Транспортный вариант - Леонид Словин

— Отпечатки пальцев есть? — спросил Бахметьев.

— В том-то и дело, что нет.

— Может, между ладонью и металлом что-то находилось?

— Конечно, — эксперт как-то поспешно согласился. — Я смотрел накоротке.

При таком освещении… Понимаете сами.

— Темновато для осмотра, — согласился Бахметьев. — А что гильза?

— Надо проверить задний срез патронника. По-моему, приличный след.

— Гильза валялась у двери, — сказал Денисов.

— Нет, стрелял он из этого пистолета, — снова вступил в разговор начальник отделения розыска. — Это неоспоримо. — Казалось, он возражал

Денисову, хотя тот ничего еще не сформулировал, только готовил.

— Пуля не обнаружена? — продолжал интересоваться Бахметьев.

Сапронов покачал головой:

— Выходного пулевого отверстия нет.

— Что покажет вскрытие…

Бахметьев надел очки, быстро просмотрел содержание последних записок

Шерпа, скопированных Денисовым. Выхваченные без связи с делом

Белогорловой, они выглядели путаными, отрывочными, не говорившими о главном.

— «Не знаю, как привести все в соответствие — дату, день недели, часы и минуты. Да и нужно ли? Как я мог допустить такую оплошность? Как жить теперь?» — Бахметьев вернул блокнот Денисову, снял очки. — Такое впечатление, что у него совсем опустились руки.

Сапронов поддержал:

— Когда соседка увидела Шерпа следившим за Белогорловой и ее знакомым, она его едва узнала. Говорит, на нем лица не было!

Бахметьев ничего не знал о показаниях соседки из третьего подъезда:

— Когда она их видела?

— С неделю назад.

— В какое время?

— В девятнадцать с минутами. — Начальник отделения розыска понял, почему Бахметьев задал вопрос, сразу уточнил. — Белогорлова могла успеть сюда после работы.

— Она запомнила второго мужчину?

— Нет. Я только недавно с ней разговаривал: не помнит.

— А возраст, одежду?

— Только приблизительно. Она видела его со спины. Пальто, шапка. Ростом выше библиотекарши.

— Не Старков?

— Муж Белогорловой? — переспросил Сапронов. — Вряд ли. Шерп не реагировал бы так болезненно. И так решительно.

Бахметьев почувствовал его убежденность.

— Вы мыслите, что адвокат причастен к случившемуся в Коломенском?

Начальник отделения розыска кивнул на маленький блестящий «Фроммер», который эксперт-криминалист в это время как раз упаковывал:

— Сначала, предположим, из этого пистолета он стрелял в Белогорлову, а когда узнал, что библиотекарша жива, убил себя. — Сапронов помолчал: —

Знаю, вы можете возразить: у Шерпа алиби, во время разыгравшейся трагедии он был в аэропорту. Но я и не утверждаю, что адвокат стрелял сам. Стрелял другой, а Шерп вложил ему в руку пистолет. Типичный случай… — Поскольку никто ему не возразил, он закончил: — За пистолетом он мог уехать сразу из института Склифосовского, поэтому ваш младший инспектор и не застал его в реанимации.

Начальник отделения розыска обращался преимущественно к Бахметьеву и обоим следователям.

— Что ты скажешь? — Бахметьев обернулся к Денисову. — Исполняющий обязанности заместителя начальника розыска? — он намеренно подчеркнул нынешнее положение Денисова в отделе перед его коллегой из райуправления.

— В адвоката стреляли, — сказал Денисов. Теперь, с опозданием, он ответил на главный вопрос Бахметьева, который тот так и не задал. —

Преступник сделал то же, что и в Коломенском. Только там пуля угодила в рефрижератор.

— Ты считаешь, — уточнил Бахметьев, — что Шерп и Белогорлова были по одну сторону, а стрелявший по другую…

— Здесь, в прихожей, гильза от патрона оказалась левее, — он показал сбоку от калошницы, — А окно выбрасывателя во «Фроммере» справа…

— Гильза могла срикошетировать, — возразил Сапронов.

За окном послышался шум машины, Денисов вернулся к балконной двери, взглянул вниз. Из подъехавшего такси вышли двое, он— узнал заведующего юридической консультацией. С ним была женщина.

«Жена Шерпа», — понял Денисов.

Хлопнувшая дверь внизу, движение лифта — удивительная звукопроницаемость подъезда — отметили приближение вновь прибывших.

Звонок в передней коротко звякнул. Дверь была не закрыта. Женщина вошла в переднюю, сделала несколько шагов. Лицо ее побледнело.

— Воды! — крикнул кто-то.

В кухне нашелся валокордин. Вдова сбросила шубу.

Отказавшись от лекарства, прошла в комнату. Заведующий консультацией прошел следом, но быстро вернулся, вместе с Денисовым вышел в коридор.

