Творцы (СИ) - Штенье Робин

— Представь только, как он тогда обрадуется. Лана — красавица, почти модель — и вовсе не сестра. Глянь только, как он ее приобнимает. Никогда не поверю, что у него не было мыслей насчет…

Ладонь обожгло.

Миле показалось, что звук от пощечины был слышен на другом конце зала даже сквозь биты новых попсовых треков. Но удара, кажется, почти никто не заметил. Лишь несколько удивленных пар глаз еще пару секунд сверлили их.

Мила тряхнула рукой, стараясь сбросить с ладони неприятное ощущение от колющей бороды и наглой усмешки, которая, казалось, впечаталась в кожу. Было так мерзко и грязно на душе, как будто она испачкалась, когда ударила его.

Нужно было просто выплеснуть ему напиток в лицо. Леди же не бьют мужчин. Но она не сдержалась.

Ванька изумленно смотрел на нее и тер щеку.

Мила не стала ничего говорить, поставила на стойку бокал и направилась к уборным. Нужно было смыть с себя его слова. Нужно было отмыться от прикосновения.

Она стояла напротив зеркала и терла руки под горячей водой. Думать о словах Ваньки было противно, но избавиться от них не получалось. Они так и жужжали в голове, как рой надоедливых жалящих пчел.

«Не просто так опекает сестренку…»

«Не поверю, что у него не было мыслей насчет…»

Мила стряхнула с рук воду и оперлась на раковину. Перед глазами все плыло. Не то от злости, не то от выпитого.

Она пыталась отогнать воспоминания, в которых Ян как-то странно реагировал на их дружбу с Ланой, но не могла. У Милы тогда было ощущение, что он ревнует. Но что за глупости? Как он мог ее ревновать? Да еще и к девочке. Ни Лана, ни сама Мила никогда не проявляли интереса к людям своего пола. Они всегда обсуждали мальчишек и только их. Мила помнила, как Лана впервые влюбилась, как рассказывала о мальчике из соседнего класса. А Ян…

Мила выкрутила кран в сторону синей полоски, набрала воды в ладони и поднесла к щекам. Холодная вода потекла по шее, намочила платье. Хорошо, что на нем не будет заметно следов. Оно — темно-зеленое, почти черное, а стразы — могут отвлечь внимание на себя. Мила поправила вырез платья и уставилась на отражение в зеркале. Мужчины все равно будут смотреть не на ткань.

Она вытерла мокрые щеки бумажными салфетками, подправила макияж и направилась к выходу. У самой двери Мила слегка пошатнулась, но успела опереться о ручку.

— Что ж такое…

Если так пойдет и дальше, придется переходить на безалкогольные коктейли. Вот Лана обрадуется.

Мила вышла в праздничный зал и направилась к фонтанчику, чтобы найти своих. Если незнакомцам можно воровать у них Яна, то и ей тоже можно воровать своих друзей у незнакомцев. Но воровать никого не пришлось. Ян с Ланой осаждали столик с фруктами, кроме них двоих больше возле столика никого не было.

«Как он ее приобнимает…»

Мила мотнула головой.

«Хватит!»

Поправила кудри и попыталась улыбнуться.

— Что я пропустила? — она налетела на них, изображая беззаботный вид. Рассказывать о чепухе, которую нес Ванька, не входило в ее планы.

— Ничего интересного. Скучные разговоры, пустая болтовня, — ответил Ян.

— И новости о помолвке… — добавила Лана.

«Неужели он женится?»

Мила растерянно посмотрела на брата лучшей подруги.

— А, да… — Ян потянулся к тарелке с вишнями. — Мари рассказала о помолвке с Дэном. Даже кольцо показала. Какая-то журналистка тут же принялась его фотографировать. — Ян отправил вишню в рот и пожал плечами. — Журналисты всегда на работе.

— Но не ты? — Мила улыбнулась.

Мысль о том, что жениться собрался не Ян, принесла облегчение. Даже аппетит проснулся.

— Я бессмертный пони, которого мало волнуют сплетни.

— Сплетни? Думаешь, ерунда? — Мила взяла с блюда несколько виноградин. Те оказались сочными и сладкими.

— Да сто процентов. Но если хочешь, узнаю что да как.

— А давай! — согласилась Мила. — Будешь нашим секретным агентом. Хоть какое-то развлечение. Да, Лан?

— Угу, — кивнула та, налегая на клубнику.

