Брат-оборотень: выбери меня! - Анна Кривенко

глуп и самонадеян Эльгер, думая, что спровоцирует Вайлета наброситься на родную сестру! Он несколько опоздал, потому что сердце брата давно перекочевало к совершенно другой девушке…

Она так трепетно подрагивала в его объятьях, с легким испугом всматриваясь в горящие зелёные глаза! Он пугал, это точно, но при этом её магия разлеталась вокруг бурлящими и совершенно неагрессивными волнами…

Словно существовала взаимность. Словно она тоже чувствовала притяжение…

Вайлет видел в темноте также отчетливо, как и днём. Его ноздри возбужденно раздувались от головокружительной близости, а хвост собственнически обвился вокруг девичьего бедра, ощущая упругие натренированные мышцы. Благоразумия уже не осталось, и только невнятное внутреннее опасение всё ещё сдерживало оборотня от намерения наброситься на девушку с обжигающими прикосновениями.

— Отпусти… — жалобно заскулила Катарина, хотя даже не пыталась вырваться. — Оставь меня…

Но зверь Вайлета стал еще более возбужденным и впал в азарт.

— Ты принадлежишь мне, Катарина… — хрипло прошептал он и накрыл её губы жестким настойчивым поцелуем.

Как он и думал, это оказалось сладко! Так сладко, что впору было разорвать одежду, оголяя нежную девичью кожу. Голову повело, пальцы на хрупких плечах сжались крепче, причиняя легкую боль.

Катарина, до этого шокировано замершая, вдруг подалась навстречу и робко ответила на поцелуй. Ответила, как неискушенное создание, кем в принципе и была. Зверь Вайлета пришел в полный восторг и сгреб девушку в объятья окончательно. Он целовал ее неистово, поглаживая спину и плечи, и Катарина окончательно сдалась. Непроизвольно потянулась к его шее, запуталась пальцами в длинных волосах, позволила оборотню раскрыть свои губи…

Когда его язык скользнул ей в рот, Катарина задрожала, издавая приглушенный стон, а их обоюдная магия начала сплетаться в один бурный поток, который подогревал и без того фееричные ощущения.

Катарина действительно потеряла разум и, кажется, забыла, как её зовут. Как только незнакомец поцеловал ее, она оказалась во власти безудержного удовлетворения, которое затопило её до краёв.

Разум еще пытался отбиваться, но крайне вяло. На сей раз магия была явно не на её стороне…

Сдалась девушка быстро, отдавшись невероятным и совершенно новым для неё ощущениям. Несмотря на напор оборотня, его движения были нежными, скользящими. Где-то из глубины пыталась выскользнуть мысль, что происходящее категорически неправильно, безумно, ужасно!!! Но Катарина плохо владела собой.

Отрезвило ее другое.

Когда парень отпустил её губы и уткнулся носом в тонкую шею, девушка не сдержала приглушенный вскрик, а руки сами собою зарылись в его длинные волосы на затылке.

И вдруг она почувствовала под пальцами… самую настоящую шерсть!

Кошачьи уши!

Они вздрогнули от ее прикосновений, доказывая свою реалистичность, но этого хватило, чтобы на душу Катарины наполз запоздалый страх.

Это действительно не просто мужчина! Это оборотень, нелюдь, опасное существо! А они уже так далеко зашли….

Катарина замерла, испуганно распахнув глаза. Что она вообще творит???

Ладони уперлись в могучую грудь, затянутую в одежду из грубоватой ткани.

— Не надо… — прохрипела девушка, пытаясь увернуться от горячих губ, скользящих по ее шее вниз.

Но оборотень не слушал. Его губы обжигали, двигаясь вниз по ключице, но, упершись в воротник рубахи, парень остановился. Легкий треск ткани сообщил, что это не стало настоящим препятствием, и Катарина почувствовала, как его дыхание опускается к ее полуобнажившейся груди.

В этот миг она испугалась по-настоящему. Дернулась, пытаясь увернуться, а потом изо всех сил уперлась оборотню в плечи, силясь его оттолкнуть. Но это было также бесполезно, как пытаться теми же руками сместить скалу…

— Оставь меня… — начиная задыхаться от ужаса, захрипела девушка, а потом попыталась ударить парня коленом в живот.

Наконец, завибрировали ножны с Разящим: наверное, тот был снова разбужен её негативными эмоциями. Катарина почувствовала облегчение и надежду, но в этот момент оборотень вдруг отступил сам.

Отступил резко, оставляя девушку у стены — трясущуюся и испуганную донельзя. Глаза его по-прежнему потусторонне светились, мощная фигура, очертания которой были едва видны, вызывала трепет…

— Уходи… — прорычал он почти угрожающе, хотя слова не соответствовали тону. — Уходи скорее, пока я еще могу сдерживать себя…

Катарину не пришлось просить дважды: она выскочила из комнаты за считанные мгновения, схватив рукой разорванные края рубахи на груди.

Мчалась к себе, наплевав на всякую конспирацию и пару раз наткнулась на стражу. Те пыталась обратиться к ней, но девушка отрицательно мотала головой и успевала убежать прежде, чем они смогли бы её задержать.

Только ворвавшись в свою комнату, Катарина остановилась, а потом в ужасе прижалась спиной к двери.

Что она наделала???

Запоздалое сокрушение наполнило её с такой силой, что девушка просто сползла на пол и уткнулась лицом в полусогнутые колени.

Чужие поцелуи всё ещё горели на губах, кожа пылала от бесстыдных прикосновений, сердце едва не выскакивало из груди, подстёгиваемое паникой и стыдом.

Как она могла вот так просто отдаться незнакомцу, преступнику, нелюдю??? Почему сдалась??? Почему не боролась, а… позорно наслаждалась??? Даже стонала от удовольствия…

Хотелось бить себя по щекам, хотелось встряхнуть себя, но… соделанного уже не вернуть, и осознание этого было очень болезненным.

И самый главный вопрос: почему собственная магия толкнула её в эти позорные объятья???

Щеки пылали, пальцы, сжимающие края разорванной рубахи, подрагивали. Катарина подняла голову, чувствуя головокружение, как вдруг заметила, что вся её одежда измазана в крови.

Что??? Оборотень ранен? Или же это кровь какой-нибудь его жертвы???

Катарине стало просто дурно. Живот скрутило до тошноты, и она едва нашла в себе силы подняться на ослабевшие ноги, чтобы доплестись в уборную, ютившуюся в углу.

Там ей стало ещё хуже, так что почти сразу вывернуло на изнанку, как последнюю пьянчужку.

— Катарина! Катарина! — топот ног в комнате и взволнованный голос императрицы ударили по ушам. Девушка поспешно вытерла рот рукавом, но потом обреченно посмотрела на свою испачканную разорванную одежду и поняла, что скрыть ей ничего не удастся…

Впрочем, её видели стражники…

О небо, она предстала перед ними в таком виде??? Что они подумают? Догадаются, что целовалась с их врагом на верхних этажах???

К щекам еще больше прилило. В этот момент дверь в уборную стремительно открылась, и влетевшая Эвери увидела Катарину, обречённо сидящую на полу.

— О боги, сестренка! — воскликнула императрица, падая на колени рядом и хватая девушку за плечи. — Ты ранена??? Скорее, лекаря!!!

Последние слова адресовались, видимо, страже, оставшейся стоять в коридоре, а Катарина запоздало запротестовала:

— Не надо лекаря, это не моя кровь, — попыталась выкрикнуть она, но из горла вырвались лишь глухие