Тайна Табачной заимки - Татьяна Богатова

Встреча с Владимиром состоялась быстрее, чем ожидала Александрина. Пустовалов напомнил о торжественном мероприятии в честь юбилейной даты со дня образования завода. Заехав за ней, Владимир был потрясён видом молодой женщины.

Александрина приглядела наряд несколько месяцев назад. Однако до приглашения на празднество не предполагала, что ей представится возможность надеть платье длиной в пол. Расклешенная юбка струилась вокруг стройных ног. Полуприлегающий лиф платья с глубоким вырезом на спине и свободными, расширенными книзу рукавами до локтя подчёркивали красоту молодой женщины. Но особое очарование облику Александрины придавал цвет «марсала». Глубокое бордо с едва уловимым оттенком лилового в сочетании с тёмно-луковичным цветом волос сражало наповал.

— Мне требуется время, чтобы немного прийти в себя, — улыбнулся, не разжимая губ, Владимир, занимая место за рулём.

— Не хотелось бы опаздывать, — заметила Александрина, мягко положив левую ладонь на руку возлюбленного.

— Ты согласна? — тихо уточнил Пустовалов при виде кольца на пальце Александрины.

— Да, — просто ответила молодая женщина.

— Прекрасное начало вечера, — отметил Пустовалов. — Аля, я счастлив.

Услышав в свой адрес прежде не употребляемое Владимиром обращение, молодая женщина почувствовала, будто её сердце сжали тёплой ладонью. Когда Виталий впервые назвал Александрину «домашним» именем, возникло ощущение, будто он вторгся на чужую территорию, ступать на которую не имел права. Из уст же Пустовалова это имя прозвучало вполне естественно.

Справившись с минутным замешательством, она проникновенно ответила:

— Спасибо! Я тоже очень-очень счастлива.

* * *

— Моя жена, — Владимир представил молодую женщину хозяевам предприятия в совершенно ином качестве.

— Вот и славно, — покровительственно похлопал Пустовалова по плечу кругленький, как мячик, подвижный мужчина, ниже его ростом почти на голову. — Ты ведь знаешь, Володя, наш босс не одобряет твой холостяцкий статус. А мне уже, честно говоря, поднадоело тебя отмазывать.

Александрина внутренне встрепенулась. Ладонь, нежно сжимающая сердце, не отпускала, но после слов учредителя в ней откуда ни возьмись появились микроскопические иголки.

— И босс, и иностранные партнёры придают особое значение семейному положению руководящего состава, — продолжал разглагольствовать учредитель.

Выходите на международный уровень? — поинтересовалась Александрина, с намерением не столько показаться вежливо-внимательной, сколько постараться выпытать исподволь, не связана ли женитьба Владимира с установкой руководства.

— Само собой, — с удовольствием подтвердил собеседник. — Новый статус, новые перспективы, новые доходы, — многозначительно заметил он, глядя на молодую женщину снизу вверх. — Это я о вашем муже, — расплылся он в улыбке, неожиданно обаятельной. — Вы очень красивая пара, — проникновенно сказал мужчина, прежде чем проследовать на сцену, чтобы вслед за Пустоваловым произнести речь.

В течение вечера Александрине пришлось ещё не раз пересекаться с мужчиной, оказавшимся довольно интересным человеком. Общение длилось не более нескольких минут, за которые собеседнику удавалось не только выразить восхищение, но и блеснуть интеллектом, в должной мере оценённым молодой женщиной. Однако своей цели Александрина так и не достигла. По-прежнему оставалось неясным, связана ли предстоящая женитьба Владимира с намерением угодить хозяевам.

* * *

А вскоре после завершения мероприятия терзания Александрины улетучились без следа. Сюрпризом оказалась чарующая ночь в лучшем отеле города. Они с Владимиром словно заново узнавали друг друга. И любое, даже самое незначительное, открытие приводило обоих в полный восторг. В довершение ко всему, истомлённые под утро возлюбленные уснули вместе.

