Боярышня. Глава рода. Продолжение - Нина Петровна Ахминеева

Посидев из вежливости ещё немножко, я встала из-за стола. Ретировавшись из кухни, сразу же направилась в свой кабинет: мне надо хорошенько подумать. Усевшись за рабочий стол, подпёрла кулаком щеку. Размеренно тикали часы. Прикрыв глаза, я размышляла: обо всём и сразу.

Вдруг кто-то шлёпнулся мне на плечо. Вздрогнув от неожиданности, быстро повернула голову. Увидев тушканчика, испытала искреннее облегчение. После того как Або ушёл работать с Ткачук, он больше не давал о себе знать. Я уж было начала волноваться.

И чем так долго занимался этот ушастый любитель человеческих женщин?

— Привет. Как всё прошло? — я аккуратно взяла зверька, посадила на столешницу.

«Маргарита усвоила информацию в полном объёме. Готова приступить к работе хоть сейчас. Ты бы к ней сегодня заглянула. Плотникова свои вещи забрала. Ткачук храбрится, но ей страшно находиться одной в гостинице».

Хреновая из меня бизнес-леди. То одно упущу из вида, то другое. Об административном аппарате рудника побеспокоилась, а о санатории забыла! Туда срочно нужен администратор и желательно кто-то типа дворецкого-охранника. Желательно женского пола. Ну да ладно, не боги горшки обжигают. Научусь. Где там моя мятая салфетка с номером кадрового агентства?

Поискав взглядом бумажку, обнаружила её на стойке, рядом с телефонным аппаратом.

«Сделаю пару важных звонков и сразу пойдём к Маргарите», — пообещала я Або, доставая из стола чёрную тетрадку, заменяющую мне телефонный справочник.

«Ступай одна. Позже к тебе присоединюсь. Мне надо ещё кое-куда заглянуть», — туманно объяснил тушканчик.

«Что-то случилось?» — я настороженно посмотрела на зверька.

«Дела образовались, — с пафосом заявил тот. — Всё. Я ушёл», — а через мгновение исчез.

Прямо раздулся от важности. Как бы не лопнул ушастый.

Усмехнувшись, я тотчас нахмурилась. Боярыня Силантьева грозилась приехать утром. Если она со своими великосветскими подружками всё же заявится в санаторий, то определённо будет не в лучшем расположении духа. Так что стоит поспешить.

Поднявшись из кресла, я направилась к телефонному аппарату.

* * *

Это же время. Москва. Кремль

Жизнь человека складывается из цепочки событий и принятых решений. Дмитрий в этом был уверен. Возможно, ему стоило сделать Сашу высшей нежитью. Это было бы логично и даже оправдано. Бессмертная серебряная ведьма, покорная своему создателю. Неслыханный подарок небес для рода Рюриковичей! И, безусловно, огромная польза для империи.

Но последний представитель императорского рода не смог пойти против собственных принципов. Пятиминутный секс по обоюдному согласию, казался ему наименьшим злом. И вот итог: жена его не любит, не доверяет, постоянно ждёт подвоха, ну и бонусом с трудом терпит прикосновения.

Дима прошёлся по кабинету, сел на подоконник.

«Не сможет меня понять и продолжит вынашивать обиду, так тому и быть. Родит, решим, как дальше жить», — он устремил взгляд на небо, затянутое снеговыми тучами.

Не увидев, но почувствовав присутствие постороннего, Рюрикович неторопливо повернул голову. На столешнице рядом с документами сидел длинноухий тушканчик. Тревога всколыхнулась в груди, опалила разум.

«Что-то с Сашей? С ребёнком⁈» — за мгновение ока Дмитрий оказался рядом со зверьком.

Тот вполне натурально закатил глаза и протянул:

«Некромант, прекращай. Пока ты жив, с твоим малышом в утробе матери ничего не случится. Ты же сегодня ночью не только из-за порыва нежности обнимался с животом ненаглядной супруги. Так что не дёргайся, будущий папаша. Я к тебе пришёл как к императору».

