Киллер – черные слезы мира - Сергей Шишкин

пришлось рассказывать за что получила Звезду и ордена, при этом ещё и иностранные. У нас же конкретно не пишут, всё в общих чертах, поэтому ничего не известно. Про этого же Суслова, за что он получил Героя Социалистического труда, наверное за проводимые в Ростове репрессии? Он же там лютовал, как не знаю кто, постоянно требовал новых арестов.

Утром хотела подольше поваляться в постели, но не судьба, на дачу примчалась Анастасия. Мой костюм утвердила, только заставила нацепить Звезду Героя, а вместо черных кроссовок туфли на шпильке. Футболку тоже забраковала, пришлось надевать белую рубашку, которая мне сразу не нравилась, слишком была тонкая. Хотела её сплавить Катерине, да не успела, теперь придется мучится. Хорошо с прической не пришлось возиться, мозг ещё с вечера изобразил нечто красивое, в каталоге значилось как «Рапсодия». Повезло мне с моим «серым веществом», когда надо он становится незаменим, хотя по большей части всё ноет. Я конечно надеялась на мою био нейросеть, но похоже эти прохиндеи спелись, ничего существенно не изменилось. Пусть «плесень» лишь отчасти разумна, но всё равно, выживание и у неё в приоритете. Да черт с ними, этими нытиками, пора отправляться в город, там нас уже заждались. Борисевские проводили до самых ворот, сегодня у них день тишины, решили отдохнуть на даче. Николай Владиславович отправился рыбачить, а Мира с Варей собрались к Волковым, их дача находится недалеко, почти в самом центре поселка.

Про церемонию рассказывать особо нечего, всё было как всегда, но за одним исключением. На этот раз награждал Леонид Ильич, всем крепко жал руку, говорил без всяких причмокиваний. Это уже потом, после инсультов и клинической смерти, у него начались проблемы с дикцией.

Меня вызвали первой, за творческие достижения в области советской литературы, вручили орден Знак Почета, к этому добавили Государственную премию. Вернулась на своё место с двумя красными папками, на которых лежали коробочки, в одной орден, в другой знак госпремии. Для меня вроде бы мелочь, а всё равно приятно, тем более получить из рук Леонида Ильича.

Следующей шла Каримова, ей тоже вручили Знак Почета, но уже за достижения в области искусства. Похоже наверху решили мою болезнь не афишировать, наградить девчонок не за «смелые и находчивые действия, совершенные при спасении жизни», а прикрыть всё это дело искусством.

Климовых и Кочеткову, как и говорил Максим, наградили Трудовым красным Знаменем, только формулировка была разная. Старших — «За большие трудовые заслуги перед Советским государством и обществом в области здравоохранения», а Кате и Софии в «области искусства». Анастасия с нашими мужиками, удостоилась Красного знамени, как «проявившие особую храбрость и мужество при выполнении непосредственной боевой задачи». Свешников получил ещё и орден за жену, Комитет расщедрился на Трудовое Знамя. Вот вроде и всё, следующую группу начнут награждать после нас, там будут только армейские. Наверное какие-нибудь военные советники, в том же Вьетнаме их было порядка десяти тысяч.

— За героизм, при задержании группы опасных вооруженных преступников, Ольге Викторовне Лёд присваивается звание Героя Советского Союза, с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда»! — услышала я, когда уже начала собираться.

Пока я находилась в прострации, Анастасия быстро освободила меня от папок с коробками, затем мягко подтолкнула. Пришлось вставать и на ватных ногах идти к Брежневу, который уже второй раз пожал мне сегодня руку. А ведь Итон говорил насчёт Звезды Героя, а я как последняя дура не верила, думала что это шутка. Интересно, за вторую медаль мне какие нибудь льготы полагаются?

Хрена лысого через коленку, ничего мне за новую Звезду не обломилось, ни денег, ни льгот, только обещали бронзовый бюст поставить. На кой черт мне сдался этот памятник, голуби постоянно будут на голову гадить, на радость разным завистникам. И вообще, космонавтам к званию машины дарят (которые заправляет и обслуживает государство), выделяют трёх или четырёх комнатные квартиры, одежду, мебель, и это ещё не считая внушительной премии. Я же за своего Героя Соцтруда только двадцатку в месяц получаю, прописана до сих пор в коммуналке, разве что от налогов наполовину освобождена, да за квартиру меньше плачу. Ну что, поверили какая я бедная и несчастная? Вот то-то и оно, надеюсь другие поверят. А если серьёзно, то про героя я знала, вернее после слов Пельше я чуть-чуть подтолкнула Брежнева. Знаете, так прикольно играть в карты, когда знаешь какой будет прикуп, да еще имея на руках Джокера. Куда Ильичу было деваться, тем более после доклада Роберта Павловича. А дальше всё просто, его же сейчас окружают лояльные для меня люди, никто не будет против, тем более после тихого госпереворота. Да-да, именно переворота, что не говори, а не кто иной как Подгорный возглавлял Советский Союз (пусть даже и номинально). Теперь закономерный вопрос — зачем мне это нужно, если наград для дальнейшей карьеры и так предостаточно? Здесь всё просто…

— Оль, ты похоже от счастья совсем потерялась, я тебя за руку трясу, а ты стоишь как дура и улыбаешься, — услышала голос Катюши.

Точно, совсем замечталась, приятно осознавать что всё получилось. Вернее не всё, это только начало, за Героя я получу то, что так долго хотела. Конечно это материальная составляющая, по другому я не могу, мне в каждом деле нужна какая-то выгода. Я же всё таки киллер, который работает не для души, а за деньги, очень большие деньги.

— Оль, пока награждают военных, нас проведут в Оружейную палату, а там Алмазный фонд, даже говорят марки подарят, — шепнула София.

Она у нас филателистка со стажем, собирает всякую хрень, даже с конвертов сдирает. Нет что бы выбрать редкие и дорогие, типа дирижаблестроение или про первые советские спутники, так она пасется у Союзпечати. Ну что такого ценного можно купить в ларьке, да ровным счётом ничего, нужно идти на рынок. Там этих сумасшедших пруд пруди, продают всё, даже царские открытки. Настя рассказывала один случай: им в отделение (когда она дежурила), привели распространителя порнографии, он оказывается продавал иллюстрации голых баб, которые оказались начала века. Цветные изображения были на стекле, которые ещё до революции показывали в скиоптиконе, той самой волшебной лампе. Горе продавца оформили за хулиганство (пожалели дурака), а изображения отправили в музей, там им самое место.

После посещения Алмазного фонда (у меня даже слюнки закапали), был праздничный банкет. Народу было не так много, мы да военные, остальных наверное уже наградили или это будет после праздника. Леонид Ильич толкнул небольшую речь, посвященную Дню