Женщины не любят ждать - Эрл Гарднер

– Долго? – спросил Бикнел.

– Именно это я у него и выяснял, – ответил я, – когда позвонил сержант Хуламоки и расстроил мне всю игру.

– Не понимаю, какое это имеет значение? – проворчал Бикнел.

– Раньше Рей Гири считал, что в игре за благосклонность Нормы, где козыри – звонкие бубны, он имеет на руках только несколько мелких червей. А теперь вдруг понял, что у него все четыре туза.

– И ты считаешь, что Норма на него поставит? – спросила Берта.

– Насчет Нормы не беспокойся, – рассмеялся я. – Конечно, они с Мирой закадычные подружки, но дружба дружбой… Если у Нормы будет шанс заполучить надежное алиби на то время, когда произошло убийство, то можешь спорить на что хочешь – она его получит. Скорее всего, уже получила.

– Неужели этот Рей Гири действует так быстро?

– Да, именно так.

– Это еще больше усложняет нашу ситуацию, – сокрушенно произнес Бикнел.

– А я и не спорю.

– И этому никак нельзя помешать?

– Не знаю. Если бы сержант Хуламоки задержался со своим звонком хоть на пять минут, я узнал бы, как было на самом деле. Узнаем ли мы это сейчас – большой вопрос.

– Вот черт! – в сердцах воскликнула Берта.

– В какое время произошло убийство? – спросил я.

– Мы приехали туда примерно в десять сорок, – ответил Бикнел. – Убийство должно было произойти за две-три минуты до этого, не больше. Женщина, совершившая убийство, бегала по комнате и что-то искала.

– Полиции это известно?

– Да, конечно. Более того, они это проверили. Патологоанатом установил, что убийство было совершено не более чем за час до его приезда.

– А когда он приехал?

– Где-нибудь в пятнадцать минут двенадцатого, – ответил Бикнел.

– Стало быть, остаются Мицуи и Мира.

– Я очень долго думал обо всем этом. Мне кажется, я мог бы сообщить новые важные сведения.

– Какие?

– Я все время старался восстановить в памяти то, что видел, – сказал Бикнел, – и теперь я убежден, что ноги этой девушки были естественного коричневого цвета.

– Но ведь Мириам все время ходит на пляж и успела приобрести отличный загар, – заметил я.

– Да знаю я, знаю, – нетерпеливо проговорил он, – но это совсем другое. Мириам ведь носит купальник; на ногах у нее, конечно, прекрасный загар, но вот… верхняя часть… э-э…

– Задница, – подсказала Берта, слушавшая его с большим интересом.

– Совершенно верно, – обрадовался Бикнел. – Э-э… эта часть тела должна была быть белой, абсолютно белой. А я чем больше вспоминаю, тем больше уверен, что эта девушка была голая и ничего белого в… э-э… верхней части ног, или, как выражается миссис Кул, на заднице, у нее не было.

– Вы не говорили об этом сержанту Хуламоки на допросе? – спросил я.

– Нет.

– Почему?

– Все произошло так внезапно. Я не мог как следует собраться с мыслями.

– Это понятно, – сказал я. – Но зато потом у вас было достаточно времени, чтобы собраться с мыслями. Ведь вы заинтересованное лицо. Вы явно защищаете Мириам Вудфорд, даже потратили три тысячи долларов на то, чтобы спасти ее от какой-то неизвестной опасности. Вы пристрастны, поэтому все эти ваши свидетельства не так уж много стоят. – Я даже пальцами прищелкнул для убедительности.

– Что-то не нравятся мне ваши речи, Лэм, – снова угрожающе заговорил Бикнел.

– Я и не рассчитывал, что они вам понравятся, – ответил я. – Если вам нужны пустые заверения, то я могу сесть рядом, потрепать вас по плечику, напустить розовых соплей, и вы будете считать, что все идет замечательно. И накинете нам премиальные. А потом столкнетесь с грубой реальностью и получите по морде. Так что выбирайте, что вам милей: поиски реального выхода или приятный треп.

Бикнел гневно глянул на меня, но я понял, что главное до него дошло.

– Есть еще один вариант, который, по-моему, стоит предложить полицейским, – сказал я. – Ведь этот Бастион был шантажистом-профессионалом. Он на этом карьеру сделал. Он наверняка хорошо умел собирать «взрывчатые» материалы, которые можно использовать для шантажа, и хранил у себя дома какой-то «арсенал».

– Продолжайте, – заинтересовался Бикнел.

– На каждую из его жертв падает подозрение в убийстве, – продолжал я. – Мы, конечно, можем искать его жертвы до конца жизни и так и не найти; но если бы мы смогли заполучить что-нибудь из этих материалов, то с их помощью вышли бы и на других его «клиентов».

– Очень, очень разумно, Дональд! – Бикнел даже облизал пересохшие губы.

