Покорение стихий - Светлана Ершова

– Ничего, я знаю, что это отвратительно выглядит.

– Нет. Скорее страшно, – кивнув, он наклонился за рубашкой. Поймав его за руку, потянула, прося обернуться ко мне, и глядя в глаза, прошептала. 

– Ты не понял, страшно от того, что тебе пришлось пережить, а сам шрам – это такая малость.

– Малость? – он махнул ладонью вдоль тела, показав протяженность изуродовавшей тело полосы. 

– Я имею в виду не размер, шрам – это всего лишь шрам, а вот то, сколько боли он тебе принес, это ужасно, – и видя недоверие в его глазах, решила доказать, что ничего отвратительного не нахожу.  Обхватив его талию руками, прижалась щекой к груди. Поначалу растерявшись, он остолбенел, но взяв себя в руки, положил ладонь на мою голову,  прижимая крепче.

– Спасибо, малышка. Знаешь, теперь я понимаю, почему мой друг так себя ведет – ты слишком добрая для этого мира. Хотел бы я, чтобы мне досталась такая же.

– Ты обязательно выберешь себе самую лучшую. Я в этом уверена.

– В том-то и дело, что у меня не будет выбора. Ладно, пойдем, раз право быть первым ты решила отдать своему возлюбленному. Я угадал? – потупив глазки, кивнула.

Проводив меня до комнаты и попрощавшись, Кейгард исчез в портале. Рина, сидя на кровати, что-то читала, при моем появлении, отложив книжку, она поднялась.

– Лана, прости меня, я не должна была на тебя орать. Ты взрослая девушка и вольна поступать, как считаешь нужным, и уж тем более, не должна передо мной отчитываться.

– Это ты меня прости и за то, что накричала, и за то, что не предупредила, что со мной все в порядке – хлюпнув носами, мы обнялись.

– Так ты все-таки расскажешь где, а главное, с кем пропадала? – глаза подруги светились от любопытства.

– Я была у нашего ректора, – ее рот изумленно приоткрылся.

– Ты что, с ним... Ну, ты и он, вы что...

– Вместе? Да! Он замечательный, и у нас все хорошо, – изобразила мечтательную улыбку на своем лице.

– А как же Дэймон? – Рина все еще не могла поверить в то, что услышала.

– Я ему не нужна, – пожала я плечами, – устала я страдать и бегать за ним, понимаешь? А Кейгард внимательный, заботливый, самый лучший, – надо же, как легко ложь срывалась с губ, может, не такая уж я и наивная, как все говорят, и королева из меня все же получится? – Ладно, я в душевые, ты уже помылась? – она кивнула, провожая меня озадаченным взглядом.

Вернувшись в комнату, застала подругу за уроками, вспомнив, что тоже еще не подготовилась к занятиям, переоделась в ночную рубашку длиной до середины бедра, точно такую же, как была на Рине, мы когда-то их вместе покупали, села за свой столик и принялась выводить формулы. В тишине и спокойствии прошло полчаса, пока подруга не уронила ручку, и та, отскочив, покатилась под кровать. Подруга встала на четвереньки и кряхтя полезла за убежавшей письменной принадлежностью. Я смотрела на нее во все глаза, не в силах поверить в то, что вижу. Рубашка задралась, полностью открывая выставленную кверху попу, прикрытую трусиками, потому что на ней были трусики... Он что, вообще охренел?! Я этому извращенцу сейчас такой реферат накатаю, он мне не то что зачет – за год экзамен поставит! 

Вставая на ноги и натыкаясь на мой взгляд, Рина отшатнулась.

– Ты чего?  Пока я была под кроватью, кто-то появился и всю жизнь тебе испортил? 

– Появился давно, а вот что касается жизни, посмотрим еще, кто кому ее испортит! – рыкнула я, хватая чистый листок и принимаясь за написание реферата.

  Измученный бессонной ночью организм уснул рано и проснулся, соответственно, тоже рано. Посмотрела в окно на зарождающееся солнце, и нахлынуло желание пробежаться. Переодевшись в спортивную форму, покинула комнату.

Выйдя на улицу, втянула утренний, уже заметно прохладный воздух и посмотрела по сторонам. Первый месяц осени подходил к концу, показывая это пожелтевшими листьями деревьев. Свежий воздух холодил легкие, над головой пели птицы. Красота-а! Настроение поднялось еще больше, и немного размявшись, я побежала наматывать круги по полигону. На третьем круге меня догнал Кей и, не говоря ни слова, пристроился рядом. Пробежав еще четыре круга, сошла с дистанции, ректор и тут составил мне компанию.

– Что-то я раньше тебя здесь не видел, с чего вдруг потянуло на физические упражнения? – он как всегда улыбался, заряжая позитивом.

– Не знаю, проснулась рано, и захотелось размяться, а ты часто бегаешь?

– Каждый день, – кивнул он в ответ, – правда, очень одиноко быть единственным спортсменом в академии, – на меня посмотрели с явным намеком.

– Уговорил, но с трудом, – улыбнулась ему в ответ. – Во сколько составлять тебе компанию?

– В шесть.

– Договорились! Ладно, я пойду, на уроки собираться надо, увидимся на индивидуальных занятиях! – махнув на прощание рукой, помчалась в академию. Зайдя в комнату, посмотрела на спящую Рину. Надо же, как бывает, не прошло и месяца, а мы уже поменялись ролями. Подойдя к ее кровати, сдернула одеяло.

– Вставай, соня, проспишь все на свете! – подруга поморщилась и зевая села. А я, прихватив полотенце и форму, направилась в душевые.

На завтраке в столовой стоял гвалт, а все из-за того что с утра вывесили объявление, гласившее, что в конце учебного года состоится турнир между академиями, желающими померяться силами, а мы, как нейтральная территория, будем этот турнир проводить и, внимание! Первый раз в истории, в нем участвовать! В связи с чем, в течение недели преподаватели приглядятся к адептам, чтобы отобрать пятерых, которым и предстоит отстаивать честь академии.

– Ты слышала? Вот это здорово, правда? А вдруг меня выберут... – Рина мечтательно закатила глаза.

– Я бы на твоем месте на это не рассчитывала – первокурсников рассматривать явно не станут.

– Не занудствуй, помечтать не дашь! Там сказано, что в составе обязательно должна быть одна девушка, логично подумать, что это кто-то с ведьминского факультета, а у меня очень высокие показатели, – недовольно надула она губки.