— Я хотел показать вам одну его запись, — сказал Денисов. — Вам, наверное, она скажет больше, чем мне. — Он показал текст, обнаруженный им на квартире Белогорловой.

— "Во всем, — проглатывая отдельные слова, быстро читал Фесин, — ищу тайный смысл… Даже когда автобусы выстраиваются в ряд… «Вяжите меня, я убийца!»

Да-а… — Он сунул руку в карман, очевидно, за леденцами, потом взглянул на Денисова. — Зная Игоря Николаевича, — наконец сказал он, — я думаю, что речь идет о жене. Ему казалось, что супруги должны продолжать жить вместе, что бы ни случилось, что он поступает жестоко, что солнце упадет на землю и прочее в случае его ухода… Между прочим, — он снова поискал в карманах, достал вчетверо сложенный листок, передал Денисову. —

То, что вы просили.

Денисов увидел номер телефона и фамилию — Почтарев.

— Наш адвокат, — объяснил Фесин. — Но учтите: утром он улетит. Он уже неделю сидит в-крупном процессе в Николаеве. Сегодня у них был перерыв.

Назад возвращались молча.

Поверх плеча Бахметьева Денисов в лобовое стекло следил за дорогой.

Улицы были пусты, по сторонам неярко горели светильники. Небо впереди казалось ровно замазанным густой черной краской.

Недалеко от платформы Коломенское, как и договорились, Денисов вышел: надо было срочно созвониться с Почтаревым, пока тот не уехал в аэропорт.

— Морозно! — он поднял воротник, обернулся к машине.

— Ну и весна! — Бахметьев тоже приоткрыл дверцу. — Минус пятнадцать, не меньше. Позвони мне, если появятся новые обстоятельства!

— Я побежал.

В помещении старого линейного пункта на платформе было душно от раскаленной печи. Постовой — старослужащий, — сбросив шинель, шуровал в топке. Еще на пороге, почувствовав жару, Денисов сдернул шарф. Окно линпункта —было открыто. Постовой и сам понял, что переусердствовал.

— Алло! — Денисов сначала позвонил в отдел дежурному. — Это Денисов…

— Денисов! — крикнул в трубку помощник дежурного, освободившись. —

Запоминай! — он прочитал по черновой книге. — Звонили из Расторгуева насчет гражданина, продавшего кольцо…

— Он установлен? — обрадовался Денисов.

— Кажется, нет. Просили приехать пораньше. Лучше часов в шесть.

Начальник линпункта будет на месте.

— Понял, можно вычеркнуть. А еще?

— — Вычеркиваю, — легко отозвался помощник. — Больше никто не звонил.

"Может, Шерп и хотел связаться со мной, но не смог… — подумал

Денисов. — Было уже поздно".

Он пальцем утопил рычаг аппарата, набрал номер, переданный заведующим юридической консультацией.

"Какая нелепость — то, что мы не встретились, — подумал Денисов о

Шерпе, — я бы мог помочь еще раньше, до случая с библиотекаршей. Только бы знать, откуда грозила беда". Но с другой стороны, получалось, что за весь период, что Денисов занимался делом Белогорловой, адвокат пробыл в Москве всего несколько часов.

На другом конце провода трубку сняли не сразу. Потом мужской голос сдавленно спросил:

— Кого?

— Вы Почтарев? — инспектор заговорил тише, словно и он мог разбудить спавших в квартире Почтарева людей.

— Да. Что случилось?

— Говорит инспектор Денисов из транспортной милиции. Ваш телефон мне дал Фесин.

Постовой, который все еще оставался в кабинете, передвинул стул, чтобы

Денисов мог сесть. На всякий случай прикрыл окно. Денисов благодарно кивнул.

— Вам что-нибудь известно, относящееся к судьбе Игоря Николаевича?

— Что с ним? — Почтарев перешел на шепот.

— Его нашли мертвым.

— Сейчас?

— Несколько часов назад. В своей квартире. Когда вы в последний раз его видели?

— На прошлой неделе.

— Шерп был один?

— Мне показалось, что с ним были еще женщина и мужчина. Игорь

Николаевич странно себя вел.

Денисов сразу заинтересовался:

— Когда можно с вами увидеться?

— Утром я уезжаю.

— Может, сейчас? Где вы живете?

— Ломоносовский проспект…

— Побудьте у телефона. Я сейчас перезвоню.

Денисов позвонил на квартиру Шерпа, попросил к телефону следователя.

Тот внимательно слушал.

— Где вы сейчас находитесь? Так. Выходите на площадь. Сапронов за вами заедет. Через двадцать минут вы будете на Ломоносовском.

Почтарев ждал их у подъезда.

— Неожиданный печальный финал, — он протянул руку. Пожатие оказалось вялым. — Извините, не приглашаю. Однокомнатная квартира. Девчонку разбудим