Брат-оборотень: выбери меня! - Анна Кривенко

class="p1">— Тогда… завоюй ее сердце, — проговорила Эвери твердо, заставляя Вайлета перевести на неё удивленный взгляд. — И не смотри на меня так! Я серьезно! Начни ухаживать за ней, не торопись. Добейся её доверия и симпатии, и тогда, возможно, она сможет принять тебя настоящего…

— Но ты же сама сказала, что мне нельзя раскрывать своего происхождения… — начал Вайлет недоуменно, но Эвери прервала его.

— Сразу нельзя! Но у тебя достаточно времени, чтобы добиться сердца Катарины и подготовить её к принятию правды. Да, она еще очень молода и наивна, но я вас и не тороплю. Вы не кровные родственники, и ваш союз вполне законен. Возможно, придется открыть окружающим, что ты родной мне только по матери. И хотя репутация у тебя довольно-таки пострадает, но… мы что-нибудь придумаем. И не спеши отказываться! Возможно, Катарина сможет полюбить тебя…

Вайлет разумом понимал, что Эвери права и что у него нет другого выбора, но душа бурно протестовала против подобного выхода. Он ненавидел юлить и ходить окольными путями. Он предпочел бы сорвать с себя маску, и будь что будет…

Но поступить так было бы опрометчиво, неразумно…

— К сожалению, сердце Катарины уже принадлежит какому-то молодому человеку… — выдохнул Вайлет, но не противореча, просто трезво взвешивая свои шансы.

Эвери усмехнулась.

— Кто он, а кто ты! Наверняка, это какой-то деревенский мальчишка, у которого ещё молоко на губах не обсохло. А ты воин, принц, настоящий красавец! Я благословляю тебя, брат! Только будь крайне осторожен и нежен. Катарине сейчас больше всего нужен именно друг, а потом уже любимый…

Вайлет кивнул, ощущая, как тоска начинает отпускать.

— Спасибо, сестра, — проговорил он, заглядывая в глаза Эвери с благодарностью, но на сердце всё равно было невыносимо тяжело…

* * *

Через шесть дней Вайлету удалось вернуться к человеческому облику, подавив действие зелья в крови. К этому моменту Эвери утроила охрану дворца и поручила своим самым преданным военачальникам найти тех, кто, очевидно, помогал нападающим. Оборотень и его приспешники не могли бы прорваться через выстроенные барьеры без чей-либо подмоги…

Катарина уже пришла в себя, внешне снова став уравновешенной и спокойной, но никто даже не представлял, какая буря разворачивалась у неё внутри.

Эвери пришлось несколько раз разговаривать с сестрой на весьма щепетильные темы, объясняя, что влечение к мужскому полу — это вполне нормально. Императрица пыталась объяснить Катарине, что нет её вины в том, что ей понравились прикосновения оборотня, но девушка никак не могла уложить этого в своей голове. Озвучивать свои сомнения дальше она не стала…

Её действительно жёг стыд. Особенно перед Вайлетом. Ей казалось, будто… она предала свою любовь к нему! Как она посмотрит ему в глаза после всего этого? Как заговорит?..

Правда, всё это время они не виделись. То, что принц ни разу не пришел навестить её, наводило на тяжелые мысли, хотя Эвери еще той самой ночью обещала ему ничего не рассказывать. Не могла же она нарушить свое обещание?

Впрочем, Катарина и сама не была готова к их встрече…

Правда, она все-таки произошла. Неожиданно, совершенно непредсказуемо они столкнулись в саду, одновременно забежав в одну и ту же беседку, увитую плющом.

Катарина побледнела. Вайлет отчего-то тоже. Первым побуждением девушки было позорное бегство, но она быстро взяла себя в руки, зачем-то положила ладонь на рукоять Разящего и склонила голову в приветствии.

— Доброе утро, брат! — проговорила она, не поднимая взгляда. — Я… решила подышать свежим воздухом перед завтраком и тренировкой. Я слышала, что ты назначил Рэя — своего помощника — моим наставником в эти дни…

— Да, — парень тоже вернул себе невозмутимость. — Рэй отличный учитель. Он покажет тебе несколько новых движений, Катарина…

Воцарилась молчание — неловкое, какое-то безумно напряженное, но Вайлет вдруг сорвался с места и в каком-то совершенно непонятном порыве обнял Катарину, прижимая к своей груди.

— Прости меня… — прошептал он неожиданно сорвавшимся голосом. — Я больше никогда не причиню тебе вред…

Катарина замерла, совершенно не понимая, о чем он говорит.

— Я знаю, — пробормотала она, ощущая неловкость от его объятий из-за своей недавней распущенности. — Я в тебе не сомневаюсь…

Но чувство стыда мучительно жгло, поэтому девушка поспешно выпуталась из его объятий и напряженно посмотрела Вайлету в глаза.

Они были сегодня необычайно зелёными — эти глаза, смотрящие в ответ с непонятной болью и раскаянием. Рыжие локоны туго стянуты на затылке в косу, прекрасное лицо омрачено следами странной печали…

Вдруг зрачки Вайлета вздрогнули, подернулись легкой дымкой и начали медленно менять форму, вытягиваясь в веретено.

Катарина расширила глаза, а потом поспешно потерла их кулаками, словно пытаясь избавиться от наваждения.

Но Вайлет вдруг наклонился, стремительно чмокнул ее в щеку, шепнул: «Ты прекрасна, сестренка!» и с запредельной скоростью выскочил из беседки, оставив после себя только шлейф специфического и уже родного аромата.

«Что это было вообще?» — растерянно подумала Катарина, ощущая, как безумно колотится сердце.

Вайлет назвал ее прекрасной? Поцеловал в щеку???

Ах, если бы не ужасное происшествие с оборотнем, она была бы вне себя от счастья…

Глава 22

Неожиданные перемены

Катарина ловко растирала травы кончиками пальцев, поглядывая на кипящий в печи воду в котелке. Тонкий приятный аромат просачивался из дворцовой кухни, будоража обоняние пробегающих мимо служанок.

— Сестра императрицы снова «колдует»?

— Что она делает на кухне?

— Думаете, кухарка Дамьяна это стерпит?

Шепотки терялись в топоте ног и звоне металлических ведер в мозолистых руках прачек. Мимо пробежал пробравшийся в помещения облезлый кот, которого нагнали гневным криком, а Катарина в это время высыпала к кипящую воду необходимую травяную смесь.

Потянула носом, принюхиваясь. Да, отвар выходит, что надо…

Этому рецепту научила её мама. Травы укрепляли не только тело, но и душу.

Не оставив отвар на огне ни на минуту дольше, Катарина быстро процедила его в глиняную чашу. Накрыла крышкой, укутала в полотенце: пора нести отвар дрогой сестре…

Эвери чувствовала себя неважно вот уже несколько дней. Катарина с радостью узнала о ее предстоящем материнстве, но с каждый днём сестре становилось всё хуже.

Катарина не могла бездействовать, поэтому уже третье утро подряд готовила императрице ароматное лекарство.

Оно удивительным образом бодрило и окрашивало щеки румянцем, но лекарь в конце концов вынес не самый утешительный вердикт: ребенок очень силён магически и просто вытягивает из матери все