Лисицын, жги! - Игорь Аальст

несомненно известный вам всем, посетил наше скромное собрание. Надеюсь, он станет достойным украшением этого вечера!

Я аж слегка прифигел. Когда это здоровяк, все время норовящий подраться и в целом производящий впечатление простодушного идиота, научился так чувствовать толпу? Неужели настолько он доверяет этим соплякам, что ощущает себя в их компании полностью комфортно?

Да и какое еще, к черту, украшение вечера?! Миша, блин, специально меня подставляешь под неловкую ситуацию? Обиделся, что я отказался проводить с тобой спарринг?

Между тем я расправил плечи и слегка поклонился. Врубил обаяние, но осторожно — мало ли, кто-нибудь из собравшихся успел сложить обо мне не самое приятное мнение, и тогда я только бессмысленно настрою людей против себя.

— Приветствую, господа, — подловил снующего туда-сюда лакея и взял бокал. Сразу же отсалютовал им в толпу. — Выпьем же за чувство юмора графа Соснова.

Мой тост вызывает у всех одобрение, по саду прокатывается волна тихих довольных возгласов. Отлично, первое впечатление высшего света обо мне сложилось неплохо. Сопляки даже пригубили напитки из вежливости.

Крупная компания ребят собралась в стороне от света, у кустов сирени. Одна из барышень оборачивается и я вижу черный стройный силуэт и блеск зелёных глаз. А я все думал, когда ещё раз встретимся.

* * *

Петр Романович Волконский, купец первой гильдии.

— Ах ты сволочь лицемерная! Да я тебя…

— Что? — перебил торговец. — Что ты мне сделаешь, родной? Давай, вещай, я слушаю.

Валерий Карский задыхался от гнева, стоя на коленях перед бывшим коллегой по гильдии. Он тяжело дышал, держась за бок. Печень наверняка похожа на отбивную, учитывая с каким рвением над ней поработали люди Волконского.

— Скотина… У меня компромат есть…

Петр Романович рассмеялся. Компромат у него есть, ага.

— Моя отчётность, Валера, чиста, как слеза младенца. Там комар носа не подточит, не то что твои жирные бестолковые юристы.

— Ты… Мы же с тобой со школы… — сменил тактику Валерий.

Волконский с раздражением поджал губы. Он не любил, когда ему напоминали о школе. Особенно те, кто превращал его жизнь там в ад, ежедневно забавы ради издеваясь над неуклюжим и неспособным к магии юношей.

— Дим, последи за ним, пока я отойду. Если снова начнет верещать, то за каждое сказанное слово выбей зуб. А лучше два.

Амбал в деловом костюме молча кивнул, и купец отошёл в сторону, доставая из кармана мобилет.

Карский, полудурок, ну надо же было именно сегодня решить, что это он спрятал его документы на деревообрабатывающий завод в своем доме! Нет, конечно, на самом деле так и было, но доказать это не представлялось возможным. А Валера настолько осмелел, что решился вломиться в дом Волконского лично и найти заветные бумаги.

Идиот, что тут скажешь. Понадеялся на… На что? Что охрана купца будет состоять из одних инвалидов? Нет, с таким интеллектом Карскому точно не светило дворянство.

Подняв черный прямоугольник на уровень глаз, Волконский вгляделся в экран. Зрение у купца, к сожалению, было ни к черту. Однако он все же смог рассмотреть сообщение от неизвестного номера на дисплее:

«Начинаем охоту на лисиц»

Петр Романович улыбнулся. Отлично, вот и ещё один выскочка, посчитавший себя самым умным, скоро получит по заслугам.

— Уберите его с глаз моих, — скомандовал он, поворачиваясь обратно. — Лесополоса, болото… Вы знаете, что делать.

* * *

— Андрей?! Иди к нам! — зовёт княжна Акульева, выходя мне навстречу. Свет фонарей выхватывает из вечерней темноты изящный стан и аппетитную ножку, торчащую из выреза платья.

Тем временем глаза потихоньку привыкают к полумраку. Помимо Алины в том месте, куда она меня тащит, стоят ещё несколько аристократов. В том числе Коршунов младший и братья Сойкины. Хе, давно не виделись, поганцы.

Как и ожидалось, эти смотрят на меня с плохо скрываемым раздражением, Витя так вообще зубами мало что не скрипит. Волны обаяния работают на полную катушку.

— Ну и какого черта ты приперся? Банкет вообще-то для студентов академии, — выдает Коршунов.

Я только усмехаюсь на это и отпиваю из бокала. Шампанское, конечно — не самый крепкий напиток, но в сочетании с молодой кровью может неплохо бодрить.

— А, и ты здесь, Коршунов. Смотрю, тебе лицо обратно собрали? Быстро. Что ж за умельцы у твоего отца работают, удивительно просто.

— Ты щас добазаришься, и эти умельцы понадобятся тебе, нищеброд! — не выдерживает один из Сойкиных, жаль различать их я так и не научился.

— Неужели? И кто меня к ним отправит? Ты? Или этот опять своего отца позовет на разборки? — Кивок в сторону Коршунова. — Вот что, ребятишки. За любое следующее слово последует вызов на дуэль, так что взвешивайте как следует свои силы, прежде чем открывать рты.

На некоторое время над нашим уголком воцаряется тишина, все шокированы моей внезапной наглостью. Взгляды десятков пар глаз обращены на меня. Впрочем, одобрительных среди них куда больше, что не может не радовать.

— Вот Андрей даёт, — улыбается один рослый парень, протягивая мне руку. — И правда украшение вечера, получается.

Я ухмыляюсь и принимаю рукопожатие. Ладонь парня крепкая и холодная. Оба изучаем чужой перстень. У него это ласка, и парень одобрительно кивает, увидев моего Лиса.

— Так, а с чего это он — украшение? — вдруг надувает губки одна эффектная барышня, на перстне которой изображена пантера.

Сразу видно, боевая девчонка.

— Ой, Вит, не начинай — закатывает глаза наконец вернувшаяся к нам Акульева, которая до этого тихо обсуждала что-то в сторонке с Сосновым. Надо будет потом им очную ставку устроить, на тему того о чем юные аристократы договорились.

— Нет, ну правда! А вот в столице на каждом вечере устраивают схватки между желающими. И победитель уже выбирает, кто будет украшением вечера. Вот где прогресс!

— Ой, да тебе лишь бы подраться! Или ты просто завидуешь, что украшением вечера назвали не тебя. — фыркает Алина, но Вита пропускает это мимо ушей.

— Так, может, тогда…

— Нет! — отрезает княжна. — Никаких драк! Мы в приличном месте, вообще-то, если ты не забыла. И мы не можем позволить себе просто так взять и устроить тут мордобой.

— Ну почему сразу мордобой?! — возмутилась девица. Ее прямые светлые волосы начали завиваться и искрить — явный признак магии воздуха, и недовольства ситуацией до кучи. — Я же не предлагаю устраивать тут "стенка на стенку". Так, один поединок, можно даже сказать, дуэль. А победитель уже будет считаться украшением вечера… Ну, или назовет им кого-то другого.

Я усмехнулся про себя. Ну и неугомонная девушка. Впрочем, сейчас я не вправе отказаться, если хочу иметь нормальную репутацию среди