Ведьмина лавка - Наталья Алексина

Джул повыше подняла шпагу, а Мэри расхохоталась, представляя, как завывает Джо. Они еще какое-то время побыли в комнате мага, Джул даже хотела лечь на кровать, но в конце концов ведьма увела ее вниз и осторожно прикрыла дверь в комнату Джонатана.

— Знаешь, я бы хотела быть ведьмой, — вдруг сказала Джул после второй чашки чая и третьего блина.

— У вас к ведьмам относятся не очень хорошо.

— Ну и что? Зато ты можешь делать все что угодно, — ответила Джул. — Хочешь — живешь с мужчиной, не хочешь — не живешь. Понимаешь? Хочу как ты! Даже если взять сегодняшний день — ты сидишь дома, а у тебя уже приключения: моя тетка, комната Джо…

Мэри не успела ей ответить и напомнить о сгоревшей лачуге, Джул продолжила:

— А еще ведьмам можно всегда одеваться так, как хочется. Ни мода, ни приличия, ни мнение старых теток вас не беспокоят.

— Почему ты так думаешь? — На самом деле Мэри беспокоило очень многое, и мнение жителей Хоса в том числе. Ей предстояло как-то расположить их к себе и доказать, что ведьме можно доверять, а значит, и покупать ее зелья.

— Потому что вы свободны. Можете открыть лавку, заработать денег, встречаться с разными мужчинами, целоваться. — Джул вздохнула, а Мэри только удивленно моргнула. — И вас все кругом замечают. По ведьме сразу видно, что она ведьма.

— Правда? По мне тоже?

— Вот, кстати, нет. И в Хосе все удивляются этому: почему ты выглядишь как обычная девушка? Они думают, что ты так втираешься в доверие, и поэтому злятся на тебя.

Вот как. Оказывается, люди проклинали Мэри не только за то, что она ведьма, но и за то, что смеет выглядеть как они. Ее все больше поражало поведение жителей Хоса. А раньше даже в голову не приходило, что ведьм так ненавидят.

— А как, по их мнению, должны выглядеть ведьмы? — мрачно спросила Мэри.

— Смелые платья. Яркая внешность, — перечислила Джул. — И черный цвет. Вроде бы траур, но ведьмы так в нем смотрятся, что ух.

Джул еще долго что-то говорила, а Мэри все думала, насколько люди бывают непонятными. Мелочность, жестокость она уже встречала, но вот это странное представление о ведьмах и о том, что они должны быть другими. Им было бы легче, если бы на носу у Мэри была бородавка? Или действительно им нужно, как и говорит Джул, видеть роковую женщину? С другой стороны… Если они хотят видеть в ней ведьму, пусть будет так! А о лавке она подумает позже.

— Джул, — сказала Мэри, когда та оставила на столе несколько монет за гадание. — Забери деньги и лучше принеси мне хорошую черную ткань. На платье.

* * *

К вечеру Мэри поняла, что в колоде ей не хватает примерно десяти карт. Она все это время гадала в попытках оценить, где же ее белые пятна. И не заметила, как стемнело. К тому моменту она чувствовала себя разбитой. Как будто целый день ходила или бегала, хотя не была даже на заднем дворике. Возможно, тому виной был выброс силы, кто его знает. Хотя весь день она ощущала легкость в теле, и ничто не напоминало о магии, которая пока исчезла.

Сейчас и легкость, и чувство полнейшего спокойствия ушли. С приближением ночи глаза стали слипаться и как-то все стало опаснее, тревожнее. Она еще не думала, чем ей обернется возмущение тетки Джул. Но сейчас вспомнила о ней и поежилась.

В прошлый раз ее хибару жгли ночью… В этом, наверное, дело. И хотя дом мага был защищен, взгляд все время останавливался на темном окне. Вечер окончательно пробрался в дом, и лишь свеча разгоняла мрак. Любые неясные отблески или шорох на улице нервировали, и Мэри уже перестала смотреть в карты.

Джонатана все не было. В видении он скакал домой живой, но как-то нервно, пригнувшись к лошади. Те картинки будущего не отражали всего, не хватило одной карты, чтобы увидеть подробности. Чем закончится скачка, да и с чего начнется, Мэри тоже не поняла.

Ведьма плотнее закуталась в плащ. К сожалению, у нее не было шали, только одежда для улицы, чтобы согреться. Но для дома хотелось чего-то более уютного, мягкого и не такого длинного. Мэри вздохнула.

Она подошла к печке и прижала озябшие руки к беленому боку. Весна в Хосе оказалась не такой, какой Мэри ее представляла на юге. Холодной, какой-то неприветливой.

Печка почти остыла. Дров в доме больше не было, они лежали в сарае на заднем дворике, и если днем Мэри думала пойти, то теперь лишь опасливо поглядывала на дверь. Она напряженно прислушивалась к уличной тишине и все больше нервничала. Где Джо?

На улице послышался перестук копыт. Кто-то проскакал мимо, и Мэри, поначалу вытянувшаяся в струну, выдохнула.

Но неожиданно в дверь бухнули. Как будто сапогом.

— Закрыто! — донеслось с той стороны. — И что делать?

— К целителю везти, — сказал другой мужчина. — Давай, взяли.

— Стой, дай отдышаться, — просипел первый прокуренным голосом. — И, Джо, пока ты меня не слышишь. Жрать тебе надо меньше.

Мэри осторожно подошла к двери.

— Подожди, в доме вроде что-то светится.

— У Джо кто-то есть? — спросил прокуренный. — А так и не скажешь. Больно неприветливый он.

В дверь громко постучали. Потом еще раз и крикнули что-то.

— Никого у Джо нет, — подытожил первый. — Давай, Ник, взяли.

Мэри слышала, как ее сердце бьется в ушах. Взяли? Джо? Не давая себе времени хорошенько все обдумать, она распахнула дверь настежь.

За порогом две темные фигуры держали третью.

— Есть, — сказал человек с прокуренным голосом и тут же обратился к Мэри: — Подвинься.

Мужчины тяжело прошли внутрь и сгрузили бесчувственного Джо за стол, но маг сразу наклонился в сторону. А Мэри наконец пришла в себя. Она бросилась к Борку, прощупала пульс и немного успокоилась. Вроде бы живой. Она прочистила горло и спросила:

— Что случилось? Он выпил?

— Он не пил. Что случилось — не знаю. Кругом летали призраки, а он в них все чем-то швырялся. А потом бац — и рухнул, — пояснил первый с более приятным голосом, но противной рожей. — И еще такой говорит: везите, мол, домой.

— Домой-то, конечно, ближе, чем к целителю. Но вообще он как-то плохо дышит, точнее, почти не дышит. Но не из-за нас! — добавил другой.

— Ясно. — Мэри сглотнула, припоминая, что у нее сейчас нет магических сил. Ладно,