Великие Игры 2.0 - Владимир Николаевич Малый

же прелестницы. Никакой пользы от меня больше не будет. Нарисуйте мне крест на лбу и отправьте в лагерь к зрителям. Ну, или давайте вместе думать, что еще может быть в моей голове такого, что могли бы у меня выведать эти две озорницы. Признаться, этот плен, за исключением последних суток – лучшее, что происходило со мной за последние несколько лет!

- Ну вот, уважаемый! – обрадовался я его нескрываемому желанию идти нам навстречу. – Посиди здесь, подумай и сам предложи темы, на которые тебе есть, что нам поведать! Мы подумаем и пришлем к тебе наших дознавателей в юбках! Если темы будут прямо интересными, не исключено, что они придут уже подготовленными – без юбок! Так что ты тут старайся!

С ночной вазой я разобрался, воды и еды (благо, в библиотеке нашелся ее запас) тоже дал. От новой порции воскурений маг отказался, сказав, что дым мешает ему мыслить здраво, однако бутылку вина принял из моих рук с явной благодарностью.

Первое время я подумывал над тем, чтобы попросить у кого-нибудь из местных бурдюк, потому как бутылку легко использовать в качестве как дробящего, так и режущего оружия, но Флин с Хрюном убедили меня, что в рамках Великих Игр официальный пленник не станет причинять сильного вреда здоровью своих тюремщиков.

Признаюсь, меня смутило, что для парней вполне допустима возможность причинения им легкого вреда. Лично я бы ни на какой вред соглашаться бы не стал. Но, опять-таки, монастырь чужой, поэтому я смирился с тем, что пленному доступны потенциально опасные, что для него, что для его тюремщиков вещи.

Что ж, мой долг надзирателя выполнен, больше я никому ничего особенно не должен. Можно было бы прогуляться до стен, найти там Стинка, поболтать о том, о сем, или проведать Гарра, если, вдруг, тот дома и погонять с ним чаи с пироженками.

Второе показалось куда как приятнее, и ноги сами понесли меня по направлению к башне.

Гарра, как назло, дома не оказалось. Ключ от его двери мне не так давно выдала Рина и передала приглашение мага посещать его башню в любое время дня или ночи. Однако пользоваться я им не стал: не было особой необходимости.

Отвернувшись от запертой двери, сразу же поймал на себе взгляд озорных глаз. Снова эта маленькая вертихвостка!

- Привет тебе! Не разбогател, случайно, на ленты? А помнишь, что ты мне награду обещал, а?!

Сразу же посыпались на меня вопросы, выдаваемые девчушкой, что не так давно провожала меня к защитной стене через ночной город.

Сам не знаю, почему, но не только мой рот, а я целиком буквально расплылся в улыбке. И ведь, что характерно, действительно карманы мои были едвали не набиты лентами, которые просматривала Рина. Понравившиеся она протягивала мне, чтобы потом рассмотреть их отдельно. Я же просто рассовывал их по карманам. А когда девушка переключилась на идею разноцветной ленты, все отработанные материалы просто остались у меня.

Вот теперь-то, вспомнив об этом спорном богатстве в своих карманах я, наконец-то, был при деле!

Подмигнув егозе, начал медленно, как фокусник, растягивая интригу, одну за другой доставать ленты из карманов. Глаза у мелкоты стали такими большими круглыми от восхищения, что, казалось, заполнили собой все детское личико.

- Можешь выбрать себе целых три штуки! – проявляя вселенскую щедрость, сообщил я. – И столько же можешь еще заработать!

- Но у тебя там намного больше шести штук! – заметила неглупая и практичная девочка. – Зачем они тебе, ты же их не носишь! Отдай мне их все!

- Просто так?!

Я даже слегка удивился такому наглому предложению от маленькой милахи.

- А тебе что, жалко? Или, может быть, сложно?!

Она еще и на слабо меня берет! Вот пигалица!

- Нет, шмакодявка, мне не жалко, но ленты я просто так налево и направо не раздаю. Их нужно заслужить!

- Все взрослые – скучные жадины! Рассказывай давай, что нужно сделать, да побыстрее, а то я и так здесь уже полдня торчу!

Улыбнувшись, я поведал ей суть своей затеи, которая родилась у меня в голове всего минуту назад.

Все ведь помнят, что в эту веселую и слегка опасную авантюру я ввязался, чтобы помочь Флину покорить местную красотку? Так вот, пока он был чуть ли не единственным обладателем самоката в этом мире, дела с привлечением внимания шли хорошо, пускай все вокруг и были заняты Играми. Но городские власти мгновенно поняли практическую ценность этого устройства особенно в неспокойное время и первые самокаты массового производства уже понемногу распределяются между посыльными и условными денщиками местных военачальников.

Как моему подопечному продолжить выделяться дальше? Конечно же за счет тюнинга своего транспортного средства!

Вот я и предложил мелкой егозе отыскать Флина с его самокатом и разукрасить кусочками лент спицы этого двухколесного чуда. Спиц в колесах было по восемь, работать нужно было всего с одной парой: оборачивать ее лентой, уходя от центра к краю колеса. Цвета я выбрал три: красный, зеленый и желтый. Лент, по моим прикидкам хватало. Если мелкая все сделает правильно, то Флин будет рассекать по городу на небольших быстро крутящихся разноцветных кругах вместо скучных колес. Это ли по здешним меркам не апофеоз крутости?!

Девочка выслушала, покивала, задала несколько дельных вопросов, призванных не столько уточнить план действий, сколько набить цену ее услугам, и согласилась сделать это за десять ленточек.

Тогда я намекнул ей, что в городе достаточно маленьких девочек, способных выполнить эту работу за одну ленту.

Сошлись на пяти.

Хорошая девочка, далеко пойдет. Может, даже вскорости собственным самокатом обзаведется такими темпами.

Когда мелькающие пятки скрылись за ближайшим поворотом, я направил свои стопы в сторону городской стены. Единожды проделанный ночью путь мне хорошо запомнился, так как в основном лежал по достаточно прямой траектории. К тому ж, солнце уже скатывалось к горизонту и на улицы города спускались первые сумерки, так что ситуация была для меня привычной: переть напролом через заборы и ограды к стене.

В этот раз я особо не спешил, поэтому до цели добрался и вовсе в почти полной темноте.

Сначала я услышал треск, удивленный, а после и злые крики, звуки ни то боя, ни то непонятной свалки, и уж только потом привыкшие к скудному освещению глаза увидели, как с участка стены передо мной практически скатываются люди.

Одеты они были