Распахнув глаза, Александрина не обнаружила Пустовалова рядом с собой. Он стоял вполоборота перед огромным, почти во всю стену, окном, любуясь с высоты десятого этажа видом реки, на берегу которой находился отель, и зеленеющий нежной листвой островом посреди неё.

Словно почувствовав, что любимая проснулась, Владимир приблизился к постели и, присев со своей стороны, потянулся поцеловать Александрину. Ей захотелось похулиганить: обхватив возлюбленного руками за шею, игриво намекнуть о продолжении ночи. Но молодая женщина не осмелилась, задавив в последний момент свой порыв.

Затем у Александрины возникло желание сказать, до чего же приятно просыпаться вместе. Оно также осталось нереализованным. Скользнув по лицу свежим дыханием, Владимир мимолётно прикоснулся губами к щеке возлюбленной. И тогда Александрина поняла: невзирая на то, что мужчина сотворил для них сказочную ночь, сейчас он делает над собой усилие. Совместное утро некоторым образом выбивало Пустовалова из колеи. Не то чтобы ему невыносимо хотелось остаться в одиночестве. Просто снедала необходимость произносить какие-то, даже незначительные, фразы, что поутру было выше его сил. В то же время он понимал, что стало бы непозволительной грубостью, предложив возлюбленной поскорее покинуть отель, отвезти её домой.

«Ну и пусть, — затаила улыбку Александрина, — такие ночи с переходом в утро будут происходить нечасто. Праздник не может длиться беспрерывно. Вероятно, в дальнейшем нам придётся встречаться при полном параде в кухне или гостиной. Но я не собираюсь переделывать любимого мужчину, а тем более подстраиваться самой. Можно вполне нормально жить в предложенных Володей условиях комфорта. А пока имею полное право немного полениться и не мчаться сломя голову в ванную».

Именно это она и сделала. Приняв поцелуй возлюбленного, сладко потянулась и, повернувшись на бок, лукаво посмотрела на него сквозь волнистую вуаль упавших на лицо локонов. Взгляд действия не возымел. Однако, вновь наклонившись, Пустовалов удостоил молодую женщину вторым поцелуем в щёку поверх волос.

— Как у тебя с работой на следующей неделе? — деловито спросил он. — В субботу планируется поездка за город на стрельбищный полигон. Едет человек тридцать. Сперва поупражняемся в стрельбе по тарелкам. А затем намечается игра типа «Зарницы», на две команды.

— Следующая суббота как раз свободна, — прикинула Александрина. — В платном центре принимает другой невролог.

— Вот и замечательно, — поднялся с постели Владимир.

— Далеко ехать от города? — безучастно поинтересовалась она.

— Не больше двадцати километров, — пожал плечами Пустовалов. — Село Сосновка.

— Вот как, — вспыхнула молодая женщина, порадовавшись, что заалевшее лицо скрыто пеленой волос.

— Знаешь, где это?

— Да, приходилось бывать у пациента с диагнозом как у моего дедушки, — откинула прядь с лица Александрина.

Поначалу она пожалела, что опрометчиво согласилась на поездку, сказав о выходном дне. Затем, поразмыслив немного, решила, что вероятность встречи с Виталием крайне мала, практически невозможна. Запланировав поездку к парню на следующее воскресенье, Александрина покончила со своими мысленными терзаниями. Прежде чем отправиться в ванную, поблагодарила любимого за чудесный сюрприз с романтической ночью в отеле.

Вернулась после душа с опасением, что не застанет Владимира в номере, как происходило обычно во время предыдущих свиданий. Тем не менее, волосы подсушила феном, придав причёске слегка небрежную форму, привычную для нерабочего времени. Одежды на смену, увы, не оказалось, поскольку идея провести ночь в отеле была спонтанной. Поэтому Александрина воспользовалась белоснежным купальным халатом. Заметив Пустовалова в соседней комнате в кресле за