Досье Сноудена. История самого разыскиваемого человека в мире - Люк Хардинг

Макаскилл совершал восхождения на Маттерхорн, Монблан и Юнгфрау. Его спокойствие и выдержка теперь очень ему помогали.

Первоначальная антипатия Лауры Пойтрас по отношению к Макаскиллу исчезла. Он начинал ей нравиться. «Ивен как-то плавно и вместе с тем идеально и мгновенно влился в нашу команду», — рассказывал Гринвальд. Расбриджер назвал это партнерство «любовным фестивалем».

Тем же вечером Гринвальд быстро набросал черновик статьи о Verizon. Из секретных документов Сноудена было видно, что АНБ тайком собирало все данные о телефонных звонках клиентов этой крупнейшей американской телекоммуникационной компании. Трое журналистов решили, что эта история станет первой в целой серии громоподобных разоблачений. Но они опасались, как бы не опоздать. Макаскилл и Гринвальд допоздна обсуждали текст статьи. Они сидели в комнате Гринвальда в отеле W, окна которого выходили на гавань и холмы материкового Китая. Отсюда были видны также небоскребы на острове Гонконг и мост, ведущий в аэропорт…

Гринвальд набирал и правил текст на ноутбуке, затем передавал его Макаскиллу. Макаскилл печатал на своем компьютере и передавал Гринвальду тексты на флешке; так они сидели, работали, постоянно обмениваясь флешками. Электронная почта не использовалась. Журналисты уже не следили за временем. Макаскилл прилег поспать. Когда он встал, Гринвальд все еще работал. Сноуден рассказал Питеру Маасу из New York Times: «Особенное впечатление на меня произвела способность Гленна работать без отдыха по многу часов подряд» (Гринвальд засыпал только в полдень).

Они отправили заключительный вариант на электронный адрес Джанин Гибсон в Нью-Йорк. Эта статья, конечно, должна была спровоцировать беспрецедентный и непредсказуемый переполох.

Но теперь главный вопрос заключался в том, готова ли будет Guardian все это опубликовать…

Глава 6

Сенсация!

Американское отделение Guardian, «малый офис», Нью-Йорк

Июнь 2013 года

Хиггинс. Вы можете пойти, но вы уверены, что они опубликуют?

Тернер. Опубликуют.

Больше десяти лет 33-летний Спенсер Акерман занимался темой национальной безопасности и деятельности различных спецслужб. Он налаживал контакты, сплетничал с сенаторами и внимательно следил за действиями администраций Буша и Обамы в период после событий 11 сентября. Практических результатов было мало, и это кого угодно могло повергнуть в уныние. Правда, в 2005 году New York Times обнаружила наличие несанкционированной программы слежки президента Буша, которая имела кодовое наименование STELLAR WIND. Однако такая утечка была крайне необычна, это был, по сути, луч света, пробившийся из доселе совершенно непроницаемого секретного мира. (New York Times тянула с публикацией этого материала целый год. В конце концов он все-таки был опубликован, но только после того, как репортер Джеймс Райзен запланировал включить его в свою книгу.)

Акерман приехал из Нью-Йорка. Он отличался непокорным нравом и мог в минуты стресса лечь на пол и сделать несколько отжиманий. Когда самолеты террористов ударили в башни-близнецы, 21-летний Акерман находился неподалеку: он учился в колледже в Нью-Джерси. «Вот это была сенсация», — рассказывает он, объясняя свой интерес к теме национальной безопасности. Работая сначала в журнале New Republic,[16] а затем — в WIRED, в частности ведя его блог Danger Room («Комната опасностей»), посвященный вопросам национальной безопасности, он больше всего внимания уделял расследованию программ слежки АНБ. Здесь были кое-какие зацепки. Но крайне мало фактов. Агентство отмалчивалось по поводу своей деятельности и своей отдаленностью от окружающего мира напоминало орден молчаливых картезианских монахов.

В 2011 году Акерману позвонили из офиса Рона Уайдена, демократа от штата Орегон и одного из жестких критиков правительственной слежки. Он приехал взять у сенатора интервью. Давая довольно туманные ответы на вопросы журналиста — поскольку не имел права раскрывать секретную информацию, — Уайден выразил глубокую озабоченность по поводу Патриотического акта, действие которого конгресс вновь собирался продлить. В частности, сенатор сказал, что исполнительная власть придумала для себя юридическую интерпретацию, которая совершенно не стыкуется с тем, что фактически заявлялось в этом акте. Причем собственную интерпретацию правительство не предало огласке. Получается, что никто не мог ее оспорить. Но Уайден намекнул, что Белый дом с помощью казуистики пытается скрыть от всех гигантские масштабы своих программ сбора информации.

Что же происходило? В электронном сообщении, направленном в WIRED, Акерман размышлял о том, что правительство собирает массу информации о частных лицах. Но АНБ категорически отклонило все домыслы о том, что оно якобы шпионит за американцами. В 2012 году генерал Кит Александер неожиданно появился на хакерской конференции в Лас-Вегасе. Главный босс шпионской службы США впервые посетил такое мероприятие, как DEfCon. Сменив выглаженный генеральский мундир на мятую футболку и джинсы, Александер выглядел на сцене довольно нелепо. В своем выступлении он заверил аудиторию, что его ведомство не ведет «абсолютно» никаких «файлов» или «досье» на «миллионы или сотни миллионов» американцев.

Действительно ли это было наглой ложью? Или просто семантической отговоркой, в которой под словом «файлы» понималось нечто другое, скажем записи данных о телефонных разговорах? Для Акермана и других журналистов, пишущих на тему национальной безопасности, это были провокационные аспекты одной большой головоломки. Принятый после 11 сентября 2001 года Патриотический акт являлся весьма соблазнительной приманкой. Но детали оставались неясными. Для того чтобы обойти различные юридические преграды, чиновники вполне могли воспользоваться тайными судами, всеобщей неразберихой и секретностью. Но не было доказательств. И поскольку из АНБ почти не происходило никаких утечек, представлялось крайне маловероятным, что кто-нибудь в скором времени покажет истинный размах правительственной слежки.

В конце мая Акерман оставил работу в WIRED. У него появился шанс стать редактором отдела информации по национальной безопасности в американском отделении Guardian. Офис располагался на Фаррагут-сквер в Вашингтоне, в каких-то трех кварталах от Белого дома. Американский редактор Джанин Гибсон попросила Акермана сначала приехать в Нью-Йорк. По ее словам, она хотела, чтобы тот провел там неделю и получше «сориентировался» в новой для себя обстановке. Акерман не совсем понял смысл такой «ориентации». Тем не менее ему не терпелось произвести впечатление на новых работодателей и загрузить их новыми идеями, и он отправился в Нью-Йорк.