Сердце ворона - Олег Яковлев

– Хочу, Деккер, – хрипло проговорил Магнус. – Только бы оставить все это и забыть. Пусть даже исчезнуть, пусть сгинуть в муках, только бы оставить.

Черный Лорд подошел вплотную к стоящему на коленях рядом с мертвецом некроманту. Почти в упор приблизился к его перечеркнутому двумя алыми линиями лицу.

– Я не дам тебе такого наслаждения, – голос-кремень сорвался с губ вместе с язвительной усмешкой. – А ты, Коррин, никогда не забудешь этой боли, – обратился к покойнику Деккер. – Ты вечно будешь помнить то, как предал Черного Лорда! Но, – он отстранил свое лицо от Магнуса, закрыл глаза на миг, – благодари Хранна, что ты мне еще нужен.

Сероглаз вдруг ощутил, что здесь что-то не так, и почти сразу же понял, что именно. Рука Коррина, которую он сжимал в своей, вдруг начала теплеть.

– Он жив! – воскликнул Ревелиан, его темно-карие глаза были наполнены и ужасом, и удивлением…

– Да, жив, – подтвердил Деккер, и это была правда – Коррин, почти не мигая, смотрел на звезды, но взгляд его теперь не был окаменевшим; алая рана на груди исчезла. Распростертый некромант вырвал свою руку у Магнуса, после чего больше не совершал никаких движений. – Надеюсь, теперь, братья, вы видите, как я наказываю отступников? И если не хотите, чтобы я проделал это с каждым из вас, вы никогда не посмеете даже помыслить о предательстве.

– Мы будем верны тебе, Черный Лорд! – воскликнул первым Ревелиан. – Клянусь кровью Хранна!

– Клянусь! Клянусь! Клянусь! – раздалось со всех сторон.

– Встаньте с колен, братья, мне не нужны ваши клятвы. Мне нужен мой брат. Где Кровавое Веретено?

Огромный черный сундук, окованный сталью, стоял подле одного из шатров в лагере некромантов. Его стенки были расписаны вязью колдовских фигур – чтоб то, что там прячется, не могло выбраться наружу. Кругом, не в силах поднять глаза на Черного Лорда, стояли Ступившие за Край. Адепты же поспешили скорее скрыться от безжалостного взора повелителя.

Деккер покосился на согбенных некромантов – плечи Ревелиана слегка подрагивали. Быстро же он отошел от пытки – теперь Джек-Неведомо-Кто, едва сдерживая себя, беззвучно смеялся. Идея с тюрьмой для Кровавого Веретена принадлежала ему.

Предатель Трона жестом сорвал серебряные замки, крышка отлетела назад. Черный Лорд подошел ближе и заглянул внутрь. Некроманты обступили сундук. Там, закинув ногу на ногу, вполне удобно развалившись, лежал темный маг в алом, расшитом золотом камзоле, сложив свой кровавый бархатный плащ в виде подушки и подложив его под голову. Вокруг него стояло несколько пустых глиняных бутылок – и откуда Арсен только умудрился достать их, будучи запертый на замок?! Из сундука шел густой винный запах.

– Долго же ты добирался, брат. – Пошатываясь, Арсен медленно поднялся из своего сундука. – Я даже успел немного… заскучать…

– Что это? – Глаза Деккера наполнились яростью.

– Я немного скрасил себе… хм… это скучное и унылое путешествие.

Кровавое Веретено попытался вылезти из сундука, перекинул ногу через стенку, но споткнулся и вывалился на землю, растянувшись на земле. Каждое неловкое движение сопровождалось полными недоумения взглядами некромантов и нетрезвым смехом Арсена. Ревелиан странно прищурился, ему уже не было смешно – в пронзительном взгляде рыжего чернокнижника вырисовалась черная гложущая зависть и злость. Больше всего Джек-Неведомо-Кто любил вино. Конечно же, речь идет о тех временах, когда он еще не ступил на неверную стезю темной магии и не принял на себя издержки новой сущности – Проклятие Некроманта, лишающее прислужника смерти любых удовольствий, включая вкус еды и питья. Больше всего его сейчас мучил вопрос, как же именно Кровавое Веретено смог опьянеть, когда, по всем раскладам, хмель не должен был произвести на него никакого влияния. Что же он такое сделал, чтобы ощутить вновь этот сладкий вкус, эту приятную затуманенность разума, эту разливающуюся вместе с кровью дурманящую вишневую жидкость?

Из широких рукавов камзола валявшегося на земле Арсена вылезли две большие черные мыши. Лишь оказавшись на воле, зверьки сменили облик. Из дымной тучи появились два человека, один сгорбленный и хромой, другой – высокий и худой, оба – в черных одеяниях с капюшонами и длинными полами. Ученики Кровавого Веретена склонились в низком поклоне, глядя на Черного Лорда.

– Пепел и Тьма! – Деккер взмахнул рукой, невидимые пальцы схватили Арсена за грудки и резко вздернули, ставя его на ноги. – Тебе очень весело, брат?

– А почему бы и не повеселиться? – Некромант в алом камзоле взмахнул рукой, словно простой фокусник на ярмарке, и вытащил из воздуха запечатанную глиняную бутыль. Склонился в дурацком поклоне перед окружающими и, выдернув зубами пробку, вылил содержимое сосуда себе в горло.

Деккер подошел к своему лучшему другу и вырвал у него из руки бутылку. Багровая жидкость выплеснулась на высокий воротник Арсена.

– Эй! Это лучшее сархидское вино! Прямо с королевского стола!

– Хватит дурачиться. Ты не можешь пьянеть.

Деккер размахнулся и отвесил другу сильную пощечину, отчего тот кубарем отлетел в сторону. Когда Кровавое Веретено поднялся, показалось его лицо, правая половина которого превратилась в ужасающую маску, обугленную и окровавленную. Из-под прожженного мяса проглядывал череп. За какие-то мгновения рана затянулась, ожоги исчезли, сажа опала, и показалась бледная кожа. Вскоре лицо некроманта вновь обрело прежний вид, только теперь он не улыбался, глаза его были ясны и полны гнева. Стало понятно, что он просто притворялся.

– Лоргар погиб, – хмуро сказал Деккер. – Поимел бы хоть малейшее уважение к его памяти. На рассвете ты возвращаешься в Элагон. Мне ты здесь не нужен. Хватит веселья.

– Но я бы больше помог тебе именно здесь, Деккер! – возмутился Кровавое Веретено.

– Это не обсуждается, – безоговорочно сказал Черный Лорд. – Возьмешь с собой юго-восточное крыло общим счетом в тридцать тысяч воинов. Восточный Дайкан падет и от половины армады, а Элагон мы потерять не можем.

– Дайкан? – осмелился переспросить повелителя Дориан.

– Дайкан, – повернув к Сумеречному голову, коротко ответил Деккер.

Хранитель Летописи, неистово стегая коня кожаной плетью, уносился все дальше в глубь степей, поднимая облако пыли. Лошадь была сильной и выносливой, и копыта, беспрерывно разрывающие степной ковыль, несли животное на юг. У человека оставалось лишь два дня и две ночи, чтобы довезти Летопись до Убежища. Только два дня и две ночи для того, чтобы Дух Летописи заснул там до следующей записи в книге, как и было ему обещано. А с духами шутить не стоит, особенно с этим. Могущественное существо из Темного мира, заключенное в книгу неумехами-шаманами, было настолько сильным, что могло сжечь любого, кто попытается его обмануть.