Натянутые как канаты мышцы, расслабились. Дмитрий словно невзначай прикоснулся к невидимому обручальному кольцу. На всякий случай считал информацию с родового артефакта. Убедившись, что и с Сашей, и с дочерью всё в полном порядке, мысленно облегчённо выдохнул.

«Все-то он знает. Почему не предупредил о визите? Решил проверить мою реакцию? Вот же пакость лопоухая», — беззлобно подумал Рюрикович.

Усевшись за стол, посмотрел на Або: сложив лапки на животике, тот явно отслеживал его эмоции. Дима усмехнулся.

«Рассказывай», — предложил он зверьку, откидываясь на спинку рабочего кресла.

«На рассвете я засёк необычную энергетическую активность на землях Апраксиных. Углублённое сканирование показало, что планируется точечное землетрясение с затоплением территории в радиусе пятидесяти километров от аномальной зоны. Рудник не пострадает, а вот близь лежащие деревни и половину Владимира затопит. Конструкт многоуровневый, поставлен удалённо и с отложенным действием. Для активации осталось лишь закрепить малюсенький „якорь“ рядом с разломом. Маг силён, опытен и осторожен. Даже я с трудом поймал остаточный след магии. Сам догадаешься, кто колдовал или подсказать?»

«Намекаешь на моего деда?» — не поверил Дмитрий.

«Других кандидатов нет? Некромант, не расстраивай меня. Думаешь, я просто так в Кремль заявился?» — в голосе Або отчётливо прозвучала насмешка.

«Заигрываешься. Дружеское подтрунивание и безобидные шутки допустимы. Проявление неуважения, демонстрацию превосходства не потерплю. Продолжишь общаться со мной подобным образом, не посмотрю, что ты умница, друг моей жены и хранитель рода — накажу, — серьёзно пообещал император. Спустя миг, он не спросил, а скорее уточнил: — Придворный архимаг расстарался?»

«Да, — буркнул Або. Совсем по-человечески вздохнул и примирительно попросил: — Не сердись. Последнее время сам себя не узнаю. Эмоций прежде не испытывал. Стараюсь их контролировать, но иногда заносит».

«Я сказал, ты услышал. Тема закрыта», — невозмутимо подытожил Дмитрий.

И вслух, громко позвал:

— Макс!

Дверь почти сразу открылась. Войдя в кабинет, барон Воеводин приблизился к столу. Оглядев тушканчика, иронично заметил:

— Грызуны во дворце редкие гости. Семечек принести? Или желаете пожевать веточку? — невинно поинтересовался он у Або.

Зверёк воинственно встопорщил усы, поставил торчком уши — локаторы.

Мимолётная улыбка озарила лицо самодержца. Потерев переносицу, он не попросил, приказал:

— Приведи ко мне Нарышкина. Срочно.

— Будет сделано, — моментально отреагировал Максим Воеводин и стремительно удалился.

«А он меня задел», — с удивлением констатировал Або.

«Это называется беззлобное подтрунивание», — Дима широко улыбнулся.

«Мне не понравилось, — недовольно пробормотал ушастый. Зыркнув в сторону закрытой двери, задумчиво сообщил: — Оторвать бы твоему деду руки за такой блок. Поставил криво, косо. Ни поправить, ни снять. Но при всех недостатках защита вышла отличная: вся информация по тебе закрыта крепко-накрепко. Вопрос: зачем твой шутник Воеводин обвешивается артефактами против ментального вмешательства? Нравится блестяшки на себе таскать?»

«О чём ты?» — Дмитрий насторожился.

«На разуме твоего друга стоит блок. Лет десять, не меньше. Ты разве не знал?»

«Нет».

«Это работа Алексея Владимировича. Менталист из него аховый, накосячил изрядно, и всё же безумное творение этого экспериментатора великолепно работает. При попытке вскрыть защиту, менталисту со средним уровнем дара не