Мясорубка Фортуны - Ольга Вешнева

— С твоего позволения… посижу здесь немножко. Но ты не зябни, на меня глядя.

Мне нужно было услышать таинственную ночь, понять, о чем она меня предупреждает. Я ждал затихания звуковых вибраций, перебивавших волшебное излучение земли…

Яростный визг пробился сквозь какофонию.

«Супружеская пара» вампиров узнала меня по голосу. Я тоже узнал старых «друзей», и не обрадовался их прибытию в Волочаровск. Пятак и Глаша. Бесшабашные убийцы. Разбойники, предпочитающие нападать на слабых. Они были частью моей стаи, доставшейся от убитого мной тирана — самодура Демьяна Чепурных. Некоторое время мне с большим трудом удавалось держать их под контролем. Узнав от Лаврентия о моем общении с охотниками, Пятак и Глаша сбежали из волшебного заповедника. Долгие годы о них ничего не было известно. И вот они вернулись. Не с благими намерениями.

Меня колотило от желания завизжать. Инстинкт считал, что я обязан ответить. Передать наглецам, чтобы они уматывали из моих угодий туда, откуда пришли. Но я был уверен, что ни блатной шансон, ни эстрадные шлягеры не помогут скрыть мою вампирскую песнь от соседей — людей.

Пятак и Глаша завизжали снова — еще нахальнее. По очереди и дуэтом.

— Это вампиры? — робко спросила Лиза.

— Да, — в смятении ответил я.

Я не хотел пугать девушку и потому не продолжил: «И очень опасные».

«Не надо было вам сюда переезжать, а тем паче, романсы исполнять, дорогой Тихон Игнатьевич. Что вы натворили?!!»

Мы вышли из беседки. Я пригнулся, борясь с инстинктом.

— Интересно, а у меня так получится? — задумчиво произнесла Лиза, выйдя на просторную окошенную лужайку.

И, вскинув голову, завизжала так пронзительно, громко и долгоиграюще, как не всякий чистопородный вампир сумеет.

Не успев распрямиться, я пуще согнулся, а потом совершенно соединился с лужайкой, подкошенный акустической волной. На меня нахлынули красочные наваждения. Я видел и чувствовал вампиров из разных губерний и государств. Один из них поперхнулся кровью затащенной в подворотню девчушки. Другой в погоне за молодым лосем на полном ходу оступился и шмякнулся в лужу. Третья свалилась с балкона десятого этажа, откуда высматривала добычу на малолюдной улочке… Все они грязно ругались, плевались, но в головах их засело одно — надо спешить на зов госпожи. Почувствовав, где находится пункт назначения, они стали отвечать сигнальным визгом.

Приподнявшись на четвереньки, я пополз к Лизе, едва переставляя конечности под тяжестью невидимого груза.

Белый сияющий камень оберега Бажены, который я носил на шее, погас, почернел, прожигая шнурок, и упал в траву. Волшебная покровительница Волочаровского района подумала, что я ее предал, и лишила меня своей магической защиты.

«Заповеднику и городу придет конец», — в ужасе подумал я. — «Слова Адской Птицы сбываются».

Сквозь рябь колебавшегося словно в жару воздуха я увидел, как Сатибо перемахнул низкий заборчик и, едва касаясь лужайки босыми ногами, подлетел к переставшей визжать девушке.

«Он убьет ее», — притянутый к земле, я не успевал защитить Лизу.

Металлический блеск сверкнул у ее шеи…

То был не остро заточенный клинок, а браслет часов на руке самурая.

— Ни звука, — шепнул Сатибо, сняв ладонь с губ испуганной Лизы.

Мне удалось встать на ноги. Подобрав с лужайки потерявший силу оберег Бажены, я положил его в карман трикотажных брюк.

«Сохраню на память».

— Сати, ты считаешь, у меня получилось? — Лиза заметалась от волнения. — Тиша, а ты как думаешь? Друзья, вы не представляете, какой это кайф. По мне бежало электричество от головы до ног. А это чувство единения с природой… Оно бесподобно.

«Бе-е-е! Бе-е-е!» — под забором проблеял автомобильный гудок.

— Кто там? — вздрогнула Лиза.

— Городничий, — я влез на прочную старую яблоню, чтобы заглянуть за сплошной железный забор.

Гудок повторился.

Сатибо снял с Лизы кардиган, растрепал ее локоны и ослабил поясок атласного халата.

— Что ты делаешь? — негромко возмутилась девушка.

— Спасаю одну глупенькую крикливую вампиршу, — ласково улыбнулся самурай.

Он разделся до трусов, освободил свои волосы от резинки и, стиснув Лизу в объятиях, потащил ее к калитке.

Мне снова пришлось лезть на дерево…

Валерий Денисович Коньков угодил в градоначальники по шутливому стечению обстоятельств. В администрации его называли техническим кандидатом, на выборы он был выставлен для заполнения пространства в избирательном бюллетене. Трусоватый скромняга ни за какие коврижки не согласился бы сменить уютное место директора завода овощных консервов на колючее кресло главы волшебного края, где то и дело случается что-то необыкновенное, и часто — опасное для жизни.

«Гарри Поттер повзрослел», — характеризовали нерешительного очкарика его компаньоны и подчиненные, хоть и не было у Валерия Денисовича ни толики волшебных способностей.

Волочаровская земля, обделившая своего уроженца незаурядными талантами, приготовила для него иной ценный подарок. За день до выборов главы Волочаровска сильнейший кандидат, начальник Управления строительного комплекса администрации, уважаемый народом и финансово поддерживаемый компанией — застройщиком, был употреблен на ужин безвестным вампиром в собственном «Мерседесе». Другой обласканный администрацией кандидат — отставной военный, крикун и пустобрех, горожанам не приглянулся. А умного на вид интеллигента, зарекомендовавшего себя неплохим управленцем, и частенько извергавшего здравые идеи, жители Волочаровска полюбили от всей души. Не только мэром города, но и главой района пожелали они видеть Валерия Конькова.

Народная любовь стесняла новоиспеченного городничего до перебоев дыхания. Валерий Денисович похудел, стал чаще курить, а потом сильно запил. То вампиры и лесные чудища мерещились ему в пьяном бреду, то Джаник Саркисов с его разбойниками, то инициативные жители, недовольные ухабистыми автодорогами, очередями в детские сады, высокими коммунальными платежами, чиновничьими взятками, неопрятными торговыми павильонами и разной скребущей душу ерундой, которой в любом российском городишке немерено.

— Я не справлюсь, — повторял Валерий Денисович, вглядываясь в свое отражение на прозрачной глади водки, налитой в подаренный губернатором стакан из набора для виски. — Меня съедят, пристрелят, задушат.

— Никто тебе не страшен, милый. Любая городская проблема тебе по плечу, — внушала ему бодрым голосом жена Наталья.

На ней и держалась политическая карьера Валерия Денисовича. Да что там карьера — вся его жизнь. Она помогала ему в управлении заводом, и стала директором после его избрания городничим. Наталья была первым и лучшим советником главы Волочаровского района. Увидев, что ее муж спивается, решительная бизнес-леди силой приволокла полубесчувственного страдальца к лесной знахарке бабе Шуре Ежовой, которую горожане прозвали Бабкой Ежкой, и попросила заколдовать его от пьянства. Да так, чтобы от капли спиртного он превратился в… крокодила.