Творцы (СИ) - Штенье Робин

Глава 11. Яд

Мила с Ланой расположились на первом этаже двухэтажной квартиры в той комнате, что была отведена под мастерскую. Мила завесила полотна тканью, прибрала баночки с краской и их тоже накрыла испачканным в разные цвета куском наспех отрезанного льна. В углу у нее стоял целый рулон. Мила кромсала его на тряпки: вытирала ими кисти, протирала стол, завешивала работы. Удобно. Практично. Хоть и не очень красиво. Но Лану таким не напугать.

Сегодня у них было ленивое расслабленное утро. Подруге нужно было выспаться, да и сама Мила утомилась. Она не укладывалась в график, поэтому несколько дней рисовала дольше, чем нужно. Теперь у нее болело запястье, и сил ни на что не осталось. Проболтав вчера полночи, они решили устроить день только для девочек и только для радостей.

Мила сунула Лане в руки термокружку и плюхнулась в соседнее кресло-грушу. Благодаря прорезиненной пластиковой крышечке кофе не расплескался, когда Мила приземлилась.

— Термокружки — сила, — уверенно заявила она.

Бодрящий напиток в них не остывал и не проливался.

— Угу, — сонно отозвалась Лана.

Какое-то время они сидели молча, настраиваясь на окончательное пробуждение, пытаясь отбиться от ночных кошмаров, которые, казалось, не желали отступать. Этой ночью Лана несколько раз вскрикивала во сне, отчего Мила подрывалась, как ужаленная. Ей самой плохо спалось, мерещилась какая-то суетливая ерунда: непонятные погони, смутные жутковатые образы…

Именно поэтому настройки утра нужно было выкрутить в позитив. И именно поэтому Мила притащила подругу не на кухню, а в мастерскую.

Через огромное окно во всю стену лился солнечный свет, буквально пропитывая комнату. Сегодня был один из тех солнечных дней, которые редко радуют питерцев. Мила откинулась в кресле, закинула ноги на журнальный столик и блаженно потянулась, держа кружку с кофе высоко над собой.

— Что тебе снилось? — спросила она, не рассчитывая, что Лана ответит.

Лана усмехнулась, оторвалась от кружки, перехватив ее в обе ладони, и, к удивлению Милы, беззаботно ответила:

— Мне снились бабочки.

— Ну-у, — протянула Мила, — уже неплохо. Хоть не Дэн с бензопилой!

Лана бросила на подругу осуждающий взгляд.

— Ну а что? Ты так его боялась вчера. А он ведь на самом деле лапочка. Язва, но лапочка. И вообще все делает для твоего же блага.

— Ага, — проворчала Лана, — он телепортировался ко мне. Без спроса! Без приглашения!

— Ла-ана, — ласково сказала Мила. — Ну он же из лучших побуждений.

— Он сказал, что уже был в моей квартире, но почему вдруг решил появиться там вот так, без звонка и предупреждения? А если б я… А если б я там с парнем каким-нибудь зажигала? А тут бац — и какой-то мужик в квартире. Свечку что ли держать пришел?

— Это с каким-таким парнем? — игриво спросила Мила, из-за чего словила еще один осуждающий взгляд.

— Мила! Ты не там расставляешь акценты! Вот если б…

— Смотри! — перебила она. — Ты сгущаешь краски. Телепортироваться можно либо по привязке к месту, где уже бывал, либо по привязке к человеку, если сделать на нем специальную метку. Дэн же ставил тебе защитные руны. Вот он вполне мог почувствовать, что «сработала сигнализация», что с тобой что-то не так. Ну и телепортировался к тебе на помощь! — она отхлебнула еще кофе и весело добавила. — Лапочка!

Лана лишь обреченно вздохнула.

— Я знаю, что мы сделаем! — пытаясь поднять настроение подруге, заговорщически проговорила Мила. — Я закажу самый большой и самый вкусный сет роллов и мы будем до одурения смотреть фильмы на проекторе. Как тебе идейка?

Лана с сомнением уставилась на нее, явно хотела что-то возразить, но Мила опять перебила.

— Фильмы выбираем по очереди!

И потянулась к телефонной трубке, но заказать не успела — ей напомнили про предстоящую вечеринку.

Приготовление шло полным ходом: девушки расхаживали по квартире в нижнем белье, подкручивая волосы, нанося макияж и меряя бесконечное количество нарядов.

