Не надо мне лгать - Уиллоу Роуз

размышляя еще несколько секунд, затем решил, что будет здорово еще раз почувствовать мамины объятия, и бросился к ней. Не успел он обнять маму, как с лестницы позади них раздался голос:

– Что здесь происходит?

Это были папа и новая мама. Они сбежали по лестнице едва одетые: новая мама – в шелковом халате, папа – в пижаме. Они схватили мальчика и его сестричку, новая мама затащила их в дом, а папа начал орать. Мальчик все слышал из дома, а его сестричка рыдала так, что сердце разрывалось.

– Ты не можешь просто так брать и приходить, когда тебе вздумается!

– Они и мои дети, Томми. Я имею право их видеть.

– Посмотри на себя. Ты даже не осмеливаешься взглянуть мне в глаза. Посмотри, как у тебя дрожат руки, и ты еле ворочаешь языком. Ты опять наширялась, да?

– Нет! Как ты можешь такое говорить?! Томми! – голос мамы звучал умоляюще. Она плакала, и мальчик почувствовал, что тоже не может больше сдерживать слезы.

– Убирайся из моего дома, пока я не вызвал полицию. Ты меня слышишь? Я не хочу видеть тебя здесь.

– Но… Томми… это мои дети… Я хочу их видеть, – плакала мама. – Как ты можешь быть настолько жестоким?

– Убирайся.

– Я не уйду, – прошипела она. – Пока не увижу своих детей.

– Тогда мне придется вызвать копов, – ответил папа.

– Ты не можешь украсть их у меня!

– Пошла вон!

Мальчик выглянул в дверь как раз в тот момент, когда его мать схватила камень с клумбы с ирисами, которые так любила новая мама. Прежняя мама швырнула камень в окно. Оно с грохотом разбилось, и дети закричали. Стекло валялось по всей гостиной. Прежняя мама вскрикнула, когда отец схватил ее и потащил на улицу.

– И не вздумай больше здесь появляться, иначе получишь от полиции запретительный приказ! – проорал он.

Мальчик схватил сестру на руки, а прежняя мама ушла, опустив голову и что-то выкрикивая. Папа вернулся в дом, фыркнул и захлопнул за собой дверь. Он опустился на колени рядом с детьми и заключил их в теплые объятия. Обоих детей била сильная дрожь.

– Что не так с мамой, пап? – спросил мальчик. По его щекам градом катились слезы.

– Ей нехорошо, сынок, – ответил папа.

– А доктор ее не вылечит? – всхлипнула сестричка.

Папа покачал головой:

– Боюсь, что нет.

– Почему? – спросила девочка.

– Она наркоманка, – ответил мальчик. – Это не лечится.

– Мне очень жаль, что вам пришлось увидеть ее в таком виде, – прошептал папа. – Вот что наркотики делают с людьми. Они заставляют человека вести себя ненормально. Ваша мама сейчас находится в невменяемом состоянии. Ей нельзя доверять. Но я вам обещаю, что больше этого не повторится. Я не позволю. Я буду вас защищать.

Глава 43

На следующее утро, отправив детей в школу, я пошла наверх, открыла сейф и достала оттуда свой пистолет. После того как мы переехали в Коко-Бич, я убрала оружие, думая, что мне не придется здесь его использовать, но теперь я больше не чувствовала себя в безопасности где бы то ни было, даже в своем маленьком родном городе. Возможно, у меня уже началась паранойя, как считала дочь, не знаю. Но мне слишком хорошо было знакомо это чувство, и я знала, что оружие придаст мне уверенности.

Я вздохнула и посмотрела на телефон. Честно говоря, я до сих пор не была убеждена в невиновности тренера Томаса, но в то же время продолжать за ним слежку было сложно – это могло навредить Мэтту. Придется действовать осторожно.

Нужно было проверить кое-какую информацию. В мою голову пришла одна интересная мысль, надо было ее проработать. Я села за компьютер и открыла поисковик. Нашла несколько старых статей, прочла их, позвонила бывшим коллегам в Калифорнию и исписала десяток страниц в своем блокноте. Потом позвонил папа, и мы болтали с ним около получаса. Как только я повесила трубку, раздался стук в дверь. Я выглянула в окно.

На пороге стоял Мэтт.

– Что он здесь делает? – пробормотала я.

Возможно, пришел наорать на меня за то, что я разрушила его карьеру.

Я спустилась и открыла дверь, приготовившись выдать ему целую тираду с извинениями, но одновременно и защищать себя, если потребуется. Однако, взглянув на него, я сразу поняла, что он пришел по другому поводу. Похоже, повод этот имел мало общего с тем, что произошло накануне.

– Нам нужно поговорить. Можно мне войти?

– Конечно, – сказала я, впуская его в дом.

Под мышкой у Мэтта был ноутбук, который он положил на мой кухонный стол. Глубоко вздохнув, друг детства опустился на табурет. Я поспешила смахнуть со стола крошки и вытереть разлитое молоко.

– Похоже, чашка кофе тебе не повредила бы, – сказала я.

– Да, если можно. – Мэтт попытался улыбнуться, но улыбка вышла вымученной. Он кусал губу и, судя по ее виду, занимался этим все утро, если не всю ночь.

Я налила нам обоим кофе, достала печенье и поставила его на стол, но Мэтт к угощению даже не притронулся. Он сделал несколько глотков кофе и посмотрел мне в глаза.

– Что происходит, Мэтт? Ты меня пугаешь. Что-то случилось? У тебя проблемы с шефом Энни из-за меня?

Он потер лоб.

– Это шеф Энни и прислала меня сюда. Но не ругаться с тобой, а умолять тебя о помощи. Пришло время закопать топор войны и признать очевидное. Сами мы не справимся. Я пришел просить тебя помочь нам с этим делом. Все плохо. Очень плохо, Ева Рэй. Нам нужна твоя помощь. Ты поможешь? Шеф Энни велела мне упасть на колени и умолять тебя, если будет нужно. Нужно?

Я сидела на табурете рядом с ним в абсолютном изумлении, держа кружку с кофе обеими руками.

– Я… У меня…

– Я знаю, что ты должна писать свою книгу, – перебил он меня, – и что ты крайне занята другими делами, но мы реально не справимся без твоей помощи. Со вчерашнего дня все стало еще хуже, а у нас просто нет опыта работы с такими делами. Пожалуйста!

Я дотронулась до его руки, чтобы прервать поток слов:

– Я не это хотела сказать. Я хотела сказать, что с удовольствием помогу. Но у меня должны быть развязаны руки. Я должна иметь возможность делать все так, как сама считаю нужным.

– Чего бы это ни стоило, – сказал Мэтт. – Приказ шефа. И я тоже буду подчиняться.

Я улыбнулась:

– Это можно считать извинениями?

– Кажется. Я по-идиотски себя вел пару дней назад. Извини, – сказал он. – Флиртуй сколько хочешь. Я не знаю, с чего я