Часть 1 (общий файл) - Константин Туманный

- Значит, ты хочешь стать Охотницей? - спросил я, внимательно вглядываясь в ее пожелтевшие глаза.

- Да!!! - буквально прорычала яростная бакэнэко, встопорщив вторую пару проросших кошачьих ушек, и осеклась, увидев мой внимательный взгляд.

- Ты уже забыла про проклятие своего рода, Тора? - тихо спросил я ее, и она отвела свой взгляд. - И, похоже, ты хочешь уподобиться тем недалеким глупцам, что ранили и довели твою мать до безумия и чуть не убили вас обоих...

- Нет! - моментально вскинулась девочка. - Я понимаю опасность! Но я больше не могу оставаться слабой! И я бы никогда не стала такой... таким монстром, как те экзорцисты!

- Монстры? - со вздохом переспросил я. - В чем-то ты, конечно, права. Глупость, самонадеянность и безразличие - все это привело их к духовному падению, а потом и к смерти. Но изначально они ведь не были такими. Давным-давно роль экзорцистов как раз и заключалась в борьбе с монстрами. И нет, я не имею в виду разумных аякаси, таких как ты или я. Маги должны были бороться с убийцами и преступниками, как с аякаси, так и с людьми, а так же с Дикими, чьи инстинкты опасны для всех... Но затем гордыня и безразличие поглотили их. Они перестали сочувствовать, практически утратили милосердие, видя в аякаси лишь своих врагов, и превратились в то, что вызывает страх и ненависть у столь многих... Ты ведь не хочешь повторить их ошибку, Тора?

- Нет, - тихо ответила маленькая бакэнэко, - Но ведь иначе... мне все равно придется сражаться!

Колючие ежики! Ну вот, уже почти до слез ее довел... опять. Да уж, хорош! То же мне, опекун нашелся!

- Эх-х... прости меня, Тора. - я сел к ней поближе и взял ее руки в свои. - Я понимаю... твое чувство беспомощности и желание хоть что-то изменить. Если бы у меня тогда было больше сил...

- Нет, братик Рю, - Тора решительно помотала головой, - Великая Кошка сказала мне... она сказала, что ты сделал все, что мог, ты вернул маме разум. Богиня сказала, что теперь моя мама будет вечно жить в ее чер... чертогах. Поэтому... все хорошо.

Еж, просто полный... еж. Н-да. Стыдно мне. Но Тора, наконец, хоть немного успокоилась, руки расслабила. Но раны-то все равно остались...

Я как-то интуитивно потянулся к ним своей Силой, пожелал, и серебристое сияние залечило ее царапины в один момент. А я даже уже и не удивился. Погладив немного растерянную девочку по голове, я поймал ее взгляд и сказал:

- Прости, Тора, я не должен был... говорить об этом так. Но... просто поверь. Прежде чем становиться по-настоящему сильной, ты должна найти себе достойную цель, достойную причину. Или ты можешь потерять... буквально все. И дело здесь не только в проклятии. Не спорь и не спеши, время есть. Здесь, со мной ты в безопасности. Отдохни, подумай, а потом... сможешь еще раз ответить на мой вопрос. И тогда я помогу тебе. А пока просто запомни: есть множество способов быть сильным.

Я еще раз потрепал девочку по голове и ушел в дом. Медитировать. Сейчас мне надо о многом поразмыслить и еще... посоветоваться. А Киёко пока присмотрит за Торой. Чувствую, она тоже хочет с ней поговорить. И это хорошо, у нее на многие вещи... очень правильный взгляд. Да и объяснит она все намного лучше, чем я. К этому у нее просто настоящий дар - всего несколькими словами она может высказать очень многое.

[От лица Торы]

Я смотрела, как братик Рю уходит в храм, и в мыслях моих все перемешалось, переплелось, словно запутанный клубок ниток. Что он хотел мне сказать? Не понимаю. Мама тоже говорила мне, что наша сила очень опасна, что проклятие может уничтожить меня, превратив в кровожадное чудовище. Но Рю... он спас мою маму от этой участи. А теперь говорит, что это еще не самое страшное. Безразличие. Но воин ведь и не должен сомневаться, когда наносит свой удар! И охота... ему и это тоже не нравится, но ведь это у меня буквально в крови. Я не понимаю, братик!

Я погладила еле заметные, пропадающие прямо на глазах следы от ран, что я нанесла себе сама, забывшись и выпустив когти. Нет, братик Рю заботится обо мне, и пусть я пока не понимаю его слова, в нем самом я точно уверена! А значит надо подумать и найти правильный ответ. Как меня учила мама.

- Ты растерялась, дитя? - послышался чуть насмешливый голос за моей спиной, а я так и подскочила, резко развернувшись, и увидела Киёко в обличье человеческой девушки. С легкой улыбкой она стояла и спокойно ждала моего ответа.

- Я... да, Киёко-сан. Братик Рю так много всего мне сказал, но я просто не понимаю... не могу понять!

