Данте - Рихард Вейфер

ЧЕРНЫЙ УЖАС

Когда ясное небо дарит людям солнечный свет и радость, они самозабвенно радуются наступившему погожему дню и не обращают ни малейшего внимания на возникшее далеко на горизонте облачко, которое между тем сулит приближающееся ненастье. Большинство флорентийцев, принадлежащих к партии белых, легкомысленно пренебрегли тем признаком надвигающейся грозы, который предвещал скорый перелом в погоде. Да и что им было волноваться! За ними было большинство населения, у них была власть, они верили в справедливость своего дела — стоило ли придавать значение мрачным пророчествам, которые исходили от нытиков и маловеров! И в этот момент на головы гордых, уверенных в себе людей внезапно обрушился смерч, ураган, хотя эти люди и не могли себе представить, что их время прошло. Разве совсем еще недавно Корсо Донати не считался презренным врагом государства, приговоренным к смерти, от которого открещивался каждый, кто хоть немного дорожил своей честью? И разве всякий добропорядочный обыватель не морщился брезгливо при упоминании имени Камбио да Сесто, который вел тайные переговоры с посланцами Папы, полагая, что путем предательства может лишить город свободы в интересах святого престола! Подобные безумные планы просто поднимались на смех!

Теперь эти невероятные планы превратились в реальность, и Камбио да Сесто, который перестал считаться государственным преступником, потешался над многими флорентийцами, которые неожиданно обнаружили, что они, собственно говоря, всегда придерживались того же мнения, что и он, да просто не решались при прежнем режиме открыть рот, чтобы высказать эти разумные взгляды. В великолепном дворце Фрескобальди на том берегу Арно, где устроил свою резиденцию французский принц — наместник Флоренции, дневал и ночевал бывший государственный преступник Корсо Донати, гроза всех белых, уже успевший устать от лести тех, кто прежде предавал его имя проклятию. Короче говоря, сомнений больше не было — мир опять перевернулся с ног на голову!

Правда, за стенами дворца Фрескобальди многое выглядело далеко не так, как представляли себе те, кто не был туда вхож.

Утреннее солнце еще только посылало свои первые лучи в раскрашенные оконные стекла дворца, а оба главы нового движения уже были заняты серьезным разговором.

— Мне кажется, сейчас как раз самое время, — внушал Корсо Донати принцу, с трудом сдерживая владевшее им нетерпение, — чтобы вы немедленно отстранили приоров, подеста и всех чиновников и передали всю полноту власти нам.

Принц Карл рассеянно крутил серебряный браслет, украшавший запястье его левой руки, и невозмутимо заметил:

— Время еще не пришло. Нельзя осуществить все в первый же день. Зачем сразу выкладывать все карты? Пусть ваши земляки сперва помучаются от страха и любопытства.

— Эти доводы, конечно, убеждают, — ответил Корсо, — однако я боюсь, что вы просто убаюкиваете нас своими ничего не значащими словами и в конечном счете мы окажемся в проигрыше.

Француз простодушно расхохотался:

— Но, послушайте, Корсо, вы же достаточно меня знаете! Разве я хоть раз давал вам повод для сомнений, Фома вы неверующий?

Но барон не принял тон, предложенный принцем.

— Не забывайте, принц Валуа, что мы вручили вам семьдесят тысяч гульденов, без которых вам бы не нанять такого количества войск. Мы ждем, что за это вы, верные данному слову, поможете нам прийти к власти!

— А вам, мессер Корсо, не следует забывать, что вы, приговоренный к смерти изгнанник, смогли вернуться в свой родной город только под моей защитой и что именно я, и никто иной, дал вам возможность удовлетворить свою месть! Вчера вы со своими людьми уже занимались разбоем, можете развлекаться этим сегодня и всю оставшуюся неделю — все остальное придет со временем само собой!

Корсо резко возразил:

— Сегодня время благоприятствует, поэтому мы должны воспользоваться моментом. Одними грабежами ничего не добьешься, нужно навсегда захватить политическую власть. Ковать железо нужно, пока горячо!

На лице француза заиграла насмешливая улыбка.

— «Мы» — сказали вы, имея в виду только себя. Так что выкладывайте, Корсо, начистоту, что вы хотите?

Корсо попытался смягчить свой гнев и добиться желанной цели с помощью учтивости:

— Ваша светлость вполне поняли меня. Сейчас, пока вы находитесь с вашими войсками во Флоренции, вы властитель города. А перед своим возвращением во Францию вы должны сделать меня своим преемником.

