труд, хотя и в затопленных водой душных шахтах, зато не больше шести часов в день, сделали из хлипкого служащего мускулистого шахтера, бодрого и поджарого, как гончая. Обилие свободного времени для примитивного отдыха и таких же примитивных развлечений, продолжительный сон строго по режиму уничтожили в нем неврастеника, меланхолика и фаталиста. Хозяева рудников очень трепетно относились к своим живым машинам и эксплуатировали их в весьма щадящем режиме. Жизнь была прекрасна, за исключением маленьких недостатков, среди которых был вечно ноющий Стас. Виктор действительно не был виноват, что его друг не мог есть местную пишу, приготовленную в основном из обитавших здесь же в подземельях насекомых. Если ему и удавалось затолкать в себя несколько кусков, то его скручивал мощный реактивный понос. Стас похудел и ослабел, только с помощью Виктора он добирался до штольни, где они рубили кирками драгоценную гравитронную руду.

— Еще неделя, и я не смогу подняться утром с постели, — едва выговорил Стас, наблюдая, как Виктор промывает пузырящиеся мозоли и зловонные язвочки у него на ладонях.

— Тебя вылечат. Ты зря не хочешь сходить к врачу. Ты же видел, даже старики доживают здесь до естественной смерти. Умирают только те, кто не подчиняется правилам.

— Как солдаты, которые устроили мятеж сразу после прибытия, — скрипнул зубами Стас.

— Ты помнишь, как они умерли. «Слоны» заставили нас затыкать их прутьями до смерти. И ты их убивал. И я тоже.

— Заткнись! Я до сих пор жалею, что не оказался с ними. Всё из-за твоей трусости!

— Я тебе жизнь спас и сейчас спасу. — Виктор уже привык пропускать мимо ушей упреки Стаса, тем более что в них было очень мало смысла. — Сходи к врачу, и тебе дадут работу полегче.

— Доктор у них — гридер. — Стас сморщился так, будто Витя заставил его съесть лимон, нашпигованный живыми тараканами.

— Пора бы забыть о расовых предрассудках. Врач — такой же раб, как и ты. — Виктор уже в сотый раз уговаривал друга обратиться за медицинской помощью, но так и не смог победить его предубеждения перед синими докторами. Ему оставалось самому бинтовать раны друга свежими полосками материи и поддерживать его дух жизнерадостными разговорами.

— Спасибо, Блин. Извини, если я чего ляпнул. — Стас улыбнулся.

— Всё нормально. — Виктор ободряюще похлопал друга по плечу. — Мы еще вымоем сапоги в их крови, приятель.

— В этом ты прав. — Бывший водитель взял в руки кирку и неожиданно добавил: — Ты как хочешь, а я сейчас пойду убивать.

— Кого? — нахмурился Виктор.

— Всех! Мне ненавистна эта планета и все ее обитатели, и ты, Блин, мне противен. Сколько времени ты твердишь: убежим, убежим, сапоги помоем, а сам ничего для этого не делаешь. Похоже, тебе здесь даже нравится.

— Да, нравится. — Витя сверкнул глазами. — По сравнению с нашей земной конторой здесь настоящий рай. У меня даже появилось время на личную жизнь.

— Личную жизнь! — захохотал Стас и выронил кирку себе на ногу, вскрикнул от боли, но смеяться не перестал. — Блин! Ты имеешь в виду ту цыпочку, покрытую зелеными пупырышками и с хохолком рыжих перьев на затылке? У нее же зубы треугольные и в три ряда, как у акулы.

— Ты не прав, она очень симпатичная. — Виктор задумчиво сжал пальцы в кулак, размышляя — набить морду другу или продолжать терпеть его издевательства.

— Это даже не женщина, это — гермафродит, — не унимался обессилевший от хохота Стас. — Ну ты даешь!

— Не твое дело. — Виктор покраснел и, чтобы сменить тему разговора, достал из нагрудного кармана сложенный вчетверо лист бумаги. Он давно таскал его с собой, но показать другу не решался, потому что если Стас увидит его, то пути к отступлению уже не будет. — Лучше посмотри, что эта зеленая акула для нас достала, — сказал он, нехотя передавая Стасу бумагу.

Тот с интересом рассмотрел ее и пожал плечами:

— Что это за фигня?

— Переверни. Ты смотришь ее вверх ногами, — процедил Виктор сквозь зубы, уже горько сожалея о том, что делает.

— Извини, местной грамоте не обучен.

— А зря. — Витя тяжело вздохнул и пустился в объяснения: — Это план транспортного корабля, который каждый день забирает из шахт переработанную руду. Здесь также есть краткая инструкция по управлению этой посудиной. Моя подружка, до того как попала сюда, служила вторым пилотом на кораблях такого типа.

— Ты хочешь сказать, мы захватим транспорт, — восхитился Стас, готовый действовать по любому плану. Лишь бы действовать.

— Да. Экипаж — всего два пилота и один сопровождающий.

— Убьем? — по-деловому спросил Стас, таким тоном, будто всю жизнь только тем и занимался, что убивал пилотов.

— Обязательно, — кивнул Виктор.

— Но как мы попадем на корабль? — Стас явно воодушевился открывающейся перед ними перспективой. — Нас и на погрузку отправляли только один раз, когда Гнус заболел.

— Это не самое сложное. — Витя поднял кирку и принялся за работу, привычно отсекая от каменистой стены маленькие осколки. Он был очень аккуратен и старался не помять редкие кристаллики гравитрона. — Мы с Рыжиком всё продумали.

— Рыжик — это твой зеленый гермафродит? — спросил Стас, выбирая из падающих в лужу осколков маленькие и в первые минуты пребывания на воздухе мягкие крупинки.

— Рыжик — это наш сообщник по побегу. Ее половая идентификация не имеет никакого значения.

— Учел. — Стас виновато улыбнулся. — Извини, друг. Ты настоящий герой, если общаешься с этой мразью ради нашего освобождения.

Виктор пропустил мимо ушей слова Стаса и продолжил:

— Среди тальманов, которые считают ящики при погрузке, есть ее соотечественник, очень на нее похожий. Он сопровождает груз до орбитальной платформы. Рыжик пойдет на погрузку вместо этого типа. Подмены никто не заметит, эти зеленые твари все на одно лицо. Даже стража их не различает. Но сам счетчик вряд ли захочет меняться. — Витя поднял с земли увесистый обломок породы и красноречиво покачал его в руке. — Придется проломить ему череп.

— Я готов! — Стас тоже взял в руку камень и несколько раз замахнулся, целясь в голову воображаемому противнику. — А как мы сами попадем на корабль?

— Во-первых, Гнус случайно сядет на мохондру и завтра у него будет болеть задница. Он — не ты. Он обязательно возьмет больничный. Эту груду говядины заменят двумя дохляками-землянами. То есть тобой и мной. Об этом я договорился. Во-вторых, Рыжик организует два пустых ящика на складе. Мы в них залезем, нас погрузят на транспорт, а моя подружка нас выпустит. Наша задача — нейтрализовать команду.