И тут я понял, что... (СИ) - Евгений Семенов

Уснула здесь, а проснулась там. Думаю, ее можно обозначить как тупо хитрую нахлебницу с около нулевым вкладом в команду. Элементарно не может поболтать и выступить в роли дорожного радио для своего обожаемого предводителя.

С другими хмурыми дядьками налаживать вербальный контакт совсем не хотелось, а голоса и вовсе говорили, что половина из них маньяки, шпионы и убийцы. Пробовал обращать внимание на немногочисленных женщин, так они испугано отворачивались от моей мордашки, а та же шизофрения отчетливо внушала мне, что они, как минимум, клептоманки. Дорога шла невероятно скучно, поскольку даже размышления о каких-то далеких планах вызывали боль в висках, а созерцание красот природы меня ни капли не радовали. Скорее раздражали, не хотелось вдруг там увидеть ехидную морду не прибитой мутированной собаки.

Так странно… просто ждать. Когда это было в последний раз? В моей прошлой жизни, ещё на старой и доброй Земле? Да… в голове всплывают воспоминания того, как я однообразно проводил дни, просто копя деньги. Жизнь такой простой и предсказуемой была. Была и в одно мгновение рванула с низкого старта беспрерывным забегом до конца собственного выгорания. Сбавлять темп, просто останавливаться… это же ведь не смертельно, да?

Ага, корми себя иллюзиями, пока не окажешься в канаве со вспоротым горлом, а потом побежишь служить сгнившей хрени. Нет, я не на столько глуп, я совсем не глуп. Но сейчас… нужно ждать… это как та загрузка между локациями в игре, которая может вызвать синий экран. И перед глазами еще неменяющаяся заставка пьяной блондинки. Хуже некуда.

— А? Уже приехали? — Очухалась вечером Люмия от резкой остановки, словив лбом деревянный ящик.

— Ну… кажется, это не на один день. — Почесал я затылок, оглядываясь по сторонам в темнеющем лесу.

— Это как? — Пыталась проморгаться Люмия.

— Не уточнял, когда приедем.

— Серьезно? — Опешила Люмия, блеснув лампочкой.

— Ага, без разницы было. Всё равно один рейс во всей таверне нашелся. А ты чего так удивилась? — Напало на меня небольшое замешательство.

— Так… — Со вселенской потерей на лице подняла Люмия пустую бутылку.

— Ааа, варп-топливо закончилось, испарился гелий-3. — С некоторым сочувствием покачал я головой.

— Поможешь? — Сложила Люмия руки.

— Деньги же остались? Иди и купи у кого-нибудь с рук. — Пожал я плечами

— Но я никого не знаю! — С какой-то претензией кинула Люмия.

— Ты понимаешь, кого просишь помочь и о чем? — Тяжело вздохнул я.

— Союзника, который под-вер-жен страху меньше, чем я. Ну, пойдём? — Тронула она моё колено.

Знала бы Люмия, какой у меня в голове водоворот безумия, то предпочла бы близко ко мне не подходить и других людей не подпустила бы. Они шепчут в сотню глоток и стараются убедить в своей правоте. Стараются исказить реальность, видят повсюду опасность, которую немедленно стоить уничтожить. Даже это странное, но мирное и простодушное создание они воспринимают как врага, которого нужно уничтожить любой ценой, прежде чем он сделает свой ход. В каждом её жесте, движение, слове они видят намеки на моё убийство и издевательство… это страшно.

— Фью, эй мужик! — Свистнул я проходящего мимо телеги бородатого мужичка с топором.

— У? — Нахмурившись, кивнул он мне. — Помочь хочешь?

— Да не. Бухло есть? — Посмотрел я в темный лес, куда идут небольшие кучки людей с топорами за хворостом.

— А что взамен? — Оперившись одной рукой с топором на землю, хитро спросил он.

— Золотой дам. Сойдёт?

— В натуре? — Удивился мужик, приложив вторую руку на макушку.

— Нет, письменно. Тащи давай. — Хмурился я.

— Дык, столько нет… — Чесал он голову.

— Сколько найдёшь, столько и возьму. — Отмахнулся я.

— Один момент… — Резко поменял свой маршрут предприимчивый мужчина.

— Фух, это было проще чем я думал. — Уселось моё шизоидное тело в укрытие.

— Голова! — Показала большой палец Люмия.

— Так стыдно… — Вдруг всплыли образы и понятия в моей голове из прошлого. — Мы как какие-то задроты.

— Мы команда! — Ободряюще похлопала меня по плечу Люмия. — Слаженная и дружная команда, которая преодолеет любые трудности!

— Что-то ты даже алкоголизм преодолеть не можешь. — С подозрением посмотрел я на нее.

— Сейчас это необходимая мера! Я ненавижу эти дороги и прогулки по лесу с монстрами. — Вздохнула Люмия, заваливаясь на прежнее место. — Нужно будет, даже капли в рот не возьму!

— Хех, ну-ну…

— Ты мне не веришь… ой! — Вздрогнула Люмия от бряцанья бутылок.

— Бухло есть, монета где? — С ухмылкой навалился грудью на телегу мужик, ставя увесистый ящик с бутылями, поверх которых был небольшой булькающий деревянный бочонок.

— Всё на месте. — Вытащил я монету из кармана и протянул довольному бородачу.

— Ну, не болейте! — Улыбнулся мужчина, моментально пряча монету в своих закромах.

Мы проводили его взглядом в спину и переглянулись.

— Поняла алгоритм? — Делая невозмутимый вид, зевнул я. — А теперь отдавай долг…

За считанные минуты Люмия опять догналась. Это было настолько быстро и искусно, что у меня даже появилось подозрение, что это какая-то давно утерянная и забытая техника из древности… собственно, этот вопрос и занял меня в полусонном состоянии. Каково Люмии жить, зная, что она переживет не только какого-то человека, а целые нации… точней уже пережила. Ведь раньше у нее была интересная жизнь, судя по её высказываниям, она даже совершала подвиги во имя добра и была у всех на слуху.

А сейчас…

— Богини не писают, да что там они даже не пукают. Они вызывают золотой дождь и раскаты грома. Идеальное тело говорила она… — Ворчал я, стоя на страже журчащих кустов.

— Эх, да какая разница? Я живая и это естественно… — С заплетающимся языком рассуждали кусты. — Ты так сердишься только из-за того, что я тебя разбудила, а не попросила помочь с неудобной проблемой. Не так что ли?

— Угу, спать охота. Давай быстрее, а то монстры за задницу покусают. — Протирал я глаз, вглядываясь между темных стволов впереди и в отблески костра сзади. — Ещё и бухло твоё утащить могут.

— Не пугай, а? Итак боюсь…

— Ага, отчетливо слышу твой страх.

Приключения… я связывал с этим словом много ужасных, опасных и кровавых картин, особенно в тёмном фэнтези, но туалетные разговоры никогда не казались мне их частью. Она боялась ходить одна, боялась оставаться одна… это было несколько неловко, но больше непрактично, зато чертовски надежно. Настолько, что за несколько дней наискучнейшего пути стало такой обыденностью, при которой мы практически вели разговоры с глазу на глаз.

Обыденностью стало и то, что она постоянно бухала. Едва просыпалась, справляла нужду и закидывалась вновь. Либо это жуткий стресс, либо обычное развитие алкоголизма. В первом случае с учетом того, что нам даже не попадались монстры, а на дорогах просто