Круг Раскрывается: Уличная Магия - Тэмра Пирс

‑ Неправильный ответ, ‑ невозмутимо ответил Браяр.

Розы были увядшими, готовыми к осенним дождям. Он воззвал их к полному, живому росту. Бутоны раздулись до размера виноградин, затем взорвались тяжёлыми малиновыми цветами. Гадюка чихала не переставая, уже не способная ни на что другое.

Он позволил цветам сжаться, увянуть и сойти на нет, вызвав из веток ещё более крупные бутоны. «Подождите немного, пожалуйста», ‑ попросил он их, пока они не раскрылись. Гадюка скребла своё покрасневшее, чешущееся лицо каймой своей куртки. Браяр подошёл, пройдя через завесу кустов розы и не зацепившись одеждой за шипы. Она не успела понять, что он делает, когда он уже спокойно забрал у неё кинжалы и дал взамен платок, который носил в кармане. Затем он прошёл через завесу роз обратно и уселся на перевёрнутое корыто.

‑ Удобно? ‑ спросил он.

Он с минуту послушал её ругательства, затем покачал головой:

‑ Знаешь, тут дети поблизости, ты их плохому учишь, ‑ сказал он. ‑ Это — приличный район, а не такой, к каким ты привыкла.

Когда она продолжила ругаться, Браяр махнул рукой кусту у Гадюки за спиной. Тот вырос до её головы и распустил очень большой розовый бутон у её щеки. Повинуясь жесту Браяра, бутон начал раскрываться, один лепесток за другим.

Гадюка протёрла глаза и посмотрела, что щекочет её щёку. Она отпрянула — лишь чтобы обнаружить, что остальные кусты роз обложили её со всех сторон, образуя шипастый кокон, который был ей по грудь.

‑ Успокойся и веди себя прилично, иначе цветов станет ещё больше, ‑ уведомил её Браяр.

Он сидел и вычищал грязь из-под ногтей с помощью одного из её кинжалов, пока девушка не перестала трепыхаться.

‑ Будешь паинькой?

Девушка свирепо чихнула, потом кивнула.

Браяр заметил, что у неё на лице было несколько красных пятнышек.

‑ Ты — одна из тех, кто попытался сграбастать Эвви у Рынка Потерянных, так ведь? ‑ спросил он. ‑ Она вас обожгла своими камнями.

Девушка помедлила, затем кивнула.

‑ И тебя это ничему не научило? ‑ поинтересовался он.

Девушка начала проклинать как его, так и Эвви. Браяр кивнул бутону, торчавшему около её щеки. Тот стремительно распустился в кроваво-малиновый цветок, который полностью распустившись стал размером почти с её голову.

‑ Выполняют твои приказы как маленькие царапающиеся собачки, так ведь? ‑ требовательно спросила она, прежде чем её накрыло чихание.

‑ Не могу придумать ничего более тупоумного, чем оскорблять меня в данный конкретный момент, ‑ заметил Браяр. ‑ Впрочем, вы, Гадюки, пришли последними в гонке за умом, причём давно, так ведь?

Какой бы ответ она ни хотела дать, он потерялся в раскатах чихания. Её глаза настолько опухли, что начали закрываться; по её судорожным вдохам Браяр понял, что горло у неё тоже опухло.

‑ Наверное я всё-таки не хочу тебя убивать, ‑ решил он. ‑ По крайней мере не вот так вот. Это не особенно честно.

Сняв с плеча перемётные сумы, он коснулся одного из множества кармашков своего магического набора. Тот открылся, позволив ему забрать заткнутую пробкой склянку. Пока он вытаскивал пробку, Браяр заставил убедился, что стебли роз прочно опутали руки и ноги Гадюки. Затем он протянул руку и оставил по одной капле масла из склянки у неё под носом и на глазах.

