Гром над Империей. Часть 4 (СИ) - Машуков Тимур

Волна ярости начинает зарождаться глубоко внутри меня и, поднимаясь вверх, будто выжигает изнутри серую паутину слабости и сомнений, охвативших меня. Прочь, непонятные колебания, прочь, трусость, прочь, позорные мысли о бегстве!

Я — Хранитель Земли, Я- Высший Повелевающий, сильнейший из ныне живущих! Я — Бог Равновесия этого мира! АЗЪ ЕСМЬ!!!

Яркая вспышка, и я перемещаюсь туда, где чувствую наибольшее скопление тьмы, что, подобно прорвавшей плотину реке, хлынула в наш реальность.

Сон, мой страшный сон воплотился в жизнь! Рядом со мной в небе зависло жуткое существо в оболочке Эйелен. Только оболочка, ее силу и душу я не чувствую! Оно тянет ко мне свои когтистые, кривые лапы, что-то кричит… Отстраняюсь, борясь с желанием просто уничтожить вместилище демонов. Демонов? Нет, это не привычные подручные Люцифера и не пожиратели. Это что-то иное, вытащенное из более глубокого дна миров. Их аура мне незнакома, как и их возможности. Что же ты наделала, девочка!!! Зачем добровольно отдала свою душу этим тварям?!

Она все-таки хватает меня за руку и тащит к высокой пирамиде. Все происходит в точности, как во сне. Ее касания подобны прикосновению раскаленного металла к коже. Это больше не моя Эйелен. Это тварь, сила которой полностью противоположна моей. Вновь она кричит, показывая на огромную арку, что зависла над залитой кровью пирамидой. Из нее начинают выливаться волны пожирателей, закручиваясь в вихрь. А я все смотрю на нее, пытаясь понять, осталось ли в этом теле хоть что-то от моей девушки.

Видимо, время отведенное ей в этом мире, стало подходить к концу, и она полоснула себя по руке появившимся ножом. Из раны полыхнуло такой мощью, что я даже зажмурился, а после из ее крови появились никогда ранее не виденные мной чудовища, что сразу кинулись на пожирателей. Теперь я начал понимать, что сделала Эйелен, и от этого мне становилось еще хуже.

Зачем, для чего?!! Тебе надо было лишь чуть подождать!!! Сейчас придут элементали и запечатают арку, а после я ударю, выжигая этот гнойник с тела Земли. Наблюдая за происходящим, я совсем упустил из виду зависшую в воздухе девушку. И лишь ее короткий вскрик привел меня в чувство, и я с ужасом увидел, как она начала падать. С воплем отчаяния я кинулся за ней, но лишь у самой земли успел ее подхватить. Однако удара избежать не удалось, и мы рухнули вниз вместе.

— Прости, — кровавая слеза выкатилась из ее глаз, и я почувствовал, что ее больше нет. Душа, вырвавшись из тела, мигнула золотым лучом и рассыпалась тёплыми искрами, что мягко осели мне на руки. Умерла?! УМЕРЛА!!! Мой крик, полный боли и ярости, расколол небеса. Ее больше нет, не вернуть, не спасти!.. Я обманул надежду доверившейся мне.

— Р-Рра-а-а-а-а!!! — животный рык вырывается из моего рта, и я стрелой влетаю в небо. Рядом на земле начинают открываться порталы, из которых организованными рядами выходят витязи и волхвы. Возле меня кружат мои девушки. Они плачут, но их кулаки сжаты. Они готовы, они будут мстить!

Росчерк резкой вспышки обрушивается на арку, вокруг которой возникает кокон из света. Это Элементали пришли на помощь.

Короткие команды повисают в воздухе, и витязи в едином порыве начинают движение, постепенно ускоряясь и переходя на бег. Их оружие мерцает ярким светом, боевые плетения разрушительной мощи поднимаются в небо, чтобы через секунду обрушиться на защитников пирамиды.

Толчок эфира, и мои девушки, преобразившись в воздухе в родовых духов, кидаются в атаку. Я не могу их удержать, да и не хочу. Это их святое право — право на месть за убитую подругу.

А мое святое право — найти того, кто это устроил, и отправить его в мой персональный ад. И кажется, я вижу эту мразь! Устремляюсь к пирамиде, где уже вовсю идет бой. Элементали бьют эфиром по пожирателям, не обращая внимания на людей. Мои же красавицы сцепились с магами и воинами.

