Плоцкие буренки - Анастасия Церковская

— Да я как-то не сомневаюсь в этом. А почему вы не уедете отсюда, если вам тут не нравится?

— Мне некуда идти. Я наследовал этот дом от дяди, а он велел поддерживать в нем жизнь. Только нет в нем жизни уже очень давно.

— А, вот оно что…

Мири глотнула безвкусного чая. Она такой не любила, но из приличия решила все-таки допить.

— Но моя жизнь скучна и не вызывает интереса, я бы хотел поговорить о тебе.

— Обо мне? — удивилась Мири. Ее жизнь тоже вряд ли кому показалась бы интересной.

— Почему ты приходишь сюда?

— Я вам мешаю?

— Ты не уходи от ответа. Скажи мне. Почему?

Мири задумчиво посмотрела на небо. Ворон уже закончил осматривать владения и куда-то запропастился.

— Мне снилось это место. А бычок. Вы же сами видели его? Он звал меня сюда.

— И ты поэтому пришла? Ты же не живешь тут, по одежде вижу, что ты городская. Плоцк?

— Угу.

Человек, словно не чувствуя жара, залпом осушил кружку крашенного кипятка.

— Милая, позволь дать совет. Не ходи сюда. И за белым быком не ходи. Это все плохо. Очень плохо.

— А почему? Он несколько раз спасал меня. Лунный бычок — хороший, я в этом уверена. Он хочет мне что-то показать и зовет меня. Мне кажется, ему нужна помощь, но он не умеет разговаривать и не может попросить.

Незнакомец пристально смотрел на нее. Странно так смотрел.

— И во сне к тебе он приходил?

— Вы знаете? — вот теперь Мири действительно удивилась. — Что вы знаете про этого зверя?

— Он не объявлялся уже много лет.

— То есть, вы видели его раньше?

Человек опустил взгляд. Некоторое время молчал.

— Моя дочь видела его. А потом пропала. И бычок затем тоже пропал. И теперь он снова здесь.

— Мама говорила, что лунный бычок способен путешествовать между миром яви и нави. И, возможно, проводить с собой и других. Это загадка не дает мне покоя уже очень давно. С самого детства. Я хочу знать, что же хочет мне показать лунный бычок. Я чувствую, что должна в этом разобраться.

Воинственные бомжи (Глава 13)

— Ты пробудил страшное чудовище. А теперь хочешь, чтобы я гонялся за ним? — сокрушался Дагмар. Его, после ночной вылазки за другом, до сих пор не отпускало. Припоминал случившееся, как только появлялась возможность, а ведь прошло уже несколько дней.

— Не ворчи, дедуль, не такая она и страшная, — натужно просипел Румар и тут же закашлялся. Горло опухло, говорить было очень тяжело. Но все равно приходилось. Долго молчать он не умел. И так сходил с ума от безделья.

Друзья сидели на кухне, уставившись на карту с десятком точек пользователей приложения. Румар неторопливо пил дымящийся отвар из трав и ягод, а друг недовольно тарабанил пальцами по столешнице, сидя напротив.

— Это же катастрофа, а не человек! Она села к тебе в машину — вы попали в аварию. Ты до сих пор как банан просроченный. Ладно, ок. Она тайком забралась ко мне — и я просто чудом не разбился. Это жуть какая-то!

— Загадочная… — шепнул Румар. — Вернемся к делу.

— Хорошо. Зачем срываться с места, не разобравшись в ситуации? Лучше позвони сперва, уточни. Может, у нее там, в деревне, родня обитает.

— В учебное время туда поехала? Брось, она сама ни за что не будет прогуливать.

— Так мало ли чего случилось, вдруг кто-то из родственников преставился. Позвони и спроси. Всем звонишь, а этому чудовищу — боишься?

— Она очень сердится, когда я прошу отчитаться по местоположению… — Румар отдышался, набрал воздуха побольше, — Я бы сказал, она яростно ненавидит, когда я задаю вопросы. «Этажличнае», и все такое…

— А ты объяснил, зачем мы тут все отслеживаем друг друга? Если она сама не поняла.

— Вряд ли. Давай не будем ее кошмарить. Как-нибудь потом… Лира пусть расскажет, как ей это помогло, или еще кто-нибудь.

— А сам?

— Не, ну а что я-то? Меня маньячилой озабоченным обозвали, я обиделся. И мне еще оправдываться?

Кажется, температура снова поднималась. Все тело ломило, становилось холодно. Румар укутался в плед поглубже и прислонился к стене. Такая прохладная…

Снова его трясло и клонило в сон.

— А супчика будет? — жалобно прохрипел безнадежно больной.

— Ой, наш упырек проголодался, да? Тебе супчик для людей или из людей сделать?

— Бля, ну не смешно уже.

Дагмар, когда услышал историю с вампирами-гопниками, долго угарал над другом, и с тех пор арсенал его шуток стал куда шире. И вероятно, они были смешные. Возможно, Румар бы подыграл товарищу. Если бы ему не было так хреново.

Может, Дагмар на самом деле опасался, что его товарищ превращается в нежить и через шуточки прощупывал почву. И наверняка запирался в комнате на ночь. А может, и нет — Дагмар довольно непредсказуемый. Может он хотел обрести бессмертие? Он никогда не говорил о таких вещах.

— Ну же, наш кровопийца не желает отведать фирменного блюда? — друг наклонился вперед, игриво, точнее, глумливо, подставляя Румару шею. — Признайся себе в своих желаниях!

— Харэ уже! — просипел Румар, отшатнувшись назад. — Нежить не болеет гриппом. А вот инфекции и всякую заразу переносит. Хрен поймешь, что я от него подцепил. Хочешь, я тебя укушу — вместе сляжем от неизвестной упырячей дряни?

— Обрабатывал раны?

— Ага.

— Смотри мне, болезный! Проверю.

Пока Дагмар занимался приготовлением обеда, Румар продолжал пялиться на карту. Смотреть на экран больно, глаза щипало, они слезились. Состояние настолько паршивое, что несколько дней получалось только лежать в постели и сходить с ума от скуки.

Два дня Тамари и Лира провели рядом с ним, отвлекали, разговаривали с ним, но сегодня они были в школе, а вот цветочек-катастрофа снова выделилась — ее внезапно унесло в какую-то глушь.

Как к Румару приехать — так сразу нет. Зато по окраинам шататься — пожалуйста! Обидненько…

В той стороне, как он помнил, они стреляли по мертвякам, там же с фурией случилась и авария. И там ему на глаза попались дети кочевников.

— Я тут подумал…

— Страшно, когда ты так делаешь, — отозвался друг, и поставил перед Румаром тарелку бульона. — Не надо думать, тебе сейчас вредно. Ешь и иди спать. Я во всем разберусь.

— Я тут прикинул: на том участке, куда занесло Мири, можно встретить…

— Ешь и иди спать. Я все понял.

— А ты че, телепат что ли?

— Лучше. Я забочусь о физическом и психологическом здравии напрочь отбитого мажора.

— Работа мечты, ты сам говорил, — Румар припомнил