Пятьсот лет среди звезд - Александр Олегович Муружев

— Без подходящего оборудования нам теперь ни за что не прорваться через оцепление и не добраться до Анхеля, — наконец ответил андроид. — Нужно достать оружие и щиты. Не важно, где.

В ответ Килла, как будто не было никаких проблем, лишь мило улыбнулась и посмотрела ему в глаза, от чего холодное сердце тут же растаяло, как весенний снег. Сто восемнадцатый не спеша поднялся со своего стула, подошел к командирскому креслу и занял свое место рядом с девушкой. На панели управления в тот же миг зажглись разноцветные лампочки и отобразились множественные команды, которые давали понять, что летательный аппарат полностью готов к выполнению задач.

— Мне так непривычно быть не внутри управления, а снаружи, — смущенно сказала Килла и, выпрямив спину, стала нажимать какие-то кнопки, общаясь со своим любимым кораблем и запуская вычисления возможных маршрутов.

— Я знаю, — нежным голосом ответил андроид и похлопал девушку по плечу.

Сто восемнадцатый следил за каждым ее движением, и думал он скорее о ней, чем о текущей миссии, когда на главном экране появились изображения вращающихся планет и огромный список рынков космических кораблей. После окончательного перебора вариантов Килла повернулась к андроиду с вопросительным видом, будто он сам должен был понять, какие мысли у нее в голове, как обычно влюбленные угадывают в романтических фильмах. Но Сто восемнадцатый ничего не понял.

— Мне нужно выбрать, куда мы полетим, да? — спросил он и взял девушку за руку.

— Угу, — пробормотала Килла.

— Ну, ладно, — сказал андроид и легким движением пальцев выбрал из списка одну из планет с дождливым климатом, сильным ветром и быстрой сменой для и ночи.

Когда координаты были введены, а курс просчитан компьютером, корабль начал готовиться к прыжку, и пошел обратный отсчет. Неизведанные звезды снова ждали своих гостей, а время все так же утекало, как утекает песок сквозь пальцы.

— Ты мне нравишься больше всего, номер сто восемнадцать, — сказала девушка, когда до старта осталось несколько секунд.

— И ты мне тоже нравишься, — ответил ей андроид.

В этот момент весь окружающий космос слился в один сплошной коридор, сотканный из белого цвета, и Сто восемнадцатый тут же закрыл глаза, слушая рев новых двигателей. Ему вспомнилось что-то очень теплое из далекого прошлого. Слегка сжавшись, андроид сложил руки, как это делают дети во сне и почти мгновенно заснул.

Сто восемнадцатому снился еще один памятный день. Красные листья срывались с немногих оставшихся на Земле деревьев и укрывали двор общежития. Анхель курил электронную сигарету на крыльце и выпускал густые облака пара с никотином, а Сто восемнадцатый стоял немного в стороне и крутил в руках шершавый на ощупь, немного подсушенный кленовый лист.

На заводе все было по-прежнему, только вместо роботов стали делать космические корабли. Эту идею предложил директору новенький, тот самый забитый и ни на что не годный юноша, которому, к его собственному счастью, повезло со светлой головой. Он постоянно пытался обратить на себя внимание, дерзил начальству, и поэтому почти каждый день получал от надзирателей законную порцию своих тумаков.

— Что это за парень тебя все время преследует? — спросил у директора чиновник из городского управления.

— Да простой рабочий. Год, как у нас, — ответил начальник, с упреком посмотрев на Виктора, и тот сразу исчез из поля зрения.

— Выслушай его, вдруг что интересное предложит, — насмешливо сказал собеседник, помахал рукой и сел в личный транспорт.

Но ни на следующий день, ни потом директор с Виктором не говорил. Новенький после работы прощался с Анхелем и со Сто восемнадцатым, подходил к двери главного кабинета и с надеждой стоял рядом, наблюдая, как люди входят и выходят, совершенно не обращая на него внимания. Так продолжалось много дней подряд, пока однажды начальнику не стало скучно, и он не пригласил Виктора в свой кабинет. «Ну, давай, рассказывай!» — важно сказал директор и сложил руки на столе в ожидании нелепой глупости.

И тут случилось нечто совершенно неожиданное. Новенький вдруг достал из-за пояса несколько помятых чертежей и схем, а потом стал очень умным, научным, языком что-то доказывать и после предлагать начальнику свои решения для управления предприятием. Директор вначале брезгливо окинул взглядом мятые потертые бумажки, увидел на чертежах несколько масляных пятен и с неприятием поморщился. Но Виктор говорил интересно, и уже через минуту-другую начальник заинтересовался, закурил дорогую сигару из водорослей и начал одобрительно качать головой, время от времени останавливая собеседника, чтобы обдумать сказанное.

Так и стал завод строить космические корабли. Дела пошли в гору, а Виктору теперь разрешили сидеть в отдельном кабинете и читать книги, пока остальные рабочие трудились по двенадцать часов в день под кнутами.

«Вот она, моя Килла!» — нежно говорил молодой ученый, поглаживая корпус первого построенного корабля. Сто восемнадцатый смотрел на готовую конструкцию из цеха и удивлялся, как же она не похожа на существующие корабли. Никакой угловатости или минимализма, как обычно делали военные. Этот корабль выглядел довольно сложно и внешне напоминал какую-то птицу или чем-то даже лягушку.

«Быть может, ты увезешь меня отсюда однажды?» — думал Сто восемнадцатый, поднимая в очередной раз тяжеленный молот. Тогда еще он не знал, что эта светлая мечта в будущем станет для него всей жизнью.

— У нас Жало на хвосте! — прокричала Килла с застывшим на лице ужасом, и Сто восемнадцатый сразу же проснулся.

— Вот зараза! — невольно выругался он, а затем тут же соскочил со своего места и выпрямился, чтобы быть готовым к бою.

Как мог андроид так расслабиться, чтобы пропустить смертельную угрозу? Одна оплошность, один неверный шаг, и вот уже эсминец высшего класса, суливший верную погибель, вышел на атакующую траекторию, приготовив свои бластерные орудия.

— Килла, маневр «восьмерка», срочно! — закричал Сто восемнадцатый и, заняв место у крупнокалиберных пушек, стал отстреливаться, пытаясь сбросить преследователя с хвоста. К сожалению, пилот вражеского эсминца даже не думал сворачивать с атакующего курса и спокойно принимал весь огонь от корабля-птицы на свои энергетические щиты.

За рулем управления Жала в тот момент находился достойный и грозный противник. Это был темноволосый мужчина, одетый в королевскую форму, с тяжелым, еще не до конца зажившим ранением от осколка стекла и c настоящим телом, у которого не было ни одной искусственной части.

Роскошный царский костюм достался принцу при самых печальных обстоятельствах, когда его отца застрелил в бесчестном бою на весь мир известный убийца и разбойник, раб номер сто восемнадцать. По красным щекам мужчины в момент атаки текли горькие слезы, и его плач не могла сдержать даже