Танец с драконами - George Martin

– Хэлдон, пошли приказ Мандрейку: он должен оставить в крепости гарнизон, а оставшихся людей вместе со всеми пленниками знатного происхождения переправить на Мыс Гнева.

– Как прикажете, милорд. Так сложилось, что Дом Эстермонтов имеет кровные связи с обеими королевскими семьями. Это хорошие заложники.

– И хорошие выкупы, – радостно добавил Бездомный Гарри.

– Кроме того, наступило время отправить весть принцу Эйегону, – сообщил лорд Джон.

– За стенами Гнезда Грифонов он будет в большей безопасности, чем в лагере.

– Я пошлю гонца, – вызвался Франклин Флауэрс, – но помяните моё слово, пареньку не очень понравится сидеть в безопасности. Он хочет находиться в гуще событий.

«Все мы были такими в его возрасте», – погрузился в воспоминания лорд Джон.

– Не наступило ли время поднять его знамя? – спросил Пиз.

– Ещё нет. Пусть Королевская Гавань думает, что это всего лишь возвращение лорда-изгнанника, пытающегося с помощью наёмников возвратить себе принадлежащее по праву рождения. Старая знакомая песня. Я даже напишу королю Томмену что-нибудь в этом роде и попрошу помилования и восстановления в правах владения землёй и титулом. Это даст им пищу для размышлений. А пока они будут колебаться, обдумывая ответ, мы пошлём тайные послания нашим возможным друзьям в Штормовых Землях и Просторе. И в Дорне.

Это был ключевой шаг. Мелкие лорды могут присоединиться к ним из страха или в надежде на награду, но только принц Дорнийский обладает достаточной силой, чтобы сокрушить Ланнистеров и их союзников. «Прежде всего, нам нужно заполучить Дорана Мартелла».

– На это мало шансов, – сказал Стрикленд. – Эти дорнийцы боятся собственных теней. Их нельзя назвать храбрецами.

«Не больше, чем тебя».

– Принц Доран – осторожный человек, это правда. Он никогда не примкнёт к нам, пока не будет уверен, что победа будет за нами. Поэтому мы должны убедить его, показав свою силу.

– Если у Пика и Риверса всё получится, мы удержим большую часть Мыса Гнева, – привёл довод Стрикленд. – Четыре замка за прошедшие дни – отличное начало. Но у нас пока только половина войска. Нужно подождать, когда подтянутся остатки моих людей. Кроме того, у нас нехватка лошадей, и нет слонов. Подождём, говорю я вам. Давайте соберёмся с силами, привлечём кое-каких мелких лордов под наши знамёна, позволим Лисоно Маару разослать шпионов, чтобы понять, что ожидать от наших врагов.

Коннингтон смерил обрюзгшего капитан-генерала прохладным взглядом. «Этот человек не Чёрное Сердце, не Злой Клинок и не Мэйелис Монстр. Он скорее дождётся, когда замёрзнут все семь преисподних, чем рискнёт заработать ещё пару мозолей».

– Мы пересекли полмира не для того, чтобы ждать. Наша наилучшая возможность – ударить быстро и сильно, до того как Королевская Гавань узнает, кто мы такие. Я собираюсь захватить Штормовой Предел. Это почти неприступный замок и последний плацдарм Станниса Баратеона на юге. Если у нас всё получится, мы будем иметь надёжный оплот, куда при необходимости можно отступить. И эта победа покажет, насколько мы сильны.

Капитаны Золотого Братства обменялись взглядами.

– Если Штормовой Предел до сих пор удерживается сторонниками Станниса, то мы просто отнимем у него замок. Но не у Ланнистеров, – возразил Брендел Берн. – Почему бы не объединиться с Баратеоном и не выступить против Ланнистеров вместе?

– Станнис – брат Роберта. Он из рода, низвергшего Дом Таргариенов, – напомнил ему Джон Коннингтон. – Более того, Станнис находится в тысяче лиг отсюда. Со всеми скудными силами, которыми он располагает. Нас разделяет целая страна. Только добраться до него займёт полгода, и ему почти нечего нам предложить.

– Если Штормовой Предел так неприступен, то как мы его захватим? – спросил Мало.

– Хитростью.

Бездомный Гарри Стрикленд покачал головой.

– Нам следует выждать.

– Да, мы подождём, – подтвердил Джон Коннингтон. – Десять дней. Не больше. Столько времени займут наши приготовления. Утром одиннадцатого дня мы выступаем на Штормовой Предел.

Принц присоединился к ним четыре дня спустя, прискакав во главе колонны из сотни всадников и трёх слонов, оглашавших округу своим рёвом. С ним была леди Лемора, снова одетая в белое платье септы. Чуть впереди в развевающемся на плечах снежно-белом плаще следовал сир Ролли с Утиного Поля.

«Надёжный человек, и верный, – подумал Коннингтон, глядя на спешившегося Утку. – Но недостойный звания рыцаря Королевской Гвардии». Он приложил все свои силы, отговаривая принца от того, чтобы дать Утке этот плащ, доказывая, что такие почести лучше оставить для прославленных рыцарей, чья преданность придаст ему славы, и для младших сыновей великих лордов, чья поддержка была бы так кстати в грядущей борьбе. Однако юноша был непоколебим.

– Если нужно, Утка умрёт за меня, – сказал он. – И это всё, что мне нужно от моих Королевских Гвардейцев. Цареубийца был знаменитым рыцарем и сыном великого лорда.

По крайней мере, я убедил его не отдавать просто так оставшиеся шесть плащей, иначе за Уткой сейчас плелись бы шесть точно таких же утят, ещё более не подходящих на роль Королевских Гвардейцев.

– Проводите его величество в мои покои, – приказал лорд Джон. – Немедленно.

Однако принц Эйегон Таргариен был не столь послушным, как мальчик по имени Молодой Гриф. Прошёл почти час, прежде чем он наконец явился в сопровождении Утки.

– Лорд Коннингтон, – заявил юноша, – мне нравится ваш замок.

«Земли вашего отца прекрасны», – сказал он. Его серебряные волосы развевались на ветру, а глаза были тёмно-лиловыми, темнее чем у этого мальчика.

– Я того же мнения, ваше величество. Пожалуйста, присядьте. Сир Ролли, в вашем присутствии больше нет нужды.

– Нет, я хочу, чтобы он остался. – Принц уселся. – Мы говорили со Стриклендом и Флауэрсом. Они рассказали нам о штурме Штормового Предела, который вы планируете.

Джон Коннингтон подавил приступ раздражения.

– И что же, Бездомный Гарри старался убедить вас отложить его?

– Да, пытался, – ответил принц. – Но я не согласился. Гарри ведёт себя, как старая дева, верно? Вы были правы на его счёт, милорд. Я хочу, чтобы штурм начался... с одним изменением. Я намерен его возглавить.

Глава 62. Жертва

На деревенском лугу люди королевы складывали костры.

«Или верней сказать – на снегу»? Повсюду лежали сугробы по колено, кроме участка, где их разгребли, чтобы топорами, кирками и лопатами выкопать ямы в замёрзшей земле. Завывал западный ветер, наметая всё больше снега с замёрзших озёр.

– Ты же не хочешь на это смотреть, – произнесла Али Мормонт.