Безумные Альфы (ЛП) - Роузвуд Ленор

Он снова замирает, всматриваясь в моё лицо.

— Нет, не останавливайся, — быстро говорю я, удерживая его за запястье. — Всё хорошо. Просто… это очень сильное ощущение. Приятное.

Призрак изучает меня внимательно, словно стараясь прочитать все невысказанные слова в моём выражении. Убедившись, что мне действительно хорошо, он продолжает — осторожно, осознанно, наблюдая каждое моё движение, каждый вздох.

Напряжение внутри меня нарастает, словно натягивающаяся струна. Его внимание, его сосредоточенность, его желание сделать всё правильно — всё это переплетается и подталкивает меня к грани, которую я раньше никогда не пересекала.

— Призрак… — выдыхаю я, вцепляясь пальцами в простыню. — Я… кажется…

Ему не нужно, чтобы я договаривала. Он просто становится чуть увереннее, направляя меня всё выше, пока волна ощущений не накрывает полностью.

Меня буквально выбивает из реальности — тело выгибается, голос дрожит, мир вокруг растворяется в ослепляющем, бушующем тепле. И всё это время Призрак остаётся рядом, поддерживает, не отпускает, пока дрожь не стихает, пока дыхание не возвращается.

Когда я прихожу в себя, он смотрит на меня в ужасе — будто боится, что причинил вред. Его рука уже отдёрнута, глаза метаются по моему телу, ищут травму, которую он, как ему кажется, мог нанести.

— Эй, всё хорошо, — тихо говорю я и протягиваю руку к нему, касаясь краёв его маски там, где должны быть его щёки. — Ты меня не ранил. Это было… потрясающе.

Паника в его взгляде сменяется растерянностью. Он слегка склоняет голову, будто пытается понять.

И до меня доходит.

— Ты… ты никогда не видел, как кто-то кончает? — шепчу я.

Он медленно качает головой. В его глазах — искреннее недоумение.

Потом он показывает жест: Г-Д-Е?

Я моргаю, осознавая недопонимание.

— Нет, это… не «где», — смущённо объясняю я, щеки вспыхивают. — Это просто… так называют этот момент. То, что происходит, когда всё сделано правильно. И это… очень приятно.

Он, кажется, понимает, хотя в его взгляде остаётся тень неуверенности.

Я замолкаю на секунду, затем тихо добавляю:

— Это… это бывает и у альф тоже, — голос предательски срывается. — Я могла бы… показать тебе.

Призрак замирает, его взгляд становится почти обжигающим от интенсивности. Он изучает моё лицо долго, очень долго. И наконец коротко кивает.

Мои руки слегка дрожат, когда я тянусь к его ремню. Всё ощущается иначе, чем прежде. Сейчас веду я — и это одновременно волнует и пугает.

Я расстёгиваю его одежду, и осознаю, насколько уязвим он становится передо мной. Сильный, громадный Призрак, которого боятся другие альфы, — сейчас смотрит на меня так, будто полностью отдаёт мне контроль. На секунду мое дыхание замирает. Он большой, даже больше чем я представляла. И задумываюсь, влезет ли он в меня полностью.

Но оставим это на потом...

Сейчас, у меня другие планы.

Я осторожно касаюсь его члена и обхватываю руками его ширину как могу. Он очень широкий. Тело Призрака мгновенно реагирует — рывком, приглушённым рыканием, вырвавшимся из-под маски. Я поднимаю взгляд, чтобы убедиться, что всё в порядке.

— Всё хорошо? — тихо спрашиваю.

Он кивает слишком быстро, дыхание у него сбивается, словно он едва справляется с накатившими чувствами.

Я продолжаю, медленно двигать рукой вокруг его члена, внимательно прислушиваясь к каждой его реакции. Его кожа горячая, напряжённая, пульс выдаёт, насколько он взволнован. И чем дальше я иду, тем сильнее я чувствую, что в этот миг он полностью в моих руках.

Набравшись смелости, я склоняюсь ближе. Призрак замирает, пальцы вцепляются в мои волосы, но не грубо — скорее в отчаянной попытке удержаться в реальности. Из его груди поднимается низкое, первобытное рычание, в котором слышны и желание, и страх потерять контроль.

Я поднимаю голову и встречаю его взгляд. Его глаза горят. Дикие, хищные… но направленные только на меня. Зрелище должно бы напугать — но вызывает лишь дрожь по позвоночнику.

