Рубиновое ожерелье - Марта Киркланд

Когда Эмелайн заговорила, собственный голос показался ей чужим и неестественным.

— Нехорошо в это вмешиваться, — сказала она. — Если Лайаму понравится молодая леди, он сам ей скажет о своих чувствах.

Кордия снова вздохнула, встала и пошла к двери.

— Я приму к сведению твой совет, — сказала Кордия. — Хотя мне очень хочется помочь, но пусть Лайам и его леди сами решают, как им быть.

Его леди… Фраза еще долго звучала у нее в ушах, Даже когда Кордия пожелала ей спокойной ночи и вышла, закрыв за собой дверь, Эмелайн все еще слышала эти слова.

Кордия выразилась почти прямо: она хочет, чтобы ее подруга стала женой Лайама. Но что же сам Лайам? Он даже еще не знаком с Мэри Бьючемп. Мэри вполне может ему понравиться. Или не понравиться. Кроме того, он, возможно, пока и на ищет себе жену. Если он ничего не говорит о своих планах сестре, то, наверное, у него нет никого на примете на данный момент. Эта мысль успокоила ее, и тяжесть в груди как-то сразу уменьшилась. Если у Лайама пока нет на примете никого… В таком случае, Эмелайн, возможно… Нет. Нет! От таких надежд у нее закружилась голова. Лайам может выбрать себе любую молодую леди в свете. Эмелайн честно признавалась себе, что хотела бы быть этой самой молодой леди, но понимала, как глупо на это надеяться. Только в сказках прекрасные принцы женятся на бедных девушках. Но — и это «но» радовало ее больше всего — Если Лайам не собирается пока ни за кем охотиться, то почему бы ей не поохотиться за ним? Флирт ей вполне удается! Она смогла завлечь Джеффри Бьючемпа с помощью флирта. Если это сработало с таким ловеласом, как Чемп, то должно получиться и с Лайамом. По крайней мере, не будет ничего плохого, если она попробует.

Конечно, не надо жадничать. О браке даже нечего и думать, это ясно без слов. Эмелайн не обманывала себя. Лайам никогда не сделает ей предложение.

Брак это как большой пирог, а Эмелайн хотела съесть только кусочек. Ей очень хотелось попробовать, какой он сладкий. Ее желание было простое: быть рядом с Лайамом и наслаждаться им. А еще, если ей удастся зажечь в нем искру, такую, какую он зажег в Эмелайн… Тогда Эмелайн мечтала получить от него поцелуй. Чтобы Лайам поцеловал крепко-крепко. Это должен быть такой поцелуй, каким мужчина целует свою любимую женщину.

Это началось у нее еще со времени их путешествия в Лондон. Эмелайн тогда проснулась в объятиях Лайама, и с тех пор она думала о нем. Эмелайн казалось, что, наверное, уже никогда и ни с кем, кроме Лайама, она не испытает настоящей страсти. Каждый раз, когда они виделись, Эмелайн убеждалась и этом все больше и больше.

Когда леди Феба изложила свой план женитьбы Лайама и Мэри, это сразу встревожило, всполошило Эмелайн. Она чувствовала себя как пойманная птица, которая бьется в силках. Только тогда она поняла, что любит его. Неважно, что он не испытывает к ней тех же чувств. Лайам теперь ее единственный мужчина. Никого другого Эмелайн не могла уже полюбить. И только его губам она отдаст всю свою любовь. Только ему.

Только Лайаму. Да! Она будет охотиться за ним. Она не упустит свой шанс. Обрадованная таким решением, Эмелайн откинула одеяло, взяла свечу с красивого столика и зажгла большой канделябр, стоявший тут же. Затем она сбегала в гардеробную, нашла свой ридикюль и вынула оттуда маленький томик в сафьяновой обложке. Вернувшись с книгой в спальню, Эмелайн уселась на стул перед зеркалом и стала читать. Она снова посмотрела оглавление книги под названием «Как привлечь, поймать и удержать мужчину». Эмелайн хотелось побыстрее узнать, как же это сделать. Она начала внимательно читать, изучая каждую строчку. Потому что на этот раз Эмелайн читала не ради развлечения. Она искала инструкции, написанные опытной Мадам Икс. У Эмелайн еще в запасе месяц — нет, три недели и пять дней. Она хотела использовать их по назначению. Может, ей повезет, и в Лайаме проснется любовь. А если не любовь, то страсть. А когда время пройдет, и если ничего из этого не получится, Эмелайн вернется в Уилтшир, зная, что она старалась изо всех сил.

Выйдя из спальни Эмелайн, Кордия спустилась вниз, чтобы посмотреть, не вернулись ли домой слуги. Она хотела сказать Тернеру, что не может сама закрыть окно в библиотеке. Однако, проходя через холл, она заметила черный кожаный футляр, который Эмелайн забыла на столике у вешалки, Кордия сразу же им заинтересовалась, потому что любила все красивое. Она взяла футляр и открыла.

— О! — воскликнула Кордия, восхищенно глядя на темно-красные камни в золотой оправе. — Какое красивое колье!

Кордия достала ожерелье и быстро надела на шею. Ни в холле, ни в гостиной не было зеркала. Кордия повернулась. Она искала какую-нибудь блестящую поверхность, чтобы увидеть свое отражение. Не найдя ничего, Кордия пошла по лестнице. Зеркало висело над туалетным столиком в спальне молодой леди. Кордия успела сделать только несколько шагов. Она услышала вдруг, как в глубине коридора открылась дверь, ведущая на кухню.

— Тернер! — позвала Кордия. — Это ты? Я так рада, что ты вернулся, потому что задвижка на окне в библиотеке не…

И она замерла. Мужчина, шагнувший в круг света, отбрасываемый большим канделябром, был вовсе не дворецкий. Кордия никогда в жизни его не видела. Большой грузный мужчина с неприятным жестким лицом и черными злыми глазами. Он напугал ее своим видом. Напугал так, что она не могла даже вскрикнуть. Он остановился и замер. Как и она, он тоже был удивлен этой встречей. Но его шок быстро прошел. Мужчина смотрел не на нее, а на рубины на ее шее.

— Эй, — его голос был такой же злой, как и его глаза. — Откуда у тебя это ожерелье ?

Глава 10

Кордия громко, дико закричала. Это помогло ей прийти в себя, наконец, и это испугало мужчину, который слегка попятился. На лестницу выбежала Эмелайн.

— Что такое? — воскликнула Эмелайн, спускаясь в холл. — Боже мой, дорогая, что здесь случилось? С тобой все в порядке?

Эмелайн остановилась, прижав книгу к груди, и вдруг заметила мужчину, который притаился в коридоре. Лицо мужчины было только частично в тени, и оно показалось Эмелайн пугающе знакомым.

— Вы?!

Вернон Брофтон выступил вперед, нахально улыбаясь. Затем он поклонился.

— Я прошу прощенья, конечно, ваша светлость. Я не хотел вовсе пугать эту леди.

— Брофтон! Что вы здесь делаете?

— Ищу какую-нибудь работу в городе, вот что я делаю. Новому лорду Сеймуру я, похоже, не нужен. А поскольку мы с Тернером давно знакомы, то я решил получить здесь пищу и ночлег. Не думаю, что кто-нибудь будет возражать. Я ведь был слугой его светлости без малого двадцать лет.

— Боюсь, что вы ошибаетесь, — ответила ему Эмелайн. — Я буду очень возражать. Она уже немного успокоилась. Хотя при виде Брофтона ей было не по себе, но она старалась, чтобы ее голос звучал уверенно и властно.