Наедине с герцогом - Софи Барнс

– Вы любите читать?

– Естественно, – ответил он. – Каждое утро я читаю газеты.

Она с трудом удержалась от того, чтобы не закатить глаза от такого ответа, понимая, что он говорит совершенно серьезно.

– Я имею в виду книги, мистер Робертс, – вы любите читать книги?

Его лицо неожиданно напряглось, как будто вопрос показался ему неприличным.

– Если вы имеете в виду романы, мисс Чилкотт, должен признать, что никогда ими не увлекался, – это пустая трата времени, если хотите знать мое мнение.

Сердце Изабеллы упало. У них еще меньше общего, чем она предполагала.

– Надеюсь, вы не из тех, кто любит проводить время за чтением всех этих смешных сказок, – продолжал мистер Робертс. – В противном случае у меня не будет иного выхода, кроме как настоять на том, чтобы после нашей свадьбы вы перестали этим заниматься. Есть масса более полезных дел, которым стоит себя посвятить, например, ведение домашнего хозяйства, обновление нашего гардероба каждый сезон и, разумеется… гм… рождение детей.

После его предыдущего заявления Изабелла уже думала, что ее сердцу дальше падать некуда. Она ошибалась. В своем равнодушном замечании мистер Робертс сослался на их брак как на дело решенное, хотя сам еще не сделал ей предложения, а она его не приняла. В довершение ко всему у него было четкое представление о том, чего он ожидает от нее в браке. Изабелла не могла смириться с мыслью о том, что ей придется забыть о книгах.

– Я не представляю свою жизнь без книг, – пробормотала она скорее для самой себя, чем для мистера Робертса.

И все-таки он ее услышал, потому что нежно похлопал по руке и сказал:

– Вы довольно скоро привыкнете. Я уверен, что ежедневные хлопоты будут отнимать у вас много сил. Вам будет некогда даже думать о книгах. По крайней мере, о книгах подобного рода. Если захотите почитать гроссбухи, это совсем другое дело.

Испытывая непреодолимое желание закричать, но прекрасно понимая, что это мало что изменит, Изабелла крепко стиснула зубы и глубоко, медленно вдохнула. Возможно, у мистера Робертса есть деньги для того, чтобы одеть ее в дорогие наряды и украшения, но она быстро поняла, что жизнь с этим человеком не будет сладкой – наоборот, она грозила обернуться настоящим адом.

Однако выбор у нее был невелик. Мечтать о герцоге бессмысленно. Он не захочет сделать ее своей герцогиней – в этом Изабелла была уверена. Но если она не выйдет замуж за мистера Робертса, скорее всего, она так и останется старой девой, если только не сочетается браком с человеком, у которого статус пониже и доходы поменьше.

Ее родители будут крайне разочарованы и в первом, и во втором случае, не говоря уже о том, что тогда она не сможет помогать им деньгами. А ее маме и папе так нужна помощь! Они едва могли платить Марджори, но мать настаивала на том, что настоящие дамы не занимаются ни готовкой, ни уборкой. Поэтому они с трудом сводили концы с концами, надеясь, что Изабелла удачно выйдет замуж.

Не стоило забывать и о Джеми. Изабелла искренне хотела, чтобы у ее сестры было больше возможностей, чем у нее самой, когда придет время замужества. Нет, она не могла позволить себе быть эгоисткой, когда речь шла о будущем Джеми. Слишком многое поставлено на карту.

– Идите степенно, – велел мистер Робертс, когда они повернули на Мейн-стрит. – Не стоит еле-еле плестись. Любая дама должна ходить прилично – не слишком быстро, не слишком медленно. Если будете поспевать за мной, у вас получится очень неплохо.

В голове у Изабеллы пронеслась заманчивая мысль: стукнуть мистера Робертса ридикюлем по голове. Но вместо этого она улыбнулась.

– Я приложу максимум усилий, чтобы вы были довольны, мистер Робертс, – ответила она, в душе надеясь, что в ее голосе не слишком явно звучит неприкрытый сарказм.

– Вот и чудесно, – сказал мистер Робертс, переводя ее через дорогу к магазину перчаток, расположенному на другой стороне улицы. – Я знал, что могу рассчитывать на вашу покладистость. Это одна из тех черт, которые мне больше всего в вас нравятся.

Изабелла поморщилась. По ее мнению, покладистость – это худшее из качеств, поскольку оно свидетельствует о слабости и готовности подчиняться требованиям других людей. Ей претило то, насколько точно это описание подходило к ее нынешнему положению, особенно принимая во внимание то, что она сама себя покладистой никогда не считала, – по сути своей она была прирожденной спорщицей. Но в отношении мистера Робертса у Изабеллы не было выбора: ей приходилось подавлять в себе желание возразить ему, в противном случае он мог бы порвать с ней не задумываясь, и каким бы желанным этот исход ни казался лично ей, девушка знала, что он ляжет непосильным бременем на ее семью.

– Вот мы и пришли, – сказал мистер Робертс, когда они подошли к магазину. Он открыл дверь, пропустил Изабеллу внутрь и последовал за ней со словами: – Насколько я помню со дня моего последнего визита, перчатки лежат на полках за прилавком.

Магазинчик был небольшой, в зале было еще три посетителя. Изабелле помещение показалось тесным.

– Может быть, мы зайдем в другой раз? – предложила она.

– Что за чушь! – ответил мистер Робертс. – Почему бы вам не взглянуть на коллекцию ридикюлей, пока мы ожидаем?

Изабелле ничего не оставалось, как подойти к витрине у окна магазина. Ее внимание привлекла сумочка из темно-красного атласа, расшитого черным бисером. Сумочка была дерзкой – слишком яркой для незамужней дамы, и тем не менее Изабелла тут же влюбилась в этот аксессуар, во многом именно благодаря его дерзости. В действительности она настолько увлеклась сумочкой, что не заметила, как кто-то разглядывает ее по ту сторону витрины, пока этот человек не пошевелился.

Девушка подняла голову и успела заметить лишь черный сюртук, когда дверь магазина распахнулась и зазвенел маленький колокольчик, возвещая о приходе очередного посетителя. Изабелла обернулась на звук, и ее обдало жаром – перед ней стоял не кто иной, как сам герцог Кингсборо – человек, встречи с которым она так надеялась избежать.

Это она. Энтони был абсолютно в этом уверен. Решив насладиться прекрасной погодой, он оставил лошадей у таверны «Меч и пистолет» и оттуда направился к дому Чилкоттов пешком. Так было даже удобнее, поскольку он намеревался принести с собой цветы, а цветы выглядят лучше, когда их приносят, а не привозят, сидя верхом на лошади.

Минуя магазин перчаток, герцог автоматически повернул голову, чтобы посмотреть на выставленные в витрине товары, и замер. Он не верил своим глазам. Верхнюю часть ее лица скрывала вывеска, на которой значилось: «Лучшие товары и аксессуары Бертона», но он узнал эти губы… линию подбородка… С того вечера он так часто мысленно себе их представлял. Ошибки быть не могло – он нашел мисс Смит. Энтони отвернулся от витрины, направился к двери, распахнул ее и вошел внутрь.