На острие жизненных принципов - Святослав Феоктистович Моисеенко

любой ценой. И только зло обладает личностным сознанием и собственной волей.

Что касается добра…

То это не самостоятельная категория.

Это, скорее, лакмусовая бумажка нашего мира.

Посредством которой всё чётче, резче и сильнее проявляется зло…

***

Жизнь состоит из бесконечных конфликтов и компромиссов.

Первые свидетельствуют о наличии ослиного упрямства.

Вторые об обезьяньей гибкости.

Только избегая первого и не злоупотребляя вторым, можно по-настоящему оставаться человеком…

***

Я никогда не понимал, что представляют собой переизбыток или нехватка общения.

Лично у меня общения никогда не бывает слишком много, и я никогда не испытываю его дефицит.

Хотя, честно говоря, никому и ни при каких условиях не навязываю своего присутствия. Ни реального, ни виртуального. Равно, как и не бегу от такового.

Люди сами принимают решение, доставляет им удовольствие общение со мной или же наоборот, раздражает, внося дискомфорт в их окружающий мир.

И я всегда иду им навстречу в их пожеланиях.

Те, кто уходят в тень, – в ней же и остаются.

Те, кто принимает на себя груз дружбы и симпатии, – занимают соответствующее место в моём сердце.

Всё предельно просто, не так ли?

***

Один из самых любопытных пороков, на мой взгляд, – это ханжество. Или фарисейство.

Это же так увлекательно, ставить в пример святость, будучи закоренелым грешником, призывать к нестяжательству, утопая в роскоши, порицать обман, делая ложь смыслом своей жизни и, наконец, восхвалять целомудрие, погрязнув в распутстве.

Ханжа всегда будет гипертрофированно и очень навязчиво прославлять в себе то, чему следовать, на самом деле, не способен и не собирается.

И яростно порицать других за то, в чём бесконечно грешен сам…

***

Милость Господня безгранична.

Только никто не знает, насколько…

***

Очерствение души не случается внезапно и одномоментно.

Это процесс долгий и планомерный. Растянутый во времени и пространстве.

Бессмертные души не умеют черстветь и высыхать. Да и не хотят, по большому счёту.

Но вот если подобное очерствение случается, то сохранит ли душа своё бессмертие? Не знаю…

И во это по-настоящему страшно…

***

Человек никогда не ценит в полной мере то, что у него есть здесь и сейчас. Не знаю, почему. Возможно, просто притупляется острота восприятия.

И только безвозвратно теряя, мы вдруг болезненно осознаём, чего именно лишились.

Даже дружба, любовь, здоровье, жизнь воспринимаются нами, как нечто, само собой разумеющееся.

А ведь это далеко не так.

Всё, мной перечисленное, это часть великого дара, который нужно ценить и за который нужно неизменно благодарить. Судьбу, Всевышнего, друг друга…

Да-да! Надо не стесняться проявлять эмоции! Лишний раз обнять друга, лишний раз сказать слова любви, лишний раз обжечь страстным поцелуем любимые губы, лишний раз улыбнуться, глядя в небеса, от осознания того, что мы ещё живы! И делать это здесь и сейчас, не откладывая на потом! Поверьте, потом будет поздно…

Но, к сожалению, мы не совершенны. И мы жутко эгоистичны.

Только теряя друзей и любимых, мы понимаем, что вместе с ними ушла часть нашей души.

Только перед лицом страшной болезни мы вдруг начинаем осознавать собственную немощь и собственное бессилие.

И только на пороге смерти, мы вдруг отчётливо начинаем видеть, насколько мало нам удалось наполнить настоящим смыслом прожитую жизнь.

***

С чужой точкой зрения можно соглашаться или оспаривать.

Её можно принимать во внимание или игнорировать

Предъявлять в качестве аргумента или выставлять в виде объекта для насмешек.

Единственное, что нельзя делать с чужой точкой зрения – это искажать её. Преднамеренно или невольно.

Потому что в этом случае она становится уже не чьей-то, а исключительно вашей.

И, собственно, именно с данной позиции будет рассмотрена оппонентами.

Тщательнейшим образом.

Под микроскопом.

И препарирована.

Со всей мыслимой и немыслимой язвительностью.

***

Между верой и доверием всегда существует весьма ощутимая разница. Однако, мало кто её замечает.

По-настоящему верить можно только тогда, когда ты не боишься быть обманутым, когда тебя не одолевают сомнения, и когда ты воспринимаешь чужие слова, чужие мысли, чужие решения, как свои собственные. Выстраданные и безоговорочно разделяемые и своим сердцем, и своей душой.

Что же касается доверия, то здесь проще.

Доверяя, ты всё равно принимаешь на себя часть груза ответственности и за мысли, и за поступки, волей или неволей пытаясь держать ситуацию под контролем. Насколько это возможно. Понимая и прощая ошибки и упущения других. И даже некая толика обмана, нет-нет, да и скользит в доверительных отношениях, ведь доверяя, ты всё равно не раскрываешься перед кем бы то ни было полностью и до конца.

Итак, вера или доверие?

Способны ли мы ответить сами себе, есть ли у нас те, кому мы верим? Или же наша жизнь состоит исключительно из доверительных отношений?

***

Только творец, достигший совершенства, может сказать о ком-то – он лучше меня! Талантливее, мудрее, достойнее…

И только непроходимый дурак, с гипертрофированным эго, будет с завидным постоянством и остервенением кричать о собственной гениальности и избранности, пытаясь самоутвердиться за счёт других, и не признавая никаких авторитетов, кроме, конечно же, своего собственного.

Первые останутся в веках, скромно расписавшись на скрижалях Истории.

Вторые же всегда будут оставаться посмешищем в глазах окружающих, вызывая в качестве реакции на «собственную гениальность» лишь недоумение, брезгливость и сарказм…

***

Скромность, как украшение?

Наверное, да. Если нет других украшений…

Но скромность очень приятно видеть, в основном, в других людях.

И пользоваться ею.

Собственно, чужая скромность очень удобна для того, чтобы оставлять за скобками материальную благодарность (ведь для скромного человека вполне достаточно словесной), чтобы не замечать чужих заслуг (зачем скромному человеку слава?) и, конечно же, чтобы выгодно подчеркнуть собственную значимость и собственные яркие стороны (скромные ведь вполне могут довольствоваться и тенью, не так ли?).

Скромность, безусловно, украшает. Но, увы, оставляет голодным…

Ибо скромность, если, конечно, она не является частью придуманного образа, это не публичность, не яркость, не стремление к победе.

Это, скорее незаметность, довольствование малым, отсутствие претензий на что-либо.

И тот, кто так хочет видеть скромность в других, поверьте, никогда не стремится сделать подобное качество своим основным украшением…

***

Я тот, кто я есть!

И меня можно органично воспринимать только с учётом этой максимы!

Я достаточно прост и толерантен.

Со мной нетрудно договориться, ибо я всегда открыт для диалога.

Со мной легко дружить, поскольку я ненавязчив и вовремя чувствую, когда нужно уйти.

Со мной весело, комфортно и душевно. Просто потому,