– Теперь подумаем, почему Бастион арендовал коттедж. Мне кажется, на то были особые причины. Я думаю, что он вряд ли приехал в Гонолулу из-за одной Мириам; скорее всего, хотел убить сразу нескольких зайцев.

– Честное слово, Дональд, – воскликнул Бикнел, – котелок у вас варит!

– Я не верю в то, что Мириам его убила. Не верю и в то, что это сделала Норма. Я сомневаюсь и в том, что это дело рук Мицуи, хотя здесь ручаться нельзя. Очевидно лишь то, что именно Мицуи подбросила пистолет. Кто-то дал ей этот пистолет и велел его подбросить. Если мы выясним, кто это, то найдем и нужного нам убийцу.

Бикнел оторвался от стула, подошел ко мне и пожал руку, соблюдая, правда, обычную для него осторожность. А Берта аж вся сияла от гордости.

– Значит, – сказал я, – нужно сконцентрироваться на Мицуи. Здесь мы полицию опережаем. Они ведь должны проверять подозрения и насчет Нормы, и насчет Мириам. А мы срежем угол, поскольку знаем, что пистолет подкинула Мицуи. Может быть, она и убила Бастиона, но может быть, это сделала другая жертва шантажа, которая потом подкупила Мицуи, чтобы та подбросила орудие убийства и тем самым направила подозрения против Мириам. А из этого следует, – продолжал я, – что мы должны представить себе эту новую подозреваемую. Скорее всего, она замужняя женщина. Вполне возможно, она живет где-то недалеко от дома, который арендовал Бастион, может быть, даже в одном из домиков, что стоят на склоне над той бухтой. Муж ее работает в городе. Сегодня утром, когда муж уехал на работу, она надела купальник, взяла пистолет, проникла в дом Бастиона, разделась, да и прописала ему то единственное, с ее точки зрения, лекарство, которое подействует эффективно и заставит его успокоиться навсегда.

– А потом? – спросила Берта.

– Потом снова надела купальник, сбежала по лестнице к бухте, прыгнула в воду, искупалась, вышла как ни в чем не бывало, вернулась к себе домой, приняла душ, переоделась и отправилась в город за покупками.

– А пистолет? – спросила Берта.

– А пистолет передала Мицуи, чтобы она подбросила его в квартиру Мириам, где его рано или поздно должна была найти полиция. По чистой случайности он не был найден при первом обыске.

– Но какое отношение к этой женщине может иметь Мицуи?

– В этом-то и загвоздка, – сказал я. – Нам необходимо найти эту связующую фигуру. Этот человек должен быть достаточно близко знаком с Бастионом и знать, что тот держит под прицелом много жертв. Он должен быть знаком и с Мицуи. Ведь Мириам – это сладкое яблочко на самой верхушке яблони; та, другая женщина – яблочко поменьше, но она была доведена до полного отчаяния.

– Вы, кажется, уже и сами в это не верите, – произнес вдруг Бикнел, который долго молча смотрел на меня.

– Я верю в то, что такая возможность существует. Но сейчас я хочу просто придумать какой-нибудь хитроумный трюк и подбросить его полицейским, чтобы они отвлеклись от Мириам как единственной подозреваемой.

– И кто же, по-вашему, это может быть?

– Я предполагаю, что это Сидней Селма. Мне кажется, он был партнером Бастиона. Я думаю, именно он узнал из письма Нормы нечто, на чем построил шантаж против Мириам, а потом, когда запахло деньгами, решил, что не стоит делиться с Бастионом.

– Замечательная версия, – с сомнением произнес Бикнел, – остается только ее доказать. Чем вы можете подкрепить ее, кроме чистых домыслов?

– Пока ничем, – признался я. – Поэтому-то я и хочу раскопать какую-нибудь другую жертву шантажа и использовать ее в качестве наживки для полиции. Хотя в том, что Селма был партнером Бастиона, я лично уверен. И Мицуи должна была его знать, иначе она не согласилась бы взять пистолет и подложить его.

Бикнел глубоко задумался, время от времени кивая своим собственным мыслям.

– Стало быть, – добавил я, – самое важное сейчас для нас – добыть хоть какую-то информацию о других жертвах Бастиона.

Бикнел посмотрел на Берту и спросил:

– Вы рассказали ему о бумагах, спрятанных в стене?

Она кивнула.

– Мне не удалось прочитать их, Дональд, но я думаю, что это именно то, что нам нужно. Необходимо поехать и забрать их.

– Не так-то это просто, – ответил я. – Они какое-то время будут следить за домом, так что с бумагами придется обождать. Я надеялся, что вы успели их просмотреть и хоть что-то в них обнаружили.

Бикнел отрицательно покачал головой.

– Там было одно письмо, но я не прочитал его. Не было времени.

– Значит, нужно искать что-то еще, – сказал я.