Когда Ян скрылся, Мила произнесла:

— Наверное, Ян прав. Ты что думаешь?

— Не знаю… — Лана выглядела задумчивой и серьезной. — Может, лучше будет, если Дэн и вправду женится. Хоть посреди моей квартиры без приглашения появляться перестанет.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Ты опять за свое? Он же ла-поч-ка! Не понимаю, как ты этого еще не заметила? У нее в квартире появляется красивый мужик, а она ворчит!

— Мужик, который на деле оказался чьим-то женихом! — возразила Лана.

— Ну-у, жених — не муж, можно и угнать, — игриво произнесла Мила, посмотрела на Яна и тут же отвела взгляд.

— Тебя что, рыжий покусал? Не собираюсь я никого ни у кого угонять!

Мила усмехнулась.

— Да Мари скорее всего врет. Ты погляди. Вокруг нее толпа собралась, как ее все облепили. Она, скорее всего, просто неслабую порцию инфошума получить хочет. Вот и преувеличивает то, что есть. Она ж сама по себе творец слабенький. Что-то вроде секретарши в Башне. Обрабатывает заявки, отчеты от других творцов. А так — она в актрисы метит. Ей инфошум — самое то сейчас для карьеры.

Подруга с сомнением посмотрела на нее и потянулась к тарелке с вишней.

«Совсем как Ян».

— А я думаю, — заговорила Лана, — это вполне может быть правдой. Она вон как светится вся.

— Лана, да брось. Она же актриса! В смысле, будущая актриса. Вот и практикуется. Я вот вообще не догадывалась, что они с Дэном вместе. Думаешь, стал бы он жениться на первой встречной? Они встречаются-то всего ничего.

У Милы вдруг перехватило дыхание, в глазах появились белые вспышки.

«Это точно не от спиртного».

Она потерла лоб, на секунду прикрыла глаза и сделала глубокий вдох. На выдохе посмотрела на Лану. Та задумчиво разглядывала Мари, с которой теперь разговаривал Ян.

— Может, он ее скрывал? — продолжила гнуть свое Лана. — Знаешь ведь, когда настоящие чувства, любимого человека хочется уберечь от всех посторонних людей. От их сплетен, от завистливых глаз.

— Не, не думаю. Почему тогда она тут одна? Разве о помолвке объявляют в одиночку? Думаю, все это пустой треп.

— Да ты просто кольцо не видела, — как-то отрешенно произнесла Лана. — От такого количества бриллиантов ослепнуть можно.

Мила хотела возразить, сказать, что камни тоже могут оказаться пустышкой, но заметила, как по руке Ланы стекает кровь.

— Что с тобой? — она взяла подругу за руку.

Лана разжала ладонь. В ней были три сочных раздавленных вишенки. Несколько секунд она смотрела на свою руку и, казалось, не понимала откуда они там взялись.

— Кому-то нужно пойти и помыть лапки, — наставительно произнесла Мила. — Сходить с тобой?

— Нет, — Лана мотнула головой и улыбнулась.

Миле такая смена эмоций не понравилась. Она чувствовала, в воздухе витала какая-то недосказанность, но пытать подругу сейчас сочла излишним. Может, позже, когда та придет в себя, когда ей перестанут сниться кошмары.

Мила проводила Лану взглядом и, когда та зашла в двери, направилась к бару. Решила взять два безалкогольных Мохито. Вечеринка-то продолжается, нужно как-то продержаться еще хотя бы часик. Но спиртного больше ни капли, с ней и так происходит какая-то ерунда. И стоило только об этом подумать — дыхание вновь перехватило удушливым спазмом.

«Да что же такое?»

Мила с кем-то столкнулась, но даже не разглядела лица. Извинившись, она пошла было дальше, но ее повело. Пришлось прислониться к колонне и попытаться понять, где находится гардеробная. Брать коктейли она передумала. Ей действительно нужно выпить, но кое-что другое. В сумочке у нее была исцеляющая настойка, как раз на непредвиденный случай.

Выровняв дыхание, Мила решительно направилась к арке. Там за поворотом в небольшой уютной комнате, украшенной фигурной стойкой с цветами, лежат ее вещи. Еще всего несколько метров, и она дойдет.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Мила оперлась об арку и повернула к гардеробной. Стойка с цветами, которая так ей понравилась, троилась перед глазами.

«Ничего, осталось чуть-чуть».