Дом Монтеану. Том 2 - Лина Мур

за удовольствием, — хмыкнув, Томас немного отклоняется и хватает за одну шлейку джинсов, притягивая меня к себе ближе.

— Эй, нет, придурок. Отвали. Здесь у тебя полно шлюх. Я тебе сказала, что это случится лишь раз после свадьбы, и всё. А также, что это будет для меня насилием, чем чем-то особенным и желанным, — я мотаю головой и упираюсь в его обнажённую грудь.

Томас склоняет голову набок, а затем смеётся.

— Сейчас. И ты будешь следовать моим приказам, Флорина. Разденешься сама, или мне это сделать?

— Да ни черта! — злобно выкрикиваю я, отпихивая его от себя. Отскочив на безопасное расстояние, я выпускаю клыки и шиплю.

Томас прикрывает глаза, а затем смотрит на меня чернющими, как ночь, обнажая клыки.

— Всегда любил хорошую погоню. После неё особый вкус превосходства.

— Ты же несерьёзно, верно? Я тебя ненавижу, как и ты меня. Так что это… глупо. Ну же, Томми, пойди потанцуй, почеши яйца или проштудируй библию, но выбрось из головы это… дерьмо. Ты услышал меня? — злобно рявкнув, делаю шаг в сторону двери, но Томас перекрывает мне путь.

— Конечно, услышал, Флорина. Только вот я просил не звать меня Томми, верно? И я намереваюсь взять то, что теперь моё. Твой отец отдал тебя мне. Всё законно. И ты будешь послушной, правда?

Шипя, я подпрыгиваю и цепляюсь за потолок. Ещё раз зашипев, я показываю ему свой ответ.

— Ну что ж, мне всегда нравилось, когда ты сопротивлялась.

Томас оказывается напротив меня на потолке, а я сглатываю. Чёрт, опять драться с ним? Я точно проиграю, но сдаваться не собираюсь.

— Это чёртово насилие! — выкрикиваю я, прыгая на противоположную сторону ванной комнаты.

— Ага, — усмехнувшись, он неторопливо ползёт ко мне.

— Я ненавижу тебя!

— Ничего, переживу. Это не так важно на самом деле.

— Мразь!

— Просто Томас, Флорина.

— Ублюдок!

— Ты мне тоже нравишься.

Я с глубочайшим презрением смотрю ему в глаза, пока мы ходим по кругу, ожидая, кто первый нападёт. Скажу честно, мой друг, меня не прельщает вариант драться с ним. Но также я не в восторге от идиотской идеи Томаса… хм, ну трахнуть меня. Я уже не такая дура, как была раньше.

Издав шипение, я резко соскакиваю вниз и мчусь к двери. Томас рывком хватает меня за волосы и швыряет в сторону душа. Это открытый душ, поэтому я бьюсь о влажную стену и моментально оказываюсь мокрой. Моя голова звенит от боли из-за удара. Это было весьма сильно. Я пытаюсь подняться, но мои руки скользят по стене из-за льющейся воды. Томас ползёт ко мне, и я выкидываю ногу вперёд, ударяя пяткой в его лицо. Голова Томаса дёргается назад, и он угрожающе рычит. За это время я успеваю кое-как подскочить и забираюсь на стену, но Томас тянет меня за штанину вниз, и я снова падаю на пол, разбивая под собой кафель. Издаю стон от молниеносной боли в рёбрах и шумно выдыхаю воздух сквозь стиснутые зубы.

— Отвали, чёрт бы тебя подрал! — ору, пытаясь ударить его ногами, пока он стягивает с меня мокрые джинсы, которые в итоге рвутся, а я ползу по полу. Когтями Томас царапает мою ногу, и я вою. Чёрт, это ужасно больно. Но я хватаюсь за стену и впиваюсь в неё ногтями, подпрыгивая и забираясь на потолок. Едва я поднимаю голову, как Томас уже находится напротив, улыбаясь мне.

— Ты чёртово животное! Сукин сын! — шиплю, отползая назад. Моя нога нещадно пульсирует. Чёрт, Томас использовал свой яд. Он был только у отца, мне такое чудо не досталось. А вот у Томаса… он намного сильнее меня. И мне страшно. Мне, правда, страшно. Я не хочу…

Томас прыгает на меня, обхватывая мою шею. Мы оба неудачно падаем на пол, и я ударяюсь всем телом, из моих лёгких словно выбивает весь воздух. Я издаю стон, пробуя встать, но у меня нет сил. Я ещё слаба… а кровь… она так близко. Надо было поесть.

— Вот так, — Томас проходит языком по моей ране, и её покалывает. Она щиплет, а я жмурюсь, ударяя здоровой ногой Томаса в плечо. Он лишь на секунду дёргается, но потом грубо хватает меня за волосы и тащит за собой по полу.

— Отвали! Чёртов насильник! Томас, это не смешно! Отвали от меня! — ору я, цепляясь за его руку. Царапаю его когтями, кровь Томаса капает мне на лицо, но ему хоть бы хны. У меня внутри всё сдавливается от страха, когда он бросает меня в угол душевой, и вода попадает мне в рот, отчего я начинаю кашлять, вытирая глаза. Томас крепко обхватывает мою шею и поднимает меня.

— Отвали, — хриплю, ударяя его по руке. — Отвали. Неужели… тебе нужно… быть таким?

— Да. Я хочу этого. Мне нравится твоё сопротивление. Оно меня будоражит. И я уверен, что как только я буду внутри тебя, то ты снова станешь моей покорной шлюхой. Ты для этого и рождена, Флорина. Быть моей грёбаной шлюхой, — Томас бьёт меня о стену, а затем ещё раз. Мой череп трещит, а голова наполняется шумом, во рту я чувствую привкус собственной крови.

Его губы снова нападают на мои, но я сжимаю их и дёргаю головой, хотя это сложно делать с треснувшим черепом и рёбрами. Я ещё не восстановилась. Я не успею… моё тело предаёт меня. Оно слабо, а моё существо сильнее. Ненавижу…

— Томас, остановись, — шепчу я, когда он успешно разрывает мой бюстгальтер и то же самое делает с трусиками.

— Ни черта. Ты моя. На тебе будет мой запах. Я помечу тебя. Я, блять, убью тебя, но ты всё равно будешь моей, — отвечает он и оставляет в покое мои губы, опускаясь поцелуями к шее, за которую всё ещё удерживает меня.

Я упираюсь руками в его плечи. Царапаю его, но ему всё равно. Брыкаюсь, но он равнодушный к моим ударам, продолжает водить языком по моим ключицам, направляясь к груди.

— Не трогай… не смей… Томас, чёрт возьми! Ты же другой! Томас, очнись ты! Что ты творишь? Я возненавижу тебя ещё сильнее! Томас! — Схватив его за волосы, я дёргаю за них и вырываю клочья, а они вырастают снова. Я делаю это снова и снова, но у него никакой реакции. Его