До мурашек... (СИ) - Золотова Яна

— Мне надо идти и разбираться со своей работой, — строго произнесла она. — Но, если позволите совет: оставьте на время личные вопросы, займитесь Вилетьевым и обязанностями директора. Это сделает вас сильнее. Иначе он действительно сможет добраться до вас.

— Я пытаюсь понять, что здесь происходит, — возразил Артем Николаевич. — Все это очень странно и, возможно…

— Понимаю, о чем вы, — перебила Анюта. — Опасно для нее. Но сейчас не время для расследований — вы можете все потерять.

Артем Николаевич смотрел на свою подчиненную и не узнавал ее. Что так быстро и сильно изменило Анюту, сделало ее взгляд холоднее, а тон — жестче? Новая ответственная должность? Обида и ревность? Она как будто повзрослела за час… И вещи говорила неприятные, но правильные. Наверное… Артему Николаевичу, как любящему мужчине, сложно было отказаться от стремления неотступно защищать свою девушку. И чем сильнее он волновался, тем больше ему чудилось грозящих ей опасностей.

— Ты предлагаешь мне копать под Вилентьева? — уточнил он.

— Нет, — отрезала Анюта. — Безусловно, существуют причины, по которым директор не назначил своим преемником приближенного человека, негласного зама… или помощника, как будет угодно, обязанности у него весьма расплывчатые. Вот только мы уже могли убедиться, что действует он посредством других людей, даже, если уволите — будет вредить через них. Лучше укрепить свою позицию, разобраться в том, что вы можете, не позволять ему вести дела с партнерами…

— Знаешь, я бы с радостью предложил тебе пост помощника, — честно признался Артем Николаевич.

— Но я откажусь, — безо всяких эмоций, ровно ответила Анюта. — Вы поручили мне отдел, спасибо. Быть постоянно рядом я не хочу.

Тут уже не требовалось никаких пояснений и не могло быть обид — они оба все отлично понимали.

— Хорошо, иди работай. Спасибо.

Анюта удалилась, тихо и плотно прикрыв дверь, и Артем Николаевич уселся за стол, заваленный папками. Хотелось бежать к Алене и уговаривать на генетическую экспертизу. Хотелось уволить к чертям всю компанию и набрать новых, «чистых» людей. Хотелось отыскать Жанну Витальевну и в очень резких выражениях, которые он никогда не употреблял в адрес пожилых людей, заставить все рассказать. Потому что она знала! Тут и сомнений быть не могло.

А теперь, как оказалось, еще помогала Вилентьеву — и, как думалось Артему Николаевичу, абсолютно добровольно.

Но почему? Раньше он считал, что все дело в ненависти к ребенку любимого мужчины и другой женщины, но сейчас выяснилось, что все не так. Считала Вилентьева достойнее? А не все равно ли ей? Что-то крутилось на краю сознания, какая-то совершенно заурядная догадка — но он не мог ее ухватить. Яблоки… что-то связанное с яблоками засело в мозгу.

Его секретарь сбежала, «помощник» надеется сместить, все ждут от нового директора каких-то действий. Пора приступать. По крайней мере, какое-нибудь распоряжение заставит их отвлечься от козней и сплетен. В запарке некогда болтать. И первое же, что пришло в голову — отчеты! Нет ничего более неприятного, чем срочный отчет. Разве что проверка… Отлично! Внеплановая выездная аудиторская проверка! Конечно, ничего подобного их пока не ожидало, но если он скажет, что узнал о ней из надежных источников… даже письма не понадобится. Хороший повод устроить проверку перед проверкой, затребовать отчеты по всему, что только можно, заставить привести все документы в порядок, заодно ознакомиться с ними, загнать работников до состояния взмыленной лошади. И ответственным за все это назначить Вилентьева! Ему просто невыгодно станет что-то скрывать и недорабатывать, ведь комиссия все выявит — и шишки посыпятся на него.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Забрать бы еще у него личное дело Дениса Романовича… Зачем он его выкрал? Просто полез в портфель и схватил первое попавшееся — чтобы досадить? Из любопытства? Надеялся что-то выяснить? Как было хорошо на прежнем месте без всех этих вопросов!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— А можно просто пойти и набить ему морду, — едва слышно пробурчал Артем Николаевич, устав ломать себе голову.

