И грянул гром… (Том 4-й дополнительный) - Вашингтон Ирвинг

Сильно опасаясь могущества прорицателей и желая предотвратить возможные козни с их стороны, царь решил изгнать их и для этой цели повелел посадить их вместе с семьями на корабли и отправить на Цейлон. Однако, когда суда почти достигли этого острова, налетел сильный шторм, и один из кораблей, захваченных бурей, был унесен далеко к югу и выброшен на берега необитаемого архипелага. На островах этого архипелага и поселились оставшиеся в живых. Естественно, потомство прорицателей и магов отличалось весьма развитыми психическими способностями.

Поставив перед собой цель создать новый и лучший общественный строй, они всячески поощряли развитие этих способностей. В итоге через несколько столетий ясновидение стало настолько распространенным, что язык потерял свое значение как средство передачи мыслей. Многие поколения еще могли по желанию пользоваться речью, но постепенно голосовые связки атрофировались, и через несколько сотен лет способность говорить оказалась полностью утраченной. Конечно, новорожденные на протяжении нескольких первых месяцев еще испускали нечленораздельные крики, но в том возрасте, когда у детей менее развитых народов эти крики начинают превращаться в членораздельную речь, дети ясновидцев приобретают способность непосредственного восприятия чужих мыслей и прекращают попытки использовать для общения свой голос.

Тот факт, что ясновидцы до сих пор оставались неизвестными остальному миру, объясняется двумя обстоятельствами. Во-первых, группа островов, на которых живут ясновидцы, слишком мала и занимает уголок Индийского океана, находящийся совсем в стороне от обычных маршрутов судов. Во-вторых, к островам почти невозможно приблизиться из-за мощных опасных течений и обилия скал и подводных рифов. Любой корабль попросту потерпит крушение, прежде чем коснется берегов архипелага. По крайней мере ни одному кораблю на протяжении двух тысяч лет, прошедших после прибытия сюда предков ясновидцев, не удавалось избегнуть этой печальной участи, и «Аделаида» была сто двадцать третьим по счету судном, которое нашло здесь свою могилу.

Ясновидцы предпринимали энергичные попытки спасти потерпевших кораблекрушение не только из соображений гуманности. Только от них одних островитяне могли с помощью переводчиков получить информацию о внешнем мире. Этой информации добывалось слишком мало, когда, как это часто бывало, единственным спасшимся при кораблекрушении оказывался тот или иной малограмотный моряк, который был не в состоянии сообщить никаких новостей, кроме последних версий палубных баек. Мои хозяева не без удовлетворения признались мне, что считают меня настоящей находкой, поскольку я имею некоторое образование и могу рассказать им о многом. Передо мной была поставлена задача ни много ни мало как поведать им о событиях всемирной истории за последние два века. И часто я сожалел, что раньше не изучал более подробно этот предмет.

Единственно ради общения с потерпевшими кораблекрушение существовала служба переводчиков. Когда время от времени рождался ребенок с некоторой способностью к членораздельной речи, он брался на заметку и затем проходил курс обучения разговору в колледже для переводчиков. Конечно, частичная атрофия голосовых связок, от которой страдали даже лучшие переводчики, не позволяла воспроизводить многие из звуков других языков. Например, никто не мог воспроизвести звук «в», «ф», или «с», или звук, передающий английское «th». Прошло уже пять поколений с тех пор, когда жил последний переводчик, который мог произносить их. Но благодаря случающимся время от времени бракам между островитянами и спасшимися при кораблекрушении чужестранцами вполне вероятно, что ряды переводчиков будут пополняться еще долгое время, пока они совсем не оскудеют.

Можно представить, что любой на моем месте чувствовал бы себя не в своей тарелке, когда бы осознал, что находится среди людей, которые видят каждую его мысль, а сами остаются себе на уме. Вообразите себе состояние голого человека, очутившегося в обществе одетых персон. Таковым казалось мне и мое положение среди ясновидцев. Мне хотелось скрыться с их глаз и побыть одному. Насколько я могу проанализировать свои чувства, мне хотелось поступить так не из-за того, что я стремился сохранить в тайне какие-либо особо постыдные секреты. Нет, больше всего я боялся разоблачения целого ряда своих глупых, дурных и непристойных мыслей и обрывков мыслей относительно окружающих и самого себя. Каким бы благорасположением ни отличался человек, читающий такие мои мысли, все равно мне было бы это неприятно.

Однако, хотя я сначала сильно огорчался и переживал по этому поводу, довольно скоро я успокоился. Когда я до конца продумал тот факт, что все движения моей души открыты для других, то невольно стал отгонять от себя мысли, которые могли задеть и обидеть островитян. Аналогично воспитанный человек автоматически, без особых усилий воли, воздерживается от неуместных высказываний. Нескольких уроков этикета достаточно для порядочного человека, чтобы научиться избегать опрометчивых слов, а в моем случае краткий опыт общения с ясновидцами помог мне научиться воздерживаться от опрометчивых мыслей.

Все же не следует думать, что этикет островитян не позволяет им при случае критически и свободно судить друг о друге. Ведь и среди людей, выражающих свои мысли словами, даже самый утонченный этикет не мешает говорить друг о друге всю правду-матку, когда это нужно. Впрочем, среди ясновидцев в отличие от людей, скрывающих словами свои подлинные мнения, вежливость всегда остается в пределах искренности. Мысли друг о друге, которые воспринимаются островитянами, всегда являются подлинными и сокровенными мыслями.

В конце концов до меня дошло, почему у любого человека будет вызывать значительно меньше досады полная обнаженность его слабостей перед ясновидцем, чем хотя бы малейшее обнаружение этих же слабостей перед обычными людьми. Иначе и быть не может. Ибо как раз благодаря тому, что ясновидец читает все ваши мысли, он не выдергивает отдельные мысли из общего потока ваших дум, судит о них с учетом целого. Ясновидец принимает во внимание прежде всего ваш характер и строй мыслей. Поэтому никому не следует опасаться, что его неправильно поймут на основе намерений или эмоций, которые не соответствуют его характеру или убеждениям. Можно сказать, что справедливость не может не царствовать там, где души открыты нараспашку.

Мне повезло с переводчиком. Благодаря ему мне не пришлось долго вырабатывать в себе инстинкт этикета, чтобы воздерживаться от дурных и постыдных мыслей. За всю свою прежнюю жизнь я с трудом находил друзей, но за три дня, проведенных в обществе этого удивительнейшего существа удивительной расы, я искренне привязался к нему. К нему невозможно было не привязаться. Ибо особая прелесть дружбы заключается в том, что ты знаешь: твой друг понимает тебя так, как никто другой, и тем не менее продолжает любить тебя. В данном же случае рядом со мной был такой человек, при разговоре с которым чувствовал, что он знает все мои потайные мысли и мотивы, о которых мои самые старые и самые близкие друзья никогда не догадывались и никогда даже не могли бы догадаться. Если бы он, зная обо мне все, проникся ко мне презрением, я никогда не стал бы обвинять его и вообще принял бы это как должное. А теперь посудите сами, могла ли меня оставить равнодушным та сердечная расположенность, которую он проявил ко мне.