Практическое руководство по злу - overslept

Она знала, что до этого дойдет. Аиша почувствовала, как у нее приливает кровь. Для человека, одаренного столькими талантами, Хасан был так ужасно тускл в других. Он не мог видеть дальше своей обиды на отца и распространил эту ненависть на всех аристократов в Праес. Это было ужасно узко, если он хотел сделать карьеру в Легионах. Сотни раз она говорила ему, что он никогда не станет больше чем карьерным трибуном, если будет открыто враждовать со всеми, кто имеет влияние в Башне. Боги Внизу, половина студентов Военного Колледжа были благородного происхождения. Айша сгладила свой нрав, который, к счастью, никто не заметил. Рассуждения здесь были бесполезны. Тем не менее, ее колчан был еще не пуст. Смягчив лицо, она опустилась на колени рядом с Трибуном снабжения.

— Пожалуйста, Хасан, — тихо попросила она, слегка коснувшись его голого запястья. — Для меня. Только один раз.

Его жесткий взгляд почти мгновенно сдулся. Она встретилась взглядом с его глазами на половину сердцебиения, ровно настолько, чтобы не нарушить обычай, а затем отвела глаза. Айша почти чувствовала себя виноватой за то, что воспользовалась тем, что он, очевидно, все еще влюблен в нее, в то время как она не чувствовала того же, но чувство вины мало что значило по сравнению с последствиями неудачи.

— Биш, — пробормотал он.

— Не будь такой. Я следую протоколу здесь.

— Я не прошу тебя следовать правилам, я прошу вас делать то, что лучше для Пятнадцатого — так же тихо ответила она.

И именно это перевернуло вазу в его сознании. Хасан любил Легионы с почти детской чистотой. Он нашел там семью, в которой ему было отказано по крови, и все его верности были основаны на этом фундаменте. Он готов на многое ради нее, но еще больше — ради Пятнадцатого.

— Отлично, — наконец, проворчал он. — Я не узнаю метку, но я знаю того, кто узнает.

Он немного неуверенно поднялся на ноги, и его успокоило лишь прикосновение ее руки к его груди.

— Спасибо, — сказала она.

— Не делай этого, — пробормотал он. — Я знаю, что ты делаешь. Я просто достаточно глуп, чтобы все равно на это купиться.

Он оставил их в комнате и направился вниз по лестнице. На мгновение воцарилась тишина, затем Разбойник свистнул.

— Это была самая холодная вещь, которую я видел за весь день, а Хакрам только что съел парня, — сказал гоблин.

— Только часть, — мягко поправил орк.

Айша уставилась на негодяя. Он только что скатился к утоплению в сортире.

۞

Итак, подручная Верес только что применила самые жестокие хитрости к бедному невинному Бестии, что не сулило ничего хорошего для личной жизни этого парня. Разбойник сочувствовал, насколько он вообще мог сочувствовать чему-либо или кому-либо. Это не помешало бы ему впоследствии безжалостно издеваться над ним, но ему нравилось считать это делом любви. Квартирмейстер вернулся с самой мрачной женщиной, которую Разбойник когда-либо видел, а он был гоблином. Матроны становились Матронами, доказав, что можно быть еще более безжалостными, чем их предшественницы, и каждая женщина-гоблин, которая не была Матроной, была на расстоянии одного яда от исправления этой несправедливости. Это чудо человечества подозрительно оглядело их всех, а затем тихонько заговорило с Крысой на каком-то ужасно запутанном тагребском диалекте.

— Я им доверяю, — сказал квартирмейстер с похвальной недальновидностью.

— Вы убивали меченых мужчин, — сказала женщина и сплюнула в сторону. — Что это был за знак?

— Канюк, разрывающий труп, — повторил Хакрам.

Незнакомка посмотрела на Адъютанта так, словно он был чем-то, что собака выблевала на ее ковер. А, одна из этих. Атер был не так плох, как некоторые северные города Империи, но там все еще было немало людей, считавших, что зеленокожим не стоит и шагу ступить за пределы их земель, пока их не позовут. Очевидно, Наук вышел из себя из-за чего-то подобного в Талассине — еще одно доказательство того, что этот толстомордый ублюдок не годился для общения с Мастерящей.

— Дети Катакомб, — пояснила женщина. — Старая банда, из Аксума. Занималась заказными убийствами для Старой Крови, пока Ассасин не пообщался с ними.

Под этим она, скорее всего, подразумевала, что все они были найдены на складе мертвыми в результате череды маловероятных, но одновременных смертельных случайностей. Разбойнику всегда нравилось чувство юмора, которым, по слухам, обладал Бедствие. Если ты не можешь сделать убийство своих врагов уморительным, то в чем вообще смысл? Ну, хорошо, веселье. И получение денег. Но он имел в виду не это, поэтому его аргументы оставались безупречными и непоколебимыми.

— И где же ночуют эти непослушные дети, мой откровенно криминальный друг? — спросил Разбойник.

— Наденьте намордник на своего питомца, — сказала женщина Бестии на тагреби.

— Этот гоблин — трибун-Разбойник из Пятнадцатого легиона, — резко ответила Аиша. — Следи за своим языком, если собираешься его сохранить.

Ах, старая добрая Айша. Может, она и презирала его, но любого, кто оскорбит легионера, ждали тяжелые времена, если она была рядом. Почти восхитительно, как легко ее вывести из себя. Другая женщина снова сплюнула, но ей не хотелось вступать в перепалку с кем-то, кто с таким же успехом мог бы носить на лбу клеймо «высокородный».

— Квартал Декарам, — сказала она — Возле закопанного входа в канализацию.

Разбойник чуть не присвистнул снова. Заключение контракта на легионера было доказательством того, что эти парни не были великими мыслителями, но это было впечатляющим подтверждением. Только буйные имбецилы обретаются в канализации Атера: все это место кишело гигантскими пауками. По последним оценкам, их было не менее полумиллиона, и они становились тем больше, чем глубже вы заходили. Говорили, что сам Император Ужаса Мрачный — ну, вернее теперь она сама — был тем, кто породил их, перейдя от мысли, что он был гигантским пауком в человеческой коже, к тому, чтобы быть им на самом деле. Ох уж эти сумасбродные люди. Класс тактики второго курса целых две недели занимался логистикой очистки канализации и проходящих под ней туннелей, демонстрируя концепцию слишком дорогой победы за достигнутые результаты. Маги, присягнувшие Башне, наложили чары на все выходы, но время от времени кто-нибудь выбирался и похищал какого-нибудь несчастного дурака на улице ночью. То, что эти Дети Катакомб решили, что будет разумно расположиться поблизости от нескончаемого потока смерти, лишь едва сдерживаемого, обещало, что расправиться с ними будет