Черные начала. Том 4 - Кирико Кири

— Простите меня, меня мучают кошмары и, возможно… во сне я двигаюсь.

— Да, но ничего страшного, — слабо улыбнулся я. — Надеюсь, вы выспались. Хотя я думал, что на этом уровне последователи могут и не спать.

— Я…

И тут у неё широко раскрылись глаза, как от осознания.

— Я вспомнила своё имя…

От этих слов у меня аж похолодело, а Хочуха взвыл диким визгом «НАШЕ-НАШЕ-НАШЕ». Я пытался оценить ситуацию и понять, хватит ли мне сил сейчас наброситься на женщину и затравить её своей Ци, или меня нашинкуют раньше, но…

— Моё имя, — её губы тронула мягкая добрая улыбка. — Я… я Сянцзян.

— Эм… а фамилия? — уточнил я.

— Я не помню, но это моё имя. Я Сянцзян.

— Мне приятно с вами познакомиться, — слегка кивнул я головой. — Я Юнксу, будем ещё раз знакомы.

Она улыбнулась на мою шутку, и напряжение как-то спало.

С огнём играю — если она всё вспомнит, — а она всё рано или поздно вспомнит, — мне влетит, и вопрос, насколько моё поведение целесообразно?

Оставить её ночью и идти своей дорогой — всё. Уж со своим-то уровнем она как-нибудь точно выживет, а там, глядишь, и подберут её добрые люди.

А с другой стороны, всё же так гораздо быстрее, верно?

Или дело не только в том, что это быстрее?

— Вас что-то тревожит? — вот проницательная зараза.

— Нет, не тревожит, — махнул я головой настолько палевно, что даже енот сделал фейспалм. Ну а Сянцзян лишь кивнула, будто соглашаясь со мной, и больше не поднимала этот разговор.

Благодаря относительно спокойной поездке, где не надо было топать хрен знает сколько с лишним километров, я мог заняться тем, чем должен был заниматься уважающий себя культиватор — качаться.

Не знаешь, что делать? Качайся.

Тебе грустно? Качайся.

Ты подозреваешь, что твой лучший друг видит в тебя подружку? Качайся. И желательно с жопы.

Вот и я то и делал, что качался, а то со всей этой беготнёй нормально не позанимаешься.

Например, меч, фехтование — это было моим коньком и хорошее подспорье в любой драке. А значит, надо было вложить в него свои силы.

Поэтому я взял за привычку тренироваться с мечом, когда выпадала свободная минута, стараясь уйти подальше от глаз Сянцзян. Не знаю, как-то стыдно было показывать, как я неуклюже владею клинком.

Сейчас то, что я умел, оно было как… как рисование, вот!

Ты видишь холст перед собой.

Ты видишь картинку в голове.

У тебя есть карандаш.

Ты рисуешь ху… не очень красиво и ровно.

Такая же суть была и с мечом. Ты видишь противника и каждое движение, подмечаешь каждый момент. Ты ловишь мгновение, когда надо нанести удар, видишь его. У тебя есть меч. Ты бьёшь вкривь и вкось, не так, как нужно.

Ты не можешь нарисовать красиво — ты не можешь нанести удар правильно. Хотя в обоих случаях точно знаешь, как надо, и видишь это.

Я пытался бить быстро и чётко, тычками, быстрыми с минимумом движений и взмахов, чтобы не давать возможности противнику опомниться и успеть перейти в контратаку. Танец морозного огня был стилем атаки. Быстрый, как жалящая пчела.

Раньше он мне казался совершенным, и будто я владею им как минимум на охренительном уровне. А теперь я вижу, как вздрагивает меч, как он неточно идёт, вкривь и вкось, не в силах попасть в тот самый нанометр, который нужно, совершая никому не нужные движение, опаздывая на мгновения. Эти мгновения собираются в секунду.

А этой секунды будет достаточно, чтобы решить исход боя.

И я старался свести всё к минимуму.

И всё равно, как я нихрена не мог провести ровную линию на бумаге и правильно нарисовать пропорции тела, даже видя их перед собой, даже зная, как должно быть, так же и здесь я не мог ударить ровно.

Казалось, мешает всё — от лёгкого ветра до самого воздуха, будто меч каждый раз наталкивался на препятствия или воздушные ямы.

Я пытался бить сильнее, бить так, что ныли мышцы, готовые лопнуть, а меч едва не вырывался из рук. Я делал такие взмахи, что слышался громкий свист, но ни скорость, ни концентрация не давали результатов.

— Да какого хера! — рыкнул я и ударил по земле.

Эффект был красноречивым.

Меч будто взорвал землю, образовав под собой неплохую такую воронку и разметав землю вокруг. Ещё один удар наотмашь, и дёрн вместе с травой раскидало в стороны, оставив землю будто перекопанной.

Но меня это как-то не впечатлило. Зачем силы, если ты их не можешь направить в нужное русло, если не можешь нанести хороший, быстрый и точный удар?

Я вновь начал повторять упражнения, борясь с невидимым противником. Я атаковал, колол, бил так быстро, как мне только позволяло тело, но хрен там. Я не мог преодолеть этот невидимый барьер и просто не всасывал, где косячу. Меня точно нельзя было назвать гением с моей тяжёлой формой культивационного кретинизма, и потому я не мог уловить суть, что, сука, не так.

— Может ты просто неправильно что-то делаешь? — предположила Люнь, наблюдая за мной.

— Да ты что, — фыркнул я. — Может подскажешь, в чём?

— Я целитель, не мечница. Я могу тебя исцелению обучить, я могу объяснить, как лучше подниматься по ступеням, чтобы правильно расти, или печати какой-либо обучить, которые сама знаю, но не более.

— Да знаю я, знаю… просто у меня ничего не получается, — вздохнул я и воткнул перед собой меч.

— Знаешь, Юнксу, мне кажется, тебе стоит немного передохнуть и помедитировать.

— Типа смена деятельности? Ага, это как разгружать телегу с углём, а потом идти отдыхать, ремонтируя свой дом, — хмыкнул я, но тем не менее последовал её совету.

С потоками у меня прогресс был чуть лучше, но тоже не солнце. Всё, что я накопил за убийства, было подкреплено пилюлей Бао, но даже с этим мне не удалось взять первую ступень. Хотя чего я ожидал? Люди тратят на это недели беспрерывной медитации, а я занимаюсь от силы пару дней, и то по несколько часов в каждом.

Это вообще было непросто. Протягивать их мысленно через тело сложно и очень трудно, будто нести пакеты, которые режут руки. Нет, это не больно, но здесь напрягались сознание и внутренние силы, от чего становилось как-то нестерпимо и хотелось очень остановиться.

Я закрывал глаза в спокойном состоянии, но открывал их весь мокрый, будто грузил вагон мешками.

И даже с пилюлями Бао, который сильно облегчали задачу, я двигался сверх медленно. Да, они будто направляли потоки внутри тела, улучшая циркуляцию, что влияло на возможности меня самого, но было одно