Прошлые жизни детей. Как воспоминания о прошлых жизнях влияют на вашего ребенка - Кэрол Боумэн

Когда Шамлини начала говорить, то рассказала своим родителям о том, что помнит свою прошлую жизнь, и описала в деталях деревню Галтудава, где она и проходила. Девочка также сообщила о своей смерти. Однажды утром она пошла купить хлеб. Поскольку земля была залита разлившейся рекой, она шла по насыпи, где проходила дорога. Автобус проехал совсем рядом, и ее отшвырнуло на затопленное рисовое поле. Она подняла руки и воскликнула «мама!», после чего, по ее словам, ушла в глубокий долгий сон.

Позже семья узнала историю одиннадцатилетней девочки Хемасили из деревни Галтудава, которая погибла, оступившись и упав с дороги, когда увертывалась от проезжающего мимо автобуса. Она утонула посреди рисового поля, залитого водой. Когда Шамлини исполнилось четыре года, ее отвезли в деревню Галтудава. Там она узнала членов семьи предыдущей личности и сумела убедить свидетелей в том, что действительно является возрожденной Хемасили. Наконец родители получили объяснение фобий Шамлини, которые исчезли вскоре после того, как та вновь познакомилась с жизнью и окружением своей бывшей личности.

Случай Рави Шанкара {16} (речь идет совсем не о музыканте) был одним из самых знаменитых свидетельств реинкарнации в Индии еще до того, как доктор Стивенсон приступил к его расследованию. Это драматический пример того, как выраженные вербальные воспоминания порой подкрепляются следами на теле.

Рави Шанкар родился в 1951 году. В июле, когда ему исполнилось четыре года, он заявил своим родителям, что он на самом деле Мунна, сын Джагешвара, парикмахера из Канауджа. Со всеми подробностями он рассказал, как однажды двое знакомых мужчин – другой парикмахер и мойщик окон – заманили его в сад возле Храма Чинтамини, перерезали ему горло и закопали в песке.

Рави неоднократно рассказывал эту историю на протяжении следующих двух лет своим родным, друзьям и школьному учителю. Он постоянно спрашивал своих родителях об игрушках, которые у него были в предыдущей жизни, – о деревянном слонике, игрушечном пистолете и часах. Такие игрушки его настоящая семья была не в состоянии приобрести, но маленький Рави все равно требовал их. Он говорил о том, что он Мунна, так часто, что его рассказы стали надоедать его друзьям и близким. Мальчик также часто грозился родителям убежать к «своей другой семье». Школьный учитель первым оценил значимость заявлений Рави, записал их и послал с письмом профессору Б. Л. Атрейя, который и начал первым расследовать случай.

Упорные рассказы Рави о том, что он был убитым мальчиком, распространились по деревне, а затем просочились в соседние районы. Вот каким образом Шри Джагешвар Прасад узнал об истории Рави. 19 января 1951 года единственный сын Прасада, шестилетний Мунна, был зарезан бритвой. Нашлись свидетели, видевшие, как мальчик уходил с парикмахером Джавахаром и мойщиком Чатури, что и послужило поводом к их аресту. Один из обвиняемых имел мотив для убийства ребенка, так как после этого автоматически становился наследником его отца. Когда изуродованное тело мальчика и его отрезанную голову извлекли из песка, мойщик Чатури неофициально признался в убийстве, но затем взял назад свои показания. Поскольку прямых свидетелей убийства не нашлось, дело было закрыто, а парикмахер и мойщик отпущены на свободу.

Прасад испытывал глубокое горе из-за убийства сына. Когда он услышал, что какой-то мальчик утверждает, что в прошлой жизни ему перерезали горло парикмахер и мойщик, он отправился в деревню, где и жил Рави, чтобы встретиться с ним и проверить, действительно ли он является его возрожденным сыном. Но отец Рави, испугавшись, что Прасад захочет отнять его сына, наотрез отказался показывать мальчика. Он также опасался того, что убийцы, находящиеся на свободе, пожелают отомстить его сыну при попытке вновь возбудить дело. Но через несколько дней мать Рави, ослушавшись мужа, отвела своего четырехлетнего сына к Прасаду.

Рави тут же узнал своего бывшего отца и идентифицировал часы, которые были на том, как часы, купленные в Бомбее для Мунны. Он сообщил детали о смерти Мунны, которые полностью совпадали с признанием обвиняемого и соответствовали вещественным доказательствам преступления. Прасад также подтвердил другие детали жизни мальчика, известные только его семье: например, Мунна взял с собой поесть несколько плодов гуавы, перед тем как его убили, и у него были все те игрушки, о которых вспомнил Рави. Смерть Мунны стала причиной того, что его мать сошла с ума. Она собрала все детские игрушки и хранила их в шкафу, ожидая того дня, когда ее сын вернется.