Крик, вопли умирающих, удары светом и тьмой — все сплелось в какофонию ужаса и ярости.

Внизу витязи, объединившись со жрецами, уверенно теснят защитников пирамиды, давя силой и эфиром. Самые разрушительные плетения пошли вход. В глубине строя защитников жрецы-отступники лихорадочно продолжают резать пленных, и высвобождаемая благодаря кровавому ритуалу сила бьет по нападающим.

Яркой кометой устремляюсь вниз, туда, где, потрясая окровавленным ножом, устроил дикие пляски со смертью главный актер этого спектакля. Он видит меня, он чувствует мое приближение. Он накачан силой Тьмы до такой степени, что, кажется, скоро лопнет от ее переизбытка. С его ножа в мою сторону выстреливают плети тьмы, от которых я уворачиваюсь и бью в ответ первостихией огня. Пол под ним вспучивается раскаленным камнем, осколки которого шрапнелью разлетаются вокруг. Рывок — и жрец устремляется ко мне, взлетев с огромной скоростью. Словно за самолётом, за ним тянется шлейф тьмы, что постепенно охватывает своего последователя, превращая того в жуткую тварь.

Врезаемся друг в друга в воздухе, и от нашего крика ярости, кажется, раскалываются небеса. Его когти сталкиваются с моей рукой… Нет, не рукой, лапой с такими же острыми когтями! Семаргл, Бог Огня, ведающий тайны мироздания, одарил меня своим образом! Образом летающего пса — или волка — это уже неважно. Семаргл — суть очищающая сила, излучающая невероятно мощный свет, невыносимая для всех проявлений тьмы.

Сын Сварога, рожденный в кузне, познавший жар первородного огня и люто ненавидящий тьму пришел ко мне на помощь, чувствуя мой праведный гнев. Мы сцепляемся в один клубок, зависший в небе. Его когти рвут мою грудь, проникая тьмой в мое тело, но мои зубы уже сомкнулись на его горле и начали выдавливать из него жизнь. Он сопротивляется, чувствуя, как сила начинает покидать его тело. Его когти бьют все слабей, глаза начинают заволакиваться поволокой смерти. И видя это, я все сильней стискиваю челюсти, наслаждаясь его агонией. Но на последних мгновеньях его жизни я резко дергаю головой, разрывая его горло, окончательно уничтожая его суть.

Брезгливо проследив взглядом, как падает на землю его бездыханная туша, я запустил регенерацию, выжигая тьму, что попала в мое тело.

Вокруг меня продолжался бой, и я, оскалившись, вихрем понесся туда, где бились мои любимые. Никаких массовых атак — только когти и звериная ярость. Мой вой разнесся по полю боя, и его подхватили Элементали и девушки. Он будто придал им сил, и они еще яростней принялись рвать врагов.

Сколько это продолжалось, я после так и не смог вспомнить. Зверь взял верх над человеческим сознанием, стремясь его сохранить и не дать кануть в пучину горя. Я кидался на врагов, рвал их на части, разрушая саму суть. Арка тьмы под атаками хранителей мерцала все сильней. Наконец, слившись в одно целое, они нанесли единый удар страшной силы, от чего мироздание пошло трещинами, и проход в мир Тьмы схлопнулся, оставив после себя глубокий шрам на теле реальности.

Добить оставшихся пожирателей и их приспешников труда не оставило. А я, чувствуя огромную усталость и опустошенность, на дрожащих ногах пошел в ту сторону, где оставил ранее тело Эйелен. Немного поплутав, я нашел его и присел рядом, положив ее голову себе на колени. Перебирая ее волосы, остро пахнущие дымом, я плакал. Мои слезы, падая на ее застывшее лицо, стекали мокрыми дорожками, и мне казалось, что она плачет вместе со мной. Я говорил с ней, рассказывал все, что не мог сказать раньше, извинялся перед ней, проклинал судьбу. Вспоминал, как мы познакомились, горько смеялся над ее настойчивостью и моим раздражением, вызванным ею.

Рядом безмолвными статуями застыли девушки, что разделяли мое горе и оплакивали Эйелен вместе со мной. Сколько было не сказано из того, что можно было сказать, сколько не сделано… Мы были одним целым, а теперь из меня вырвали с мясом кусок души.

Тоскливый многоголосый вой разорвал тишину, что наступила на поле боя. И небо, что всегда было глухо к людским молитвам, заплакало вместе с нами…

Глава 12

Где-то в Нижнем мире