Сага Гарри Поттера - Джоан Роулинг

— Давайте же скорее, — простонал Рон. — Я, кажется, мог бы сожрать гиппогрифа.

Не успел он произнести эти слова, как двери Большого зала отворились, и воцарилась тишина. Профессор МакГонаголл повела к учительскому столу первоклассников. Гарри, Рон и Гермиона, конечно, тоже промокли, но это была ерунда в сравнении с тем, на что были похожи эти самые первоклассники — как будто они перебирались через озеро вплавь, а не на лодках. Все они, подходя к учительскому столу и выстраиваясь в шеренгу, дрожали, и от страха, и от холода — все, кроме самого маленького мальчика с волосами мышиного цвета. Он утопал в — Гарри сразу узнал её — кротовой шубе Огрида. Шуба была ему так велика, что, казалось, малыш укутан в чёрный меховой шатер. Над воротником виднелось крохотное личико, выражавшее почти болезненное восхищение. Встав рядом со своими товарищами, он поймал взгляд Колина Криви, поднял вверх оба больших пальца и сказал губами: «Я упал в озеро!». Он явно пребывал в бешеном восторге от случившегося.

К этому времени профессор МакГонаголл уже поставила перед первоклассниками трёхногий табурет и поместила на него чрезвычайно грязную, старую, залатанную колдовскую шляпу. Первоклассники уставились на неё. Как и все остальные. Какое-то мгновение в зале было тихо. Потом у края шляпы образовалась дыра, широко открывшаяся наподобие рта, и шляпа запела:

Лет тыщу, а то и поболе назад,

Меня тогда только пошили,

Четыре — о них и теперь говорят — Великих волшебника жили.

Отважен сын диких болот Гриффиндор,

Добра Хуффльпуфф, дочь равнины,

Умна Равенкло, родом с горных озер,

Хитёр Слизерин — порожденье трясины.

И маги задумали школу открыть,

В которой могли б, как мечтали,

Младых колдунов чародейству учить,

Так Хогварц они основали.

Но каждый свой колледж в той школе создал,

Поскольку в питомцах своих

Искали задатки тех главных начал,

Что были важнее для них.

Так, Гриффиндор отвагу

В учениках ценил,

У Равенкло пытливый ум

Всему мерилом был.

Для Хуффльпуфф упорный труд -

Начало всех начал.

Властолюбивый Слизерин

Тщеславных привечал.

Питомцев по нраву мог выбрать всегда

Без промаха каждый мудрец.

Но кто же займётся набором, когда

Их веку настанет конец?

Решенье бесстрашный нашел Гриффиндор,

Меня лихо сняв с головы,

Он молвил: "Поручим мы шляпе набор,

Вложив в нее знанья свои!"

Надень же меня, натянув до ушей,

Я в мысли твои погляжу,

Скажу без ошибки, не бойся, поверь,

Путь верный тебе укажу.

Шляпа закончила пение. Большой зал взорвался аплодисментами.

— Во время нашей сортировки она пела другую песню, — заметил Гарри, хлопая вместе со всеми.

— Она каждый год поёт новую, — сказал Рон, — представляешь, какая скука, быть шляпой? Наверно, она целый год сочиняет песню для следующей сортировки.

Профессор МакГонаголл развернула длинный пергаментный свиток.

— Я буду вызывать вас по фамилиям, а вы должны надеть шляпу и сесть на табурет, — объяснила она первоклассникам. — Когда шляпа объявит ваш колледж, встаёте и проходите за соответствующий стол.

— Аккерли, Стюарт!

Вперёд шагнул мальчик — было видно, что он трясётся с головы до ног — взял шляпу, надел её и сел на табурет.

— «Равенкло»! — выкрикнула шляпа.

Стюарт Аккерли снял шляпу и поспешил к равенкловскому столу, откуда неслись ликующие рукоплескания. Гарри краем глаза увидел Чу, Ищейку «Равенкло», вместе со всеми приветствовашую садившегося за стол Стюарта. Гарри охватило мимолётное желание тоже сесть за этот стол.

— Бэддок, Малкольм!

— «Слизерин»!

Теперь крики понеслись с другого конца зала; Гарри видел, как хлопал Бэддоку Малфой. Интересно, подумал Гарри, знает ли этот Бэддок, что из «Слизерина» вышло гораздо больше чёрных магов, чем из других колледжей. Когда Малкольм Бэддок садился за стол, Фред с Джорджем зашипели.

— Брэнстоун, Элеанор!

— «Хуффльпуфф»!

— Колдуэлл, Оуэн!

— «Хуффльпуфф»!

— Криви, Деннис!

Крошечный Деннис Криви шагнул вперёд и споткнулся о кротовую шубу Огрида, в то время как сам Огрид бочком протиснулся в дверь позади учительского стола. В два раза выше и в три раза шире любого нормального человека, Огрид, с его невероятной копной волос и косматой бородой, казался опасным — что было совершенно не так. Гарри, Рон и Гермиона лучше других знали, какое доброе у Огрида сердце. Усаживаясь за учительский стол, он подмигнул ребятам и стал смотреть, как Деннис надевает шляпу. Дырка на шляпе широко раскрылась, и…

— «Гриффиндор»! — провозгласила она.

Огрид захлопал в ладоши вместе со всеми гриффиндорцами, а Деннис Криви, с улыбкой до ушей, снял шляпу, поместил её обратно на табурет и побежал к своему брату.

— Колин, представляешь, я выпал! — весь дрожа от восторга, выкрикнул он, плюхаясь на свободное место. — Было так здорово! А в воде какая-то штука схватила меня и закинула назад в лодку!

— Клёво! — не менее восторженно ответил Колин. — Это, Деннис, скорее всего, был гигантский кальмар!

— Ух ты! — восхитился Деннис. Разумеется, никто, даже в самых безумных мечтах, не мог рассчитывать на такое счастье, что он сначала выпадет в штормовую погоду в неведомой глубины озеро, а потом будет выкинут оттуда огромным водяным монстром.

— Деннис! Деннис! Видишь того парня? С чёрными волосами и в очках? Видишь? Знаешь, кто это такой, Деннис?

Гарри отвернулся и повышенно-сосредоточенно уставился на шляпу, в данный момент проводившую сортировку Эммы Доббс.

Процедура длилась и длилась. Мальчики и девочки, с лицами, выражавшими испуг различной степени, один за другим подходили к трёхногому табурету. Шеренга медленно сокращалась — профессор МакГонаголл закончила с "Л".