Не будите спящую собаку - Макс Мах

— Не надо! — отмахнулся Дюк. — Барби, ты как, сможешь поднять геликоптер? — повернулся он к девушкам.

— Какой? — деловито осведомилась Барбара, отрываясь от Изи.

— «Ласточка».

— «Ласточку» смогу, — с явным облегчением сообщила Барбара.

— Тогда, вперед! — предложил Дюк. — Времени в обрез. Еще чуть, и здесь будет тесно от любопытных, а нам это ни к чему, ведь так?

— Побежали, — не стал спорить Роб, которому стало значительно спокойнее, когда он понял, что не ему придется поднимать в воздух винтокрылую машину.

«Не мне», — подумал он с облегчением, занимая привычное место в голове группы.

На этот раз обошлось без неожиданностей. Добежали до площадки, и, пока Барбара осваивалась за штурвалом, оттащили в сторону связанного пилота и подобрали еще кое-какие трофеи. Потом разместились в кабине, а она у Аугусты «Хирундо» довольно просторная, и уже через двадцать минут, высаживались на пустыре в полукилометре от ограды марины. Ближе подлетать побоялись, да и садиться там было негде.

— Отлично! — Роб соскочил на землю и осмотрелся. — До марины рукой подать, а от ближайшей дороги к нам только через рощу подойти можно. — Но сначала придется немного поработать, — он вытащил из рюкзака пакет с влажными салфетками и протянул девушкам. — Вооружаемся тряпочками и скоренько стираем отпечатки пальцев. На все про все у нас пять минут. За дело! — и сам первым отправился вытирать пассажирские сидения и большие квадратные окна, к которым во время перелета нет-нет, да притрагивались, любопытствуя, где сейчас летят.

— У тебя машина где, на стоянке марины? — спросил Дюк, помогавший Барбаре протирать пилотскую кабину.

— Да, — ответил Роб, не отрываясь от дела. — А у тебя?

— Я на такси приехал, — хмыкнул Дюк.

— Моя крошка тоже на стоянке, — вмешалась Бабс, — так что едем на двух машинах.

— Вопрос, куда? — подала голос Изи, и Роб подумал, что она молодец: держится, как ни в чем не бывало, и это после всего, что ей довелось пережить.

— Не знаю куда, но точно не в полицию! — Это он именно для Изи сказал, остальные, похоже, все и сами прекрасно понимали. — Пока ситуация не прояснится, доверять нельзя никому, ни полиции, ни прокуратуре.

— Роб, но это прямо-таки махровый правовой нигилизм! — запротестовала Изи. — Нельзя же впадать в паранойю!

— Можно и нужно! — поддержал Роба Дюк. — Я сам, знаешь ли, самый, что ни на есть законопослушный гражданин, но я хочу быть уверенным, что и государство не забыло о своих обязательствах передо мной. Уверюсь, что помнит, сам первым пойду в полицию, хотя и не буду говорить там лишнего. Что и тебе рекомендую.

— А куда же мы тогда поедем? — растерялась Изи. — Нам же прятаться теперь где-то придется.

— Не забивай голову! — лучезарно улыбнулась Барбара. — Я обо всем позаботилась. Едем в промзону «Керамит 2». Адрес — Шестнадцатая линия, строение семь.

Честно говоря, все это выглядело более чем странно. Ну, ладно она! Ее история, хоть и походила на фильм ужасов, но из ткани реальности не выбивалась. В конце концов, Лизу похитили с неизвестными целями сразу две реально существующих организации. Вернее, одна — «Оракул», — по всей видимости, выполняла задание безумца Филиппа Харта, но кто были те другие, что заявились, на ночь глядя, в Лизину темницу, можно теперь только гадать. Неизвестно и непонятно. Однако, хоть и непонятно, но, тем не менее, объяснимо. Таинственно, пугающе, даже устрашающе, но при этом, по-своему понятно, так как все еще находится в границах «разумного», пусть это «разумное» и самого дурного толка. Но что, прости господи, случилось за эти два дня с Робертом и Дюком?

Лиза знала их достаточно хорошо — во всяком случае, так ей раньше казалось, — чтобы не подозревать в них людей, способных стрелять, но главное — убивать! Тем не менее, именно это они и делали последние несколько часов прямо у нее на глазах.

«Стреляли и убивали! — думала она в замешательстве. — И вроде, ругать не за что — для меня же старались, но как-то это все…»

Все это было очень непросто. Запутано и туманно. И, разумеется, противоречиво.