Тихо и мелодично звякнуло оповещение рабочей почты. Какая-то рассылка с огромным перечнем адресатов… Артем Николаевич машинально открыл письмо с заголовком «Времени не теряет», и глаза его изумленно расширились. Сердце наполнилось горечью, а кулаки непроизвольно сжались. Такого подлого удара он не ожидал.

На гифке, сделанной из кадров камеры слежения, Алена медленно, чувственно целовалась с каким-то высоким мужчиной в лифте. Снова и снова.

30. Роман Денисович

Алена не скрывала от Артема ничего, кроме одного своего старого друга. Старого во всех смыслах — они познакомились несколько лет назад и было этому мужчине за пятьдесят. Когда девушка начала активно разыскивать информацию про своих родителей в сети, писала на форумы школ и ВУЗов, ей, среди прочих, ответил Роман Денисович. Он представился выпускником той же специальности, что и Ульяна, молодым аспирантом, который вел у них практику на старших курсах, и признался, что был тайно влюблен в прекрасную студентку. Но так как в то время никто даже помыслить не мог об отношениях между преподавателем и ученицей — это было низко, аморально и грозило увольнением — он держал свои чувства в тайне. И все же надеялся на взаимность каждый раз, когда ловил ее скромную улыбку.

Роман Денисович немногое мог поведать об Ульяне, но неизменно говорил о ней с такой теплотой, что невольно завоевал доверие и симпатию Алены. Не смотря на свой возраст, старик по меркам молодой девушки оказался на удивление остроумным, современным и жизнелюбивым. Подшучивал над ней, заигрывал ненавязчиво, всегда с напускной, комической строгостью предупреждая, что это должно остаться в тайне по причине его безумно ревнивой жены. Как Алена могла воспринимать такое серьезно? Она только смеялась и уже вовсю болтала в переписке с этим забавным стариком, рассказывая о своей нелегкой жизни и порой действительно получая полезные советы.

Он никогда ничего не спрашивал, сам с радостью рассказывал увлекательные истории из своей жизни, перекликавшиеся с новостями Алены, но вышло так, что в итоге знал о ней все. Каждый шаг и движение души, как лучшая подруга. И про Артема… вот только, когда молодые люди начали встречаться, Роман Денисович стал появляться все реже. Алена вначале с удивлением отнесла это на счет ревности, но старик вскоре нашел возможность выйти в интернет и прислать небольшое сообщение о проблемах со здоровьем. Он все еще держался бодрячком, но Алена между строк прочитала, что все очень плохо. Госпитализация, постоянный присмотр врачей… Она хотела навестить его, но Роман Денисович активно отказывался, не желая впервые предстать перед своей юной знакомой в таком жалком состоянии. Его самолюбие и чувство гордости такого не выдержало бы. Алена это поняла.

Последнее сообщение после долгого молчания пришло вчера. Нетипично короткое, сухое и отрывистое, будто старику трудно стало нажимать на кнопки. И содержало всего пару фраз: название этой компании и слова «я узнал, что Ульяна работала там вплоть до твоего рождения. Думаю, там ты найдешь ответы на все вопросы. Удачи, мой друг».

Компания ее парня! Какое совпадение! Да еще и с хорошей вакансией, как раз по ее профилю!

Все это казалось Алене счастливым случаем еще вчера. Сегодня она проклинала свое решение сюда сунуться.

Но теперь, ожидая, пока на ее этаж придет лифт, и едва сдерживая слезы, Алена решила, что Леонид прав — гораздо хуже оставаться наивной дурочкой, не подозревающей о том, что ее, возможно, обманывают.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— На вас лица нет, что опять произошло? — раздался рядом знакомый голос. Легок на помине! Алена даже не вздрогнула.

— Все… все нормально, почти, — попыталась улыбнуться она, кинув короткий взгляд на стоявшего в шаге Леонида, державшего в руках объемную папку. Уже в который раз он видит ее в растрепанных чувствах, еще решит, что подчиненная какая-то истеричка.