Солмо - Андрей Алексеевич Панченко

я, когда у меня на визоре индикатор готовности модуля АВАК-7 загорелся зелёным. — Последний шанс сказать, что это безумие, отказаться и уйти в рубку, пить чай и комментировать бой умными фразами.

— Поздно, — пожал плечами Баха. — Я уже всё настроил.

— Я вообще думал, что мы давно в отделе психиатрии, а всё вокруг просто бред сумасшедшего– заметил Заг.

Кира усмехнулась:

— Командир, не тормози. А то узел сам к нам прилетит, чтобы мы его уже наконец захватили, а то он устал ждать.

Я вдохнул, чувствуя, как симбиот синхронизируется с сетью АВАК, а где-то далеко впереди тяжёлый координационный модуль СОЛМО уже перераспределяет мощности, готовясь встретить нашу атаку.

— Ладно, — сказал я. — По местам. Магистр, где наша повозка?

«Транспортный модуль готов к старту. Орбитальная конфигурация — в пределах допустимой.»

Я переключился на имплантат, и тут же увидел, как один из трех оставшихся у нас биотехноидов, странно статичный, не живой, медленно подплывает к люку ангарной палубы линкора. Силовое поле, которое работало на полную мощность его не остановило, он прошел сквозь щит как горячий нож сквозь масло и я в очередной раз порадовался, что эти штуковины, по крайней мере сейчас, наши союзники, а не враги. Биотехноид почти касался обшивки корабля, настолько близко он был.

Снаружи загрохотал залп «Земли». На тактической схеме по краю «тихой зоны» вспыхнули первые разряды. Минные платформы ушли в засветы перегрева, готовясь к подрыву. Люк ангарной палубы открылся, и туша смертника, выделенного сетью АВАК, мягко коснулась борта. На теле биотехноида образовалась воронка, которая на наших глазах превратилась в узкий и темный коридор, который вел куда-то вглубь тела этого странного существа.

— Пошли работать, — тихо произнёс я и первым шагнул в нутро переделанного АВАК-7, который через несколько секунд должен был превратиться в наш камуфлированный, абсолютно безумный абордажный «корабль-зомби»… направляющийся прямо к мозгу машинной эскадры СОЛМО.

Запах внутри был… странным. Не тухлым, не органическим — а каким-то стерильным, глухим, как будто воздух прошёл через миллион фильтров, потеряв запахи вместе со смыслом. Симбиот передавал мне свои ощущения, и это в корне отличалось от использования штурмового комплекса десанта, который стоял у нас на вооружении. Там ни каких запахов снаружи не ощущалось вообще, кроме тех случаев, когда скафандр поврежден. Но тогда они все одинаковые, уж я-то знаю — это запах палённой плоти, крови и пота…

Стены коридора внутри биотехноида мерцали тусклой биолюминесценцией, похожей на остаточное свечение фосфора. Ни одной жилки, ни одного пульса — сеть действительно убила всё, что раньше делало это существо живым.

Заг провёл ладонью по стене.

— Ммм… — протянул он. — Холодный.

— Вот и хорошо, — буркнула Кира. — Горячий — значит живой. Живой — значит кусается.

Заг хмыкнул и постучал пальцем по мине, которую только что прикрепил к внутренней стенке. Затем он примотал к чеке стальной тросик.

— Смотрите. Вариант «если нас заметят и начнут убивать» — дергаем эту штуку. Тут мощный заряд, он должен разорвать оболочку и выкинуть нас наружу. Вероятность выжить… ну, процентов десять.

— Десять? — переспросил я. — Раньше, когда ты чего-то подобное придумывал, было хотя бы пятнадцать.

— Там композит и металл были, а тут хрен знает что. Я вообще не уверен, что сработает — пожал плечами Заг. — Не обижайтесь на статистику.

Мы прошли дальше. Коридор расширялся, превращаясь в что-то вроде овального кокпита. Там было четыре узких гнезда — похожие на мягкие выемки, как будто когда-то созданные под конкретную форму тела АВАК.

— Сесть надо видимо сюда, — Хмыкнув сказала Кира.

«Перенастройка рецепторного поля завершена. Транспортный модуль готов к слиянию».

— К слиянию чего с чем? — насторожился Заг.

— Нас с жопой этого трупа, — пояснила Кира. — Садись, не ной.

Мы разместились. Сразу чувствовалось, как поверхность подстраивается под форму тела, слегка удерживая, словно ремни безопасности, только биологические. На мгновение стало даже уютно — до тех пор, пока внезапно сквозь обшивку не пронёсся грохот залпа линкора. «Земля» продолжала исполнение первой фазы плана.

На визоре моего скафандра, загорелась тактическая сетка. Периметр «тихой зоны» узла вспыхивал от ударов батарей. Заградительный огонь формировал сияющие спирали, а дроны и беспилотники рвались к краю пузыря, создавая хаос, который должен был перегрузить контур защиты.

И тут загрохотало по-настоящему. Минные платформы подорвались одновременно. Голограмма дернулась, как от ударной волны. «Тихая зона» дрогнула — в её структуре появились искажения, словно на поверхности мыльного пузыря кто-то резко провёл ногтем.

— Есть реакция! — доложил Денис по общему каналу. — У узла скачки по полям! Он перераспределяет мощности!

— Вторую волну! — приказал я.

Секунда. Полсекунды. Бум.

Вторая линия подрывов будто вгрызлась в край защитной зоны. Пузырь деформировался. В нём побежали фрактальные трещины энергии.

Третья волна минутных взрывов рванула через мгновение — и «тихая зона» дернулась так, будто ей дали по башке кувалдой. Пора!

Я только подумал об этом, и в этот момент биотехноидный корпус, в котором мы сидели, вздрогнул — и медленно, беззвучно начал двигаться вперёд. Он слушался меня, а я даже не заметил синхронизации.

— Пошёл процесс, — нервно хохотнул Заг.

— Поехали, — выдохнул я. — Держимся курса.

Снаружи тяжёлый модуль СОЛМО уже реагировал на перегрузку своей защитной зоны. С его поверхности поднялись десятки тонких обелисков — видимо антенн и сенсорных стержней. Они зажглись синими огнями, сканируя пространство.

Кира тихо пробормотала:

— Только бы не учуяли нас…

Я смотрел, как наш «зомби» скользит между вспышками орудий линкора, как между капель ливня. Шторм огня вокруг был настолько хаотичен, что наш маленький, холодный биомодуль действительно выглядел просто мусором, ещё одним мёртвым куском сети АВАК, выброшенным за орбиту планеты.

— Мы в пределах внешнего поля узла, — сообщил Баха. — Сейчас начнётся…

И началось.

У корпуса прошла вибрирующая волна — СОЛМО ударили по нам сканирующим лучом. Биотехноид дёрнулся, но выдержал.

Сеть АВАК тут же отметила:

«Обнаружение: вероятность низкая. Сигнатура соответствует обломку АВАК-структуры. Рекомендуется сохранять минимальный тепловой след».

— Мы и так тут замерзли, — пробурчал Заг. — Давай быстрее.

Корпус снова вздрогнул, но теперь — иначе.

— Что это? — спросила Кира.

Я проверил тактические данные — и сердце на мгновение ухнуло.

— Узел применил гипернасечки, — сказал я. — Он пытается разрезать поле вокруг себя, чтобы сбросить нагрузку.

— Он сбрасывает охотников на новые позиции! — воскликнул