Солнечный ожог - Сабин Дюран

– Прошу меня простить, – сказала я. – У меня начинается мигрень. Наверное, мне лучше прилечь ненадолго. Вы не против, если я не буду готовить ланч? Мне очень неловко…

На лице Фила промелькнуло удивление, сменившееся неуверенностью.

– О, – сказал он. – Ну… ладно… Конечно, иди. Я думаю… уверен, мы справимся. У нас есть прекрасный салат из сельдерея и всякие мясные деликатесы. Ты это планировала подать на ланч?

– Да, – сказала я, хотя, по-моему, это был его план.

Я заметила, как он удивленно посмотрел на Бриджит, потом на жену.

Я вышла за дверь и направилась прочь, чувствуя на себе пристальные взгляды всех троих.

Глава двенадцатая

В комнате было жарко. Из-под крыши доносилось шуршание – наверное, какой-то грызун бегал по стропилам, – в щербатой стене гремели расшатанные камни. Я села на кровать. Как нахмурилась Бриджит, увидев меня! Приходилось уповать на то, что солнце слепило ей глаза, что мое сходство с Лулу было достаточно сильным, чтобы мне это сошло с рук. Оставалось только ждать.

Два жирных серых голубя ворковали на карнизе за окном. Я хлопнула в ладоши – один из них вспорхнул и, пролетев несколько футов, сел на крышу. Второй упрямо не двигался. Они прилетели сюда, предполагая, что «голубятня» будет в их полном распоряжении, а тут я. Кукушка. Голубь. Утка с подбитым крылом, готовая стать легкой добычей для охотников.

Прошло несколько минут. Мое сердцебиение начало успокаиваться. Если бы она что-то сказала, кто-нибудь из них уже пришел бы сюда и устроил разборки. Я испытала небольшое облегчение, и это чувство постепенно становилось все сильнее.

Потом я встала и пошла в ванную. Забравшись на сиденье унитаза, я проверила бачок – деньги по-прежнему были там. Шестьдесят тысяч евро. Я плюхнула бутылку обратно и спустилась на пол. Помыла руки, разглядывая себя в зеркале. Осунулась, глаза безумные. Мне стало тошно от того, насколько сильно я была на нее похожа. Я начала тереть лицо так, словно верила, что, приложив достаточно усилий, смогу его изменить. И тогда я подумала, что смерть настигла не того человека. Моя жизнь стоит меньше, чем ее. На ее месте должна была быть я. Блин. А я ведь реально могла оказаться на ее месте.

Я вернулась в спальню и снова проверила новостные сайты.

По-прежнему ничего.

Снизу лязгнули ворота. До меня донеслись голоса Фила и Ребекки. Кто-то передвинул шезлонг.

– Марта, видимо, просто не хотела есть, – сказала Ребекка, и Фил что-то промычал в знак согласия.

– Надеюсь, она не подхватила какой-нибудь вирус, – добавила она раздраженно. – А то весь отпуск будет испорчен.

– Ага.

– Да еще эта… – прошептала она, очевидно указав рукой в мою сторону, – заболела.

На карниз за моим окном снова уселся голубь и начал шумно ворковать. Я слышала, как пришла Айрис, и ждала, что она расскажет им свой секрет, но молчание затянулось, и решила выйти на солнышко.

Я обнаружила всех троих в лежачем положении. Вода в бассейне искрилась. Половинка мертвой цикады дрейфовала рядом со ступеньками. Я подцепила ее сложенными ладонями и положила под горшок с каким-то растением.

– Тебе лучше? – спросил Фил, повернув голову в мою сторону, когда я проходила мимо него.

– Намного, – сказала я. – Простите, что так вышло.

Закрыв глаза, он сказал лениво:

– Да все нормально.

Я вошла в кухню: посуду после себя они убрали и загрузили в посудомойку, но оставили на столе масло, и оно растаяло. Я поставила его в холодильник. В доме было тихо – никакого намека на присутствие Бриджит или Марты.

Я вышла в коридор и, дойдя до холла, наугад свернула направо, оказавшись в итоге в туалете первого этажа. Я зажгла свет и закрыла за собой дверь.

Там стояло маленькое мусорное ведерко из нержавейки, с крышкой. Я нажала на педаль и заглянула внутрь – пусто, не считая скомканной целлофановой пленки. Больше ничего, но и место для тайника не самое подходящее. Я попыталась влезть в шкуру Марты – что бы я сделала на ее месте? Отнесла бы улику к себе в комнату? Нет, слишком опасно. Снаружи тоже есть мусорка, но до нее еще дойти надо – вряд ли бы она стала так заморачиваться.

Я спустила воду в туалете – вдруг кто-то подслушивал, что я там делаю, – и неспешно направилась обратно на кухню. Кухонное ведро открывалось при помощи черной кнопки, но я полностью сняла крышку. Я хотела надеть резиновые перчатки и залезть поглубже, но не пришлось: коробка лежала почти на самом виду, словно она хотела, чтобы ее нашли. Передо мной был тест на беременность с французскими надписями на упаковке.

Я проверила – внутри было пусто – и засунула коробку обратно, на этот раз глубже, прикрыв сверху пустым пакетом из-под молока, затем пристроила крышку на место.

Включила чайник и ненадолго погрузилась в раздумья. Когда вода закипела, заварила чай, поставила на поднос три чашки, кувшинчик молока и тарелку с печеньем, которое Фил купил в супермаркете. Я отнесу все это к бассейну и заработаю несколько очков, чтобы компенсировать свое исчезновение перед ланчем. Но сначала я должна сделать еще кое-что: я налила чай в еще одну чашку и понесла ее наверх. Две деревянные ступеньки скрипнули – третья и пятая, – и я отметила это про себя.

На лестничной площадке второго этажа коридор раздваивался. Большинство дверей были открыты. Только дверь напротив лестницы была плотно закрыта. Я постучала.

Раздался приглушенный голос Марты:

– Что?

– Это я, – сказала я, поворачивая ручку и толчком открывая дверь. – Я принесла тебе чай.

В комнате царил беспорядок. В теплом воздухе витал запах одежды и духов. Марта лежала на одной из двух кроватей, но при моем появлении быстро спустила ноги на пол.

– А, спасибо, – немного неуверенно сказала она.

– Мне показалось, что с тобой что-то не так.

– Да нет, со мной все хорошо. – Глаза у нее припухли: она плакала. – Может, перегрелась на солнце.

Я поставила кружку на низкий прикроватный столик. На секунду задумалась, не присесть ли мне на вторую кровать, но решила, что не стоит. Я продолжила стоять, и через несколько секунд она взяла чашку и прижала ее к груди.

– Остальные здесь?

– Пока нет.

– О, хорошо. – Она опустила глаза, потом подняла взгляд на меня. – Прости, я сейчас как-то не расположена к общению.

Я ненадолго задержала на ней взгляд:

– Просто побудь здесь, наверху, – сказала я. – Нам всем иногда нужно немного пространства.

Похоже, она больше не могла совладать со своей нижней губой,