Широко распахнув рот, девушка глотнула воздух, наполнивший лёгкие. Её глаза раскрылись, когда опухоль спала, хотя они и продолжали слезиться. Она перестала чихать. Универсальное антиалергенное масло Браяра было весьма сильнодействующим: оно могло убрать симптомы более чем на час, пока Браяр или Розторн не удавалось узнать, что вызывало аллергию, и состряпать лекарство, помогающее только от этой формы.

Как только Гадюка снова задышала, Браяр попросил куст розы у неё за спиной произвести на свет ещё четыре очень больших бутона около её головы. Как только они налились ростом, он спросил:

‑ Зачем ты шпионишь за Эвви?

‑ Чтобы знать, где она, ‑ угрюмо ответила Гадюка. ‑ Наш тэску хочет, чтобы она к нам когда-нибудь присоединилась.

‑ Зачем? ‑ поинтересовался Браяр. ‑ Она же просто ребёнок.

‑ Она — каменный маг, ‑ сказала Гадюка. ‑ Она может сказать, где спрятаны драгоценные камни, какие из них ценные, а какие — нет. С каменным магом мы могли бы стать главной бандой в Чаммуре.

Браяр скрестил руки на груди:

‑ Когда Вор-Повелитель захотел меня в свою банду, он сначала спросил меня. Он сказал, что я получу еду, и хорошие вещи, и партнёров, которые будут прикрывать мне спину, ‑ уведомил он её. ‑ Все мои партнёры были приглашены, и им объяснили, почему в банде быть хорошо. Вы же, судя по вашим действиям, не хотите партнёра. Вам нужен раб. Она никогда не вступит в вашу банду. Уж я-то постараюсь.

Губы девушки скривились.

‑ Ты хочешь, чтобы мы охмурили какую-то маленькую узкоглазую крысу из Высот Принцев? Она даже не чаммурка!

‑ Я не хочу, чтобы Гадюки вообще пытались её охмурить, ‑ холодно ответил Браяр. ‑ Вы не умеете себя вести. И если я ещё раз увижу тебя здесь, то ты подумаешь, что это… ‑ он дал команду бутонам, и те мгновенно распустились в цветы вокруг лица Гадюки, ‑ … знак моей любви.

Небольшое количество масла, которое он ей дал, не могло противостоять пыльце от огромных цветов и окружавших её кустов. Она чихнула так сильно, что Браяру показалось, будто она что-то себе вывихнула. Из её носа потекло.

Браяр попросил кусты отпустить её. Он отошёл в сторону, пока она бежала с крыши, чихая и спотыкаясь о вещи, которых она не могла видеть из-за слезящихся глаз. Её кинжал он оставил себе.

Глава 8

Розторн выслушала Браяра, её тонкие брови сошлись вместе с почти слышимым щелчком, когда он рассказал, как Джебилу отмахнулся от влияния Лайтсбриджа и Спирального Круга. Она молча накрыла на стол, раскрыв рот лишь один раз — чтобы позвать Эвви обедать. Девочка явилась утром, пока Браяра не было. Розторн заставила её помыться, переодеться в чистое и помочь собрать урожай кукурузы на крыше. То, что Эвви подчинилась, Браяра не удивило. Противиться Розторн могли только особо твёрдые духом.

Женщина ела молча, в то время как Эвви засыпала Браяра вопросами о дворце. Белокаменные стены комнаты Джебилу, из чего они были сделаны? Была ли мозаика на стенах тоже из камня? Люди выкладывали мозаики в камне так же, как она делала с камнями в её жилище? Какие были на вкус булочки мага — и что значит Браяр даже не попробовал их?

‑ Довольно, ‑ сказала Розторн, бросая салфетку на стол. ‑ Разве камни не тихие?

‑ Но я же не камень, ‑ ответила Эвви. ‑ Я каменный маг.

Её радостная улыбка даже не дрогнула под укоризненным взглядом Розторн. Браяр решил, что наверное у Эвви была каменная башка, и что именно так она могла сопротивляться яркому характеру его наставницы.