Иосиф Сталин - Виталий Свадьбин

нас кооперативов, которые по сути являются частным бизнесом, в глазах коммунистов мелкая буржуазия. Вроде как укладывается в догмы строителей коммунизма такое решение по кооперативам. Я улыбнулся, отвечать не стал, а дал слово Молотову. Мы с ним обговаривали возможные вопросы.

— Над таким решением долго думали, считали экономическую целесообразность. Госплан не может быстро реагировать на рыночный спрос у населения. А кооперативы делают это быстро. Налогообложение достаточно простое, плюс такие кооперативы платят аренду за землю или за помещения. В результате поступления в бюджет увеличились, — коротко ответил Молотов, он тоже присутствовал на встрече.

На встрече говорили о разном, о развитии Китая и СССР, о дружбе и взаимопомощи, в общем обычная дипломатическая болтовня. Серьёзные разговоры начались, когда мы с Мао остались один на один, если не считать переводчиков. Здесь я немного схитрил. Когда готовились к встрече, я дал задание найти переводчика, знающего грузинский и китайский. Вдруг я захочу что-то сказать, чтобы Мао не понял? Они тоже могут говорить на каком-нибудь диалекте, и мы их не поймём, так что всё взаимно. Мао интересовало, готов ли Советский Союз оказывать помощь революционному Китаю. Конечно готов, но за определённые дивиденды. Мы с удовольствием возьмём плату работой китайских рабочих, можно ресурсами, руда, металлы, серебро, свинец, редкоземельные металлы и так далее. Готовы помочь специалистами, как военными, так и гражданскими. С превеликим удовольствием продадим танки, пушки и стрелковое вооружение, только не забывайте о расчётах. Что точно не будем делать — это воевать за китайский народ. Но при возникновении внешней угрозы Советский Союз обязательно вмешается. Разговор длился более трёх часов. Не знаю, чего добивался Мао, но я сделал свои выводы, кроме этого, я знал будущее, пусть в параллельном мире, но знал. От Мао точно будут проблемы, со временем он будет чувствовать себя «императором» или что-то в этом роде. С посольством приезжал Ван Мин, которого Мао старательно задвигает на задний план. Но наше условие было таково, что Ван Мин должен посетить СССР. Я правда с ним не встретился, зато это сделал Косыгин. Ван Мину намекнули, что СССР готов поддержать его, если таковое потребуется. Посольство пробыло семь дней и отправились обратно свой Китай. Ну а я сразу вызвал к себе Судоплатова.

— Для нас Мао не особо интересен, думаю, что от него в будущем будут проблемы. Павел Анатольевич, за сколько сможешь подготовить операцию по ликвидации? Но там наших «ушей торчать не должно», пусть это будет Гаминьдан[84].

Судоплатов молчал, а я не торопил.

— Есть такие кандидаты, чистые китайцы на нашу территорию попали ещё при царе. Один из них работает на моё ведомство. Не помешает ему пройти подготовку в тренировочном лагере, ну и продумать саму операцию. Поговорю с Внешней разведкой, может они что-то добавят, — ответил Судоплатов.

Почему я принял решение о ликвидации Мао Цзэдуна? От него будут проблемы в будущем, в этом нет никаких сомнений. К тому же он доведёт Китай до кризиса. А мне нужен надёжный сосед и партнёр. Будем делать ставку на Ван Мина, он более управляем.

Интерлюдия

Город Ханчжоу. Капитан Ван Юнь.

Семья Ван Юнь бежала из Китая задолго до рождения Вана. Поселились в тайге Приамурья. Отец Вана, Чжан Ли занимался охотой и сбором корня женьшень, мать Айминь разбиралась в лечебных травах, потому им не составила труда устроиться в двадцати верстах от казачьей станицы. Постепенно русские привыкли к пришедшей семье китайцев, которые так и жили на лесной заимке. Ван Юнь был последним ребёнком в семье, где кроме него были два брата и две сестры. В России произошла революция, но жизнь китайской семьи он почти не задела. Отец продолжал с сыновьями промышлять охотой, а мать собирала травы, да лечила русских, когда к ним обращались. Вану даже довелось учиться в русской школе, целых пять лет. Когда началась война с фашизмом, Вану исполнилось семнадцать. По достижению совершеннолетия по законам новой власти Ван поехал в районный центр и попросился на фронт добровольцем. Его взяли в пехотный полк. А через три месяца Ван стал снайпером. Судоплатов приметил китайца в конце 42-го года. Судьба Вана сделала крутой поворот, он прошёл специальную подготовку и стал бойцом отряда под командованием Судоплатова. Начиная с 47-го года Ван Юнь работал инструктором в одном из лагерей подготовки снайперов, а попутно изучал английский язык. Смышлёный китаец понимал, что изучения английского языка не ради забавы, а значит его ждёт какое-то задание. Капитан Ван Юнь не удивился, когда его вызвал в Москву генерал-полковник Судоплатов.

— Засиделся ты, Ваня, в инструкторах, пора снова в строй, — такими словами встретил генерал Судоплатов.

Ван Юнь улыбнулся, он был рад видеть своего командира, с которым не раз бывал во вражеских тылах. Судоплатов тем временем продолжил.

— Как у тебя с английским? — спросил Судоплатов.

— Хорошо, товарищ генерал-полковник, — Ван Юнь произнёс несколько фраз на английском.

— Понятно. Образовалась командировка в Китай. Поедешь, посмотришь на родину предков. Нужные документы тебе приготовят. Обоснуешься возле городка Ханчжоу, твоя роль торговца лекарственными травами, насколько помню, ты в них разбираешься. Время на внедрение не больше трёх-пяти месяцев, вот твоя цель, — с последними словами Судоплатов положил фотографию Мао Цзэдуна на стол.

Капитан Ван Юнь кивнул, взял фотографию и минут пять всматривался в изображение. Вновь кивнул и подал фотографию обратно генералу. Через две недели капитана переправили в Китай.

Никто не обратил внимания на продавца лекарственных трав, который появился в пригороде Ханчжоу. С виду обыкновенный оборванец, старенькая одежда с заплатами, шляпа на голове, давно не стриженные волосы, морщинистая кожа на лице и на руках. Никто и не мог помыслить, что продавец смазывает травяным раствором свою кожу, чтобы она была морщинистой и имела сероватый оттенок. Три месяца продавец травами отирался в городе и окрестностях. Тем временем Ван, а это был именно он, наблюдал за дачей лидера китайских коммунистов, которая находилась на берегу озера Сиху. Несколько раз Ван наблюдал, как Мао выходит на берег озера, любуясь красотами природы. Ван Юнь подобрал место, откуда надо будет сделать выстрел. Как специалист высокого класса в снайперском искусстве он знал, что выстрел должен быть один, иначе ему не удастся уйти. У лидера коммунистов вполне серьёзная охрана. Потому Ван начал готовить пути отхода заранее. Подобран образ молодого парня, последователя революции, одежда и книги, которые покажут, что он готовится стать учителем. Четыре раза Ван смотрел через прицел винтовки на Мао, но выстрела не делал, считал, что может