Удерживая его взгляд, я открываю рот и беру горячий член в себя.

Призрак удерживает меня за волосы, не больно, но достаточно чтобы разряд тока прошелся по моему телу. Его бедра поддаются навстречу, заставляя меня взять член глубже в рот.

Тихий стон вырывается из меня, когда головка член упирается глубоко внутри. Призрак сразу же разжимает руку, смотря на меня обеспокоено.

— Все хорошо...Позволь мне самой выбирать темп, ладно? — мягко прошу я.

Он едва заметно кивает, его руки на моих волосах становятся мягче, почти нежны. Теперь они просто лежат там — как будто он ищет опору, чтобы не сорваться.

Сила, накрывающая меня в этот миг, опьяняет. Я — омега, которая удерживает в руках этого огромного альфу, заодно жадно поглощая его член. И я хочу продолжать. Я втягиваю щеки, начиная более усердно брать в рот этого великана. Мои руки начинают одновременно работать вместе с ртом, там, где я не могу взять его полностью.

Дыхание Призрака становится рваным, грудь вздымается в быстром, тяжёлом ритме. Он уже на грани — я чувствую это всем своим существом.

И в этот момент во мне вспыхивает желание быть ближе к нему, чем когда-либо.

Я резко отстраняюсь, и Призрак рычит низко и срывающимся звуком, сбитый с толку внезапной паузой. В его взгляде смешиваются непонимание и тревога, когда я мягко укладываю его на спину. Он позволяет мне — без малейшего сопротивления, полностью доверяясь.

— Доверься мне, — шепчу я, скользя вниз и устраиваясь сверху, чувствуя, как он следит за каждым моим движением. — Поверь, это того стоит.

Его широкие ладони ложатся мне на бёдра, когда я оседаю на нём, колени обхватывают его талию. Его кожа горячая, напряжённая; я чувствую дрожь в его мышцах, ощущаю, как сильно он сдерживает себя, чтобы не поторопить события.

Я тянусь вниз между нами, направляя его член, помогая ему войти во внутрь моей киски. Призрак понимает, что я собираюсь сделать, и его глаза расширяются — от удивления, от желания, от осознания того, что я добровольно выбираю этот шаг. Его руки крепче обхватывают мои бёдра — не удерживая, а подтверждая: он хочет этого так же отчаянно, как и я.

Я двигаюсь медленно, осторожно, позволяя телу привыкнуть к новой близости. Ощущение переполняет меня — яркое, глубокое, такое, что перехватывает дыхание. Каждая часть меня словно откликается на него, принимая, впуская, доверяя.

Дыхание Призрака становится всё тяжелее; грудь вздымается будто он с трудом сдерживает себя. Его могучие мышцы напряжены от усилия не перехватить контроль, не поторопить меня, не дать инстинктам взять верх.

Но он держится. Он отдаёт мне право вести.

Его взгляд прикован к моему лицу, следит за каждым моим движением, каждым вздохом, словно стараясь прочитать в них мои ощущения, понять, не слишком ли это, не больно ли мне, всё ли в порядке.

Ощущение силы, свободы и власти над ситуацией кружит мне голову. Именно я задаю темп, выбираю глубину, шаг за шагом продвигаюсь дальше, пока полностью не насаживаюсь до основания. Весь член внутри меня, кроме его узла. Я останавливаюсь, привыкая к новым ощущениям. Ощущение накрывает меня волной — такое сильное, такое всеобъемлющее, что в нём сплетаются и сладкая острота, и лёгкая чувственная болезненность. Всё во мне одновременно раскрывается и напрягается, принимая эту близость, эту полноту мгновения.

Руки Призрака начинают изучать моё тело — медленно, бережно. Он проводит ладонями по моей талии, по животу, по груди, словно запоминая каждый изгиб. И когда я начинаю двигаться, он помогает мне — поддерживает, направляет, не навязывая силу, а лишь подстраиваясь.

Он старается сдерживаться изо всех сил. Я чувствую, как много в нём силы, инстинкта, напряжённого желания — и как усердно он удерживает всё это, чтобы позволить мне оставаться ведущей.

Часть меня восхищается его сдержанностью — тем, как он внимательно прислушивается к моим реакциям, как боится переступить границу. Но другая часть, и она становится всё сильнее, жаждет чего-то большего. Я хочу, чтобы он позволил себе расслабиться. Отпустил контроль.