Концерт Патриции Каас. 6. Выполнение обещаний - Марк Михайлович Вевиоровский

малейшего невнимания с его стороны – он был внимателен к ней, заботлив и нежен, он всецело был с ней.

Даже когда он мысленно общался с кем-нибудь из своих коллег, он извинялся перед Тоней за то, что на мгновение отвлекается от нее, хотя продолжал так же надежно поддерживать ее под руку или обнимать в танце …

Тоня прекрасно знала, что если Свиридов захотел бы скрыть это короткое мгновение общения, то это не составило бы для него никакого труда – но он всегда извинялся.

И часто потом рассказывал Тоне, о чем именно произошел обмен информацией – пусть без подробностей, но хотя бы с кем он общался …

КАБИНЕТЫ

Свиридов редко работал в своем домашнем кабинете, но когда он там работал, то вход для всех в кабинет был закрыт – хотя он никогда не запирал дверь.

Даже Верочка каким-то особым чутьем поняла, что когда деда уходит в книжный шкаф, то его беспокоить нельзя.

Но часто Свиридов работал не один – в кабинете нередко бывали Потапович, Скворцов, Владик Медяков. А еще в кабинете стояли два шкафа. В книжном шкафу Свиридова целая полка была занята научными трудами на различных языках, на соседней полке выстроились разнокалиберные справочники по разнообразным специальностям, и тоже на разных языках.

В платяном шкафу висели его мундиры, в том числе парадный мундир со всеми регалиями, а рядом на полочке – целая стопка орденских книжек.

А еще в кабинете был мощный компьютер и прибор, совмещающий сразу телефон, сканер, принтер и факс, и он иногда по собственному желанию автоматически начинал печатать. Предназначен факс был в том числе и для биржевых новостей и другой биржевой информации, и Свиридов получив такой факс задумывался и по телефону коротко распоряжался «купить» или «продать».

А где-то там, далеко, уполномоченный брокер производил финансовые операции.

Иногда они встречались наяву, а не в телефонном виде, и тогда за чашечкой кофе в скромном кафе велись интереснейшие разговоры о тенденциях в поведении рынка акций, о взлетах и падениях, о том, что называется биржевыми спекуляциями.

Брокер, немолодой мужчина с военной выправкой, с большим уважением прислушивался к мнению Свиридова, и он имел для этого очень серьезные основания – операции Свиридова неизменно приносили весьма приличный доход. Иногда высказывая сомнение в планируемых операциях брокер с удивлением и в полной растерянности выслушивал такое простое, логичное, а главное – всегда оправдывающееся объяснение, что начинал уважать своего клиента еще больше.

Тем более, что этот клиент давал ему достаточно стабильный и ощутимый доход …

Кабинет Свиридов-старший делил со Свиридовым-младшим.

И у них установился такой порядок – если в кабинете работал Гриша, то он продолжал свою работу даже если отец приходил в кабинет по своим делам.

Но если Свиридов уходил туда поработать, то Гриша туда не входил.

Но иногда Свиридов звал с собой Тоню и они работали в кабинете вместе – только Тоня никогда и никому не рассказывала, чем они там занимались.

А звал он с собой Тоню для того, чтобы обсудить с ней детали контрразведывательных операций, проводимых им совместно с подчиненными ему американскими агентами – Левушкой Худобиным и Дианой Уайттеккер, то есть Диной Утечкиной …

ВИКТОР и ЛЕНА

А «дамский кабинет» – комнату, которой безраздельно владели Тоня и Уля – функционировал по своим законам.

Тоня использовала эту мастерскую для создания одежды для себя, для Ули, для Верочки и для знакомых женщин. Мужчин там обслуживали в исключительных случаях, как говорится «по большому блату».

Кухню переоборудовали под миникафе, и дамы могли побаловать себя кофейком из блестящей кофемашины, а в холодильнике всегда находилось что-нибудь вкусненькое.

Как правило в своей домашней мастерской Тоня и Уля принимали только самых близких друзей, а всех остальных желающих обслуживали в Комбинате бытового обслуживания, в ателье под вывеской «Модельер Антонина Свиридова».

Конечно, работала там не только Тоня. Половину рабочего дня там обычно проводила Уля – если Гриша в этот день был дома и оставался с Верочкой. Нередко модели одежды разрабатывались при активном участии Гриши – он продолжал рисовать одежду для конкретных заказчиц, и у него уже была своя постоянная клиентура. Конечно, в число постоянных клиенток Гриши входила Уля, Елка и Ника. Но кроме того постоянными клиентками Гриши были Маша Скворцова, Оля Петрова, Люба Докукина, Лена Долгополова, Лена Карцева, все названные «сестры» Свиридова, Полина Ерлыкина, Виолетта Ерцкая …

Иногда Гриша рисовал модель для Тони, и тогда вместе с ними с радостью в этом творческом процессе участвовала Уля. Для Ули у Гриши был специальный альбом, в котором накапливались модели – реализованные и нереализованные.

Остальные клиентки очень внимательно прислушивались к мнению Гриши, и каждое платье или костюм превращались в произведение искусства. Но когда в «дамском кабинете» появлялась Ника, то начиналось настоящее безобразие – полуголая Ника бегала по комнате, Тоня, Уля и Владик пытались ее урезонить, а Гриша взирал на все это с невозмутимым спокойствием.

Когда этот бедлам всем надоедал, то Гришу просили угомонить заказчицу.

– Никанор, угомонись. Встань вот тут, – говорил Гриша, и Ника покорно прекращала буйство и вставала перед ним.

И покорно терпела все манипуляции с измерением, прикидками и примерками, и только когда Гриша разрешал ей двигаться, тогда …

Владик в первый раз просто остолбенел, а потом привык и только удивлялся власти Гриши над его неуемной женой.

Вначале были трудности с Елкой – она ужасно стеснялась Гришу. Тогда он выгнал всех из примерочной и скомандовал Елке «раздевайся!».

– Как? – робко спросила Елка.

– Совсем, догола!

И Елка разделась и стояла перед Гришей красная, как помидор, и пыталась закрыться руками.

– Как ты прекрасна … Ты изумительна!

И Елка опустила руки. Больше никогда она так не раздевалась перед Гришей, но перестала стесняться и покорно оставалась в трусиках и лифчике – если он просил.

А еще в помещениях КБО за швейные машинки садились сами заказчицы, владеющие этой техникой. И шили они не только для себя, но и для знакомых – раскрой производила Тоня или Уля, а процесс соединения деталей выполняли сами заказчицы.

А потом вместе с Тоней или с Улей, а иногда и с Гришей подгоняли новое изделие на заказчице …

Для мужчин было естественным делом забежать после работы и навестить друзей. Виктор мог забежать к Свиридовым, а Свиридов мог забежать к Скворцовым.

И иногда это вызывало такие телефонные разговоры:

– Слушай, ты где? А то мы тебя ждем!

– А ты где? Ах, ты сидишь рядом с моей женой!