Рави трясся каждый раз, когда видел парикмахера или мойщика. Однажды он пришел в ужас, увидев незнакомца в толпе. Он узнал в этом мужчине мойщика Чатури – одного из убийц Мунны. Маленький Рави поклялся, что отомстит убийцам за свою смерть. Увидев неподдельное возбуждение и ярость своего сына, мать Рави поинтересовалась личностью этого незнакомца, и ей ответили, что он действительно является одним из подозреваемых в убийстве Мунны.

Но и это еще не все. Рави родился с полосой, идущей поперек шеи, напоминавшей длинный шрам от ножевой раны. Когда в двухлетнем возрасте он впервые начал рассказывать свою историю, то, указывая на полосу, говорил, что именно в этом месте ему перерезали шею парикмахер и мойщик.

Доктор Стивенсон встретился с Рави в 1964 году и исследовал это родимое пятно. Он описал эту полосу, проходившую в горизонтальном направлении через шею мальчика. Ширина полосы колебалась от одной восьмой до одной четвертой дюйма. Вот что записал исследователь: «Полоса более темного цвета, чем окружающие ткани, и очень напоминает давний шрам, оставшийся после ножевой раны» {17}. По словам очевидцев, эта полоса была более длинной, когда Рави был маленьким мальчиком, но с возрастом стала уменьшаться.

Доктор Стивенсон еще раз встретился с Рави в 1969 году, когда тому было восемнадцать лет и он готовился поступить в колледж. Рави сказал, что его воспоминания о прошлой жизни полностью исчезли. Об истории с Мунной он знал только по рассказам других людей. Все фобии, связанные с парикмахерами и бритвами, также исчезли, хотя он до сих пор испытывал неприятные чувства, проходя по саду Храма Чинтамини. Родимое пятно, проходящее через шею, до сих пор было хорошо различимым.

Родимое пятно на шее Рави Шанкара, в точности соответствующее смертельной ране его предыдущей личности, вовсе не единичный случай. Доктор Стивенсон обнаружил, что в 35 процентах верифицированных случаев (в 309 из 895) дети имели родимые пятна или врожденные дефекты, совпадающие с ранами из прошлых жизней. Он недавно опубликовал многотомную монографию, посвященную исключительно этому феномену, под названием «Реинкарнация и биология: К вопросу об этиологии родимых пятен и врожденных дефектов». Здесь на 2 300 страницах рассмотрено 210 верифицированных случаев. Объем этой работы – opus magnum доктора Стивенсона – красноречиво свидетельствует о том, какое значение ученый отводил этому вопросу. Подобные свидетельства реинкарнаций действительно очень важны, так как являются физической связью между прошлой и настоящей жизнями. Сколь явными ни были бы вербальные и поведенческие свидетельства в таких случаях, критики всегда обнаружат погрешность в данных. Но родимые пятна и врожденные уродства – в особенности если они могут быть сопоставлены с паталогоанатомическими записями соответствующих смертей, – являются неопровержимыми, материальными доказательствами прямой зависимости между прошлой и настоящей жизнями.

Одна из историй новой монографии Стивенсона была опубликована в журнале Journal of Scientific Exploration {18}. В ней говорится об одном мальчике-индусе, утверждающем, что помнит, как был убит выстрелом в грудь из дробовика. На груди этого мальчика определялись родинки, составляющие рисунок, совпадающий по форме со смертельной раной, описанной при аутопсии.

Еще одна жертва была убита выстрелом в правую половину головы из дробовика в упор (что было зафиксировано в протоколе вскрытия). Турецкий мальчик, утверждавший, что помнит жизнь человека, погибшего таким образом, родился «с уменьшенным в размере и деформированным ухом (монолатеральная микротия) и с недоразвитой правой стороной лица (гемифациальная микросомия)» {19}.

У одной женщины на спине было три раздельных родимых пятна линейной формы, которые напоминали шрамы. В детстве она вспоминала, как была убита в прошлой жизни тремя ударами топора по спине {20}.

Еще один мальчик из Индии родился с культями пальцев только на правой руке (очень редкая врожденная патология). Он вспомнил свою предыдущую жизнь, когда его пальцы на правой руке были отрезаны при уборке урожая комбайном {21}.