О, нет, конечно же, она не какая-нибудь неблагодарная свинья, и не дурочка, слава богу. Ей были понятны мотивы Харта. Омерзительны, отвратительны, но понятны. Точно так же, если подумать, не стоило удивляться и действиям детективов из «Оракула». В конце концов, почти у каждой профессии есть своя темная сторона, о которой не любят говорить, но которая от этого никуда не исчезнет. И везде, разумеется, есть жадные до денег мерзавцы, негодяи по характеру и подонки по природе. Есть они среди врачей и адвокатов, встречаются среди политиков и инженеров, попадаются среди полицейских и военных, так отчего бы не найтись подлецам среди частных сыщиков? Сложнее разобраться с теми людьми, что устроили ей допрос. И почему-то казалось, что сама Лиза интересовала этих упырей в самую последнюю очередь. Более того, где-то в глубине души, Лиза понимала, что допросив, они убили бы ее, просто потому что она им больше не. Интересовал их Роберт, а вот откуда такой нездоровый интерес к самому обычному человеку, она в толк взять не могла. То есть, теперь, Лизе начинало казаться, что, возможно, она совсем недостаточно знала Роба, и что он гораздо сложнее и загадочнее, чем она могла предположить.

После внезапного и весьма драматического освобождения, у них с Робом еще не было возможности поговорить, и Лиза, разумеется, не знала, что и как происходило в те тридцать часов, что она находилась в плену. Однако если судить по тому, что и как происходило сейчас, она пропустила самое интересное. За умолчаниями, двусмысленными репликами, жестами и мимикой окружавших ее людей, угадывалась драма, едва ли не шиллеровского размаха, или, напротив, триллер в стиле голливудских блокбастеров, где крутые, но хорошие парни и девушки вламывают не менее крутым, однако отрицательным персонажам. Что-то такое — с пальбой, бешеной ездой на автомобилях и беготней по крышам — мерещилось Лизе за скупыми жестами Дюка, показной «легкостью существования», которую пыталась «продать» ей Барбара, или холодноватым спокойствием Роберта, больше смахивающим на военную выучку, чем на состояние души. Похоже, неприятности случились не у нее одной, и то, что, несмотря на эти непроясненные пока обстоятельства, Дюк и Барбара отправились вместе с Робертом спасать Лизу из рук…

«Ну, — решила Лиза, чуть подумав под монотонный грохот двигателя, — их вполне можно назвать ужасными злодеями, всех этих тех, кто удерживал меня на острове, и именно от них меня и спасли Барбара, Роб и Дюк».

Так что, конечно же, она была полна благодарности к Барбаре и Дюку, но особенно, разумеется, к Роберту, которого она, кажется, любила теперь еще сильнее. И еще она была счастлива оказаться на свободе, хотя и не имела сил радоваться. Однако, даже понимая, что, возможно, Роберт прав, и им — ей, ему, Дюку и Барбаре — стоит пока «постоять в тени» и подождать развития событий, Лиза ощущала род дезориентации и замешательства. Ей, правоведу по специальности и стилю мышления, непросто было понять и принять тот «стиль жизни», который навязывала ей логика событий. Легко бежать с перепугу, сложнее осмысливать свое «бегство», глядя на него со стороны, то есть объективно и беспристрастно.

«Объективно и беспристрастно?! — неожиданно Лиза рассердилась сама на себя только за то, что вообще оказалась способна давать моральные оценки действиям друзей. — Да, Господь с вами, госпожа Веллерт! Вы вообще-то в своем уме? Что бы с вами сталось, милочка, не прибей Роберт этого перца. И ножом по горлу — это еще не самый худший исход, если иметь в виду угрозы Харта! Вот же ублюдок жадный! Вот же…»

У нее просто не нашлось слов, даже в ее мысленном, не предназначенном для озвучивания лексиконе не оказалось подходящих эпитетов. А еще Лиза поняла вдруг, что состояние ее нормальным не назовешь, и неспроста! В конце концов, стресс и любовь способны вывернуть человека буквально наизнанку. И то, и другое в отдельности, а уж вместе… Страшно даже подумать, на что они способны вместе, но и думать не надо. Именно это с Лизой сейчас и происходило.

А между тем, «беглецы с острова Эльф», оказывается, уже прилетели к Марине Экселенце и даже протерли влажными салфетками едва ли не весь салон геликоптера. Однако Лиза всего этого даже не заметила, само как-то образовалось: и полет, и уборка, и пробежка через пустырь — отдельное спасибо Робу за кроссовки — и даже преодоление препятствий, имея в виду высокую ограду марины, что, между прочим, тоже не безделица.

— Можно я поеду с тобой? — спросила она Барбару, когда подошли к автомобильной стоянке.

— Почему бы, и нет? — улыбнулась Барбара. — Значит так, девочки налево, мальчики направо. Встречаемся на месте.

— Встречаемся на выезде, — поправил ее Дюк, — и едем колонной. Мне неожиданностей за вчера и сегодня за глаза и за уши хватило. Желаю видеть вас, хотя бы через лобовое стекло.