- Ох, Рю-сама, конечно, велик - она чуть закатила глаза, - но он все еще молод, и, боюсь, ты еще не скоро привыкнешь к его... мудрствованиям.

- Эм...

- Хозяин не требует излишнего почтения от своих слуг. Я свободно могу выражать свое мнение... если это не повредит его замыслам. И вообще, он ведь совсем не страшный, так ведь, дитя?

- Ну, да. Хотя он немного странный.

- Ха-ха-ха, - чисто и звонко рассмеялась девушка-дух, - ты права!

Я смущенно замолчала, а Киёко тепло мне улыбнулась, а потом ухватила за руку и повела меня куда-то за собой.

- Пойдем, я покажу тебе прекрасное место для размышлений. Уверена, там ты сможешь найти свой ответ.

Я не стала спорить, и вскоре мы вышли к небольшому пруду позади храма. На его берегу было несколько разных по размеру и форме камней, на которые можно было присесть. Вода же в пруду была прозрачная-прозрачная, легко можно было разглядеть присыпанное песком каменистое дно, и при этом отражала все, словно сверкающее, искусно отполированное зеркало. Я увидела свое отражение (волосы немного растрепаны, а одежда... необычная, никогда такую не видела) и Киёко, стоявшую рядом со мной.

- Присядь здесь, закрой свои глаза и подумай над тем, что согревает тебя в самой глубине твоего сердца, несмотря ни на что. Забудь свой страх и не пытайся разобраться в словах. Почувствуй. И ты увидишь. Поверь. И ты поймешь...

Я моргнула, и оказалось, что она уже исчезла, только по глади пруда прошла легкая рябь. Я глубоко вздохнула. Киёко тоже дает странные советы, но им я хотя бы легко могу последовать. А там... будет видно. Я принюхалась - ветер не нес опасности, ярко светило солнце, и мир так и лучился спокойствием. Решившись, я присела на камень и закрыла глаза.

***

Почему, когда братик Рю спросил меня о том, чего я хочу больше всего, я выбрала именно силу?

Я вспомнила свой страх, когда эти злые экзорцисты внезапно напали на нас, ранили маму своими огненными птицами, сковали ее светящимися цепями. А потом меня тоже заметили и атаковали чем-то опасным и колючим... И тут алое пламя поглотило все вокруг, и настоящий ужас сковал меня. Голос матери, искаженный, срывающийся. Она кричит мне: "Беги!" И я бегу... бегу прочь, не разбирая дороги и не оглядываясь, а потом страшная аура за моей спиной пропадает, и я осознаю, что это может значить...

Не помню, как нашла маму, помню только противный запах безумия и леденящее незнакомое чувство, витавшее в воздухе. На той поляне все было пропитано этим душным смрадом и присутствием чего-то... неизбежного. А затем я вдруг ощутила ветер - свежий, искрящийся... И безумие отступило. Только смерть осталась.

Потом мне и Рю явилась Великая Возрождающаяся Кошка, и я поняла, что произошло. Поняла, но не приняла. И окончательно я все осознала только уже здесь, в доме братика Рю, когда рассказывала ему о нашей жизни. Моей и мамы. Мама. Она больше не поговорит со мной, не утешит, не отругает... Она где-то там, очень далеко. И я уже не смогу до нее дотянуться...

Больно. Горько. Я просто не знаю, как мне жить дальше. Но... братик Рю сказал, что теперь он будет обо мне заботиться. Он привел меня в свой дом, накормил, выслушал. Я... верю ему.

Этот крохотный огонек в моем сердце. Я все еще чувствую на душе тепло. Как в тот момент, когда Рю исцелил мои раны.

Сила. Зачем она мне? Моя мама всегда была сильной, но редко показывала ее другим, даже мне. Но тогда, защищая меня, она пожертвовала всем. Она была гордой и благородной охотницей, я всегда чувствовала это в ней. Однажды я стану такой же. Но когда и на кого охотиться, ради чего вступать в схватку... я должна выбрать это сама.

Значит об этом говорил Рю? Как же я сразу не поняла... Да. Теперь, я знаю свой ответ!

Я открыла глаза. Кажется, солнце уже снова садилось, в небе сгущались сумерки. Я почувствовала дикий голод.

- Ну что, дитя, ты, наконец, определилась, не так ли? - спросил у меня знакомый голос.

Я обернулась к Киёко и молча кивнула.

- Хорошо. Какой бы ответ ты не нашла, он лишь твой, Тора-сан. Вижу, ты проголодалась. Идем.

Все еще не придя в себя до конца, я послушно последовала за ней на кухню, где меня уже ждал ужин, на этот раз полностью традиционный, японский.

- Я приготовила все это сама, по рецептам, что дал мне Рю-сама. Надеюсь, тебе понравиться. Мой руки и садись есть.

- А братик Рю? Он...

- Не волнуйся, Хозяину не нужна пища. Хотя он и получает от нее удовольствие и любит разделить с кем-то трапезу из интереса к еде и компании. Но сейчас он... занят.