Граф Фландрский притворился, будто глубоко задумался над этим предложением. Потом он с сожалением сказал:

— Я охотно назначил бы вас на должность подеста, но вам известно, что эту должность положено занимать чужеземцу, — здесь губы принца сложились в насмешливую улыбку, — чтобы справедливость не была ущемлена за счет оглядки на друзей и родственников.

Гордый аристократ ответил, с трудом владея собой:

— Я бы все равно отказался от этой должности, ибо через полгода мне, так или иначе, пришлось бы уходить в отставку!

Принц снова улыбнулся:

— Чего же вы хотите? Прочие должности в составе флорентийского правительства тоже предусматривают ограниченный срок полномочий. В качестве приора вы могли бы исполнять свои обязанности всего восемь недель.

На загорелом лице Корсо вздулись жилы, и его мрачный взгляд излучал коварство. Неужели этот миротворец, избранный Папой, настолько глуп или же просто прикидывается недалеким?

— Ваша светлость могли бы назначить меня наместником вас и Папы, тогда бы вы раз и навсегда приобрели уверенность, что во Флоренции ничего не будет предприниматься вопреки вашей воле.

Безвольное лицо высокородного молодого человека снова украсилось непроницаемой, ничего не говорящей улыбкой, которая так возмутила душу Корсо. «Если бы я был уверен, — подумал принц, — что ты станешь подчиняться нам и в том случае, когда придешь к власти! Но мы не станем рисковать. Ты нужен мне для достижения моих целей, после чего я выброшу тебя прочь, как выжатый лимон!» И самым учтивым тоном миротворец продолжал:

— Поверьте мне, мессер Корсо, ваше производство в наместники при моем участии только повредило бы вам в глазах ваших сограждан! Они сочли бы вас послушным орудием в руках французов! И я сам показал бы себя далеко не с лучшей стороны, потому что как миротворец я должен быть вне всяких партий. Нет, уж лучше вам дождаться подходящего момента и взять власть собственными силами, как это уже проделали многие деловые люди в Италии. Мне нет особой необходимости заверять вас, что я уверен в вашем полном и окончательном успехе в этом деле.

Хотя в душе Корсо Донати пожелал принцу всяких напастей, вслух он не произнес ни слова и погрузился в мрачное молчание. Его день еще придет, и тогда он не будет зависеть от этого напудренного молокососа. Он с достоинством поклонился и вышел в вестибюль, где его уже ожидал оруженосец Пьетро Бордини.

— Сегодня ты сам поведешь наших людей на погромы: душу отвести они могут и без меня. У тебя есть список заправил белых?

Пьетро ответил утвердительно и извлек из кожаного кошеля, висевшего на поясе, измятый листок бумаги.

— Предоставляю тебе полную свободу рук. Но когда станете поджигать дома наших врагов, будьте осторожны, чтобы пламя не перекинулось на владения черных!

— Мы все предусмотрим, барон! Вот что я еще хотел выяснить… Что будем делать с Данте Алигьери? Его имущество тоже предать огню?

На мгновение Корсо задумался. Он был сердит на Данте, поскольку тот не выразил должной благодарности за спасение из Латеранского дворца, где ему грозило заключение. Но — странное дело… Корсо Донати не раз плохо отзывался о своем нежеланном родственнике, но, в сущности, испытывал к Данте невольное уважение — именно то противоречивое чувство, граничащее с ненавистью и ревностью, какое так часто испытывает человек действия к своему рассудительному собрату, который превосходит его умом и образованностью!

— Сжигать дотла… нет, этого не нужно, — ответил Корсо своему оруженосцу и тихо добавил, словно оправдываясь перед самим собой: — Ради Джеммы, его жены, не нужно! — Но, словно устыдившись внезапного порыва великодушия, строго приказал: — А пограбить можете от души! Его нужно сделать ручным, словно птичку, которая клюет с ладони, этого образованного философа и поэта! А теперь ступай, наши люди уже дрожат от нетерпения и желания порезвиться! Делайте свое дело как положено!

— Вы останетесь довольны нами, барон!

Корсо вернулся в большой зал, где со времени размещения французского принца вожди черных встречались со старейшинами рода Фрескобальди. Приходилось внимательно следить, чтобы его сомнительные друзья не приобрели чрезмерного влияния на французского принца. Нужно было высматривать надежных товарищей, на которых, в случае чего, можно было положиться.