Ревизор: возвращение в СССР 4 - Серж Винтеркей

Галя ждала меня возле подъезда — конечно же, под присмотром мамы, чей силуэт был виден в окне. Помахали ей рукой и пошли к гостинице.

Снова появились возле гостиницы слишком рано. Да, автобус, на котором мы должны были выдвигаться, уже был на месте, и члены заводской делегации в нем дисциплинированно сидели, но с чехами снова началась кутерьма, как и в прошлый раз. Они не выходили из гостиницы, не видно было и переводчика, и Шанцев отправил меня разбираться.

Ийржи никак не открывал и не реагировал на стук в дверь, переводчику пришлось брать запасной ключ и вламываться к нему в номер. Дальше они с Йозефом долго будили его. Я стоял в коридоре и радовался, что меня ни о чем не просят, и меня это никак не касается. Рано радовался — когда его все же разбудили и одели, переводчик попросил:

— Паша, помоги ему с Йозефом спуститься вниз и посади его в автобус, хорошо? А я за Элишкой!

Я сразу понял, в чем идея — хитрый переводчик не хотел сам тащить пьяного чеха вниз по лестнице, поэтому намеренно не попросил меня сходить за Элишкой, как в прошлый раз, а сам отправился за ней. Ну, а куда денешься?

Ийржи мы буквально стащили вниз с Йозефом, сам он практически не шел. Я порадовался, что неплохо подкачался за последние полтора месяца — прежнему Пашке этот подвиг был бы не под силу. Затащили его в автобус, дождались Элишки, переводчика и Романа Викторовича и отправились в путь. А у меня билась в голове одна мысль — это что же, они, когда мы доберемся, разбудят Ийржи и дадут ему ружье, чтобы он стрелял в дичь? И какие гарантии, что он в таком состоянии не перепутает тетеревов с людьми?

Глава 11

26.03.1971 г. По дороге в охотхозяйство

Кресла в автобусе были не очень удобные, но, учитывая мой недавний ночной рейд, я практически сразу вырубился, и мне показалось, когда меня начали трясти за плечо со словами «приехали», что домчались мы мигом. Нет, как выяснилось, дорога заняла более часа. И остальные ее очень хорошо прочувствовали. Галия выглядела уставшей, чехи раздраженными. Оказалось, что дорога после оттепелей, говоря мягко, испортилась. Автобус трясло все время неимоверно. В сочетании с неудобными креслами это создало для путешественников непередаваемую атмосферу. Мне оставалось лишь порадоваться, что спал крепко и посочувствовать Галие.

Вышел из автобуса разморенный после сна, и меня тут же продрало холодом. Мы были посередине густого леса, минус был небольшим, чисто символическим, ветра из-за толстых деревьев с густыми кронами не было и подавно, но так обычно и бывает, если после сна сразу выскочишь на улицу. Я стоял и старался не клацать зубами слишком громко.

К счастью, нас сразу завели внутрь охотбазы. Зданий тут было много, и они были солидными, сложенными из здоровенных сосен — сразу видно, что люди делали для себя. Строили-то конечно солдатики, под людьми я имел в виду генералов и полковников, что на этой базе развлекались охотой. Я прекрасно помнил свою молодость в СССР — охота была повальным национальным увлечением среди мужиков. Власть ничего против не имела, много чего пережившее советское государство предпочитало на случай новой войны призывать в армию людей, умеющих хорошо стрелять, а не забывших уже, как держали автомат двадцать лет назад на срочке.

Сам я этим делом не увлекался — вначале учился и зарабатывал деньги, чтобы стать на ноги, и только что-то начало получаться, как СССР развалился, и я стал работать в два раза больше, чтобы не попасть в число тех, кто побирался по помойкам. Не до охоты было, короче.

Сейчас-то я понимаю, что может и зря. Охота это еще и мощные связи, которые хорошо помогают в той или иной жизненной ситуации, а в СССР, если не умеешь заводить связи, то тебе ничего особенно выдающегося не светит.

Хотя, если подумать, то и здесь бывают исключения. Если ты гениальный ученый, способный выдавать на гора великие открытия, то в СССР тебя и без связей поднимут на самую вершину — и квартиру дадут, и дачу, и персональную машину с шофёром, и продпайки. Ты главное, не отвлекайся, и штампуй новые великие открытия. Но вот всем остальным нужно много и энергично общаться, и тогда все будет хорошо.

Ну что же, будем считать, что сегодня я начинаю исправлять то свое упущение — впервые примыкаю к числу тех миллионов советских граждан, кто без охоты своей жизни не видит. Не ради азарта стрельбы по лесным зверюшкам, а чтобы лучше устроить и жизнь Павла Ивлева, и всех его друзей и родственников. Жалко только, что на курсы стрельбы пошел не так давно. Не натренировался еще. Ну да ладно, дело наживное.

Внутри огромной избы на столах были разложены охотничьи ружья. Рядом с ними стоял советский офицер — скуластый, среднего роста, смотрящий на нас слегка расслабленно, а чуть поодаль перетаптывались с ноги на ногу солдатики. Когда мы все вошли, офицер шагнул вперед:

— Разрешите представиться — капитан Иванцов Дмитрий Сергеевич. По поручению генерала Громова буду проводить сегодня с вами охоту на тетерева. Сразу же вопрос — все ли имеют опыт охоты?

Мы сразу же по ответам разделились на две группы — тех, кто имеет, и не имеет. Опыт охоты имели Шанцев, Йозеф, Юрий Петрович, Роман Викторович, переводчик (кто бы сомневался) и неожиданно для меня Галия и Элишка. Ийржи, возможно, тоже имел такой опыт, но он все еще не пришел в достаточно вменяемое состояние, так что внятно ответить не смог. А наш главбух и вовсе отказалась охотиться — сказала, что посидит лучше здесь, переждет охоту, а потом нашим трофеям порадуется.

Выяснив этот вопрос, капитан продолжил:

— Сейчас все получат ружья и сопровождающих. Сначала краткий инструктаж — ружья прямо здесь не заряжаем. Когда выйдем на позиции и зарядим ружья, друг на друга их не направляем, даже в шутку. У солдат строгие инструкции в таких случаях охоту прекращать и изымать оружие, без обид. Подойдите, пожалуйста, к столу с оружием.

Мы подошли.

— Перед вами два варианта на выбор — МЦб и ТОЗ БМ, и тех, и тех вдосталь, выбирайте, что для вас более привычно. Новичкам рекомендую брать МЦб.

— Бери МЦб, они лучше! — шепнула мне Галия с азартно горящими глазами. И даже сама мне и сунула ружье