Когда в комнате появился Ян, телепортировавшись по их же приглашению, в него полетели сразу три подушки. Две запустила Мила, одну — Лана. Не потому что брат ее смутил, а просто так, за компанию. Мила сочла это хорошим знаком — подруга наконец-то развеселилась.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

А вот Ян казался хмурым и, кажется, совсем не разделял их настроения. От летящих в него подушек он увернулся, на возмущенные вопли и смех не отреагировал, просто вышел из комнаты и, как по шагам догадалась Мила, направился на кухню.

— Будь как до-ома! — крикнула она. — Ни в чем себе не отка-азывай!

Послышался щелчок чайника. Мила улыбнулась — пусть освоится, пусть расслабится. Они закидали его подушками, хотя сами же нарисовали пригласительную руну с открытым сроком посещения. То, что Ян появился, когда они еще не были одеты — не его вина.

Мила схватила с дивана еще одно платье, приложила к себе и повернулась к Лане:

— Может, это?

— Без лямочек? — с сомнением спросила Лана. — Маленькое черное платье? Уверена? Мы ж веселиться идем, а не на поминки.

— Да-а, ты права, — задумчиво отозвалась Мила и бросила платье на спинку кресла. Она прошла к шкафу, сдернула с вешалки короткое блестящее платьице с одним рукавом и опять повернулась к подруге.

— Я б затащила тебя в койку! — Лана одобрительно улыбнулась и поправила на себе топ с рваными краями.

— Я б тебя тоже, — засмеялась Мила, разглядывая подругу. — Модель!

На слове «модель» Лана болезненно поморщилась.

Мила любила Италию, но никак не могла выделить время, чтобы просто побродить по улочкам, выпить вечером вина в летнем кафе или встретить рассвет, гуляя по набережным. Каждый раз находились неотложные дела, или вот как сейчас — праздник, который не располагает к созерцанию местных красот.

Им придется крутиться в гуще людей, которых они не знают, поддерживать диалог и делать вид, что им очень весело. Иначе Густаф потом им припомнит. Он и так найдет к чему прицепиться, но лишний раз давать ему повод — так себе идея.

— Улыбаемся и машем? — спросила Лана, вцепившись в руку брата.

Ян серьезно кивнул, и Мила рассмеялась.

— Видели бы вы себя! Парочка социопатов на выгуле! — она схватила подругу под локоть и потащила к входу в главный зал.

Захотелось поднять руку и дернуть пару раз невидимый рычаг: «Ту-ту! Мы — паровозик веселья! Мы — паровозик, который смог!»

Мила ожидала чего-то более утонченного от вечеринки, которую устроит Густаф. Они с Ланой специально оделись весьма откровенно, нацепив каблуки и нанеся боевой раскрас, но оглядев публику, Мила поняла, что они вполне сливаются с общей массой. Длинноногие девушки с фирменными сумочками, одетые с иголочки мужики со стрижками по последней моде — обычная светская тусовка, которые она переносила с трудом. Именно поэтому первым делом они направились к бару.

— Дайкири и безалкогольный Мохито! — попросила Мила, обратившись к бармену, и глянула на Яна.

— И Манхэттен.

— И Манхэттен, — повторила она, облокотившись на стойку. — Без алкоголя я тут умру. Я не фанатка клубов, но уж лучше туда.

— Да ладно, — Лана последовала примеру подруги и уперлась спиной в стойку, разглядывая посетителей. — Ты же обожаешь MOD, особенно, когда там какие-нибудь неформатные группы выступают.

— Подловила, не поспоришь, — кивнула Мила. — Ян, а ты в MOD’е бывал? Где обычно отдыхаешь?

Ян хотел было что-то сказать, то его перебила Лана.

— А он не устает! Зачем ему отдыхать? Он у нас бессмертный пони, — и похлопала брата по плечу.

Ян удостоил сестру снисходительным взглядом.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Дайкири и безалкогольный Мохито для дам. И Манхэттен для джентльмена, — послышался позади услужливый голос бармена.

Холодный напиток в красивом бокале идеально лег в руку. Со вкусом тоже было все на высшем уровне, впрочем, Мила и не сомневалась. Густаф любил пускать пыль в глаза.

— А теперь нужно идти и общаться? — спросила Лана, поправляя струящиеся складки топа.