Акбар Наме. Том 4 - Абу-л Фазл Аллами

остались в немилости и лишились счастья выполнения корниша, тогда как искренние, невзирая на положение, в котором они очутились, удостоились особого расположения.

Следующее событие произошло в то время. Когда Его Величество находился в Джаунпуре, Шер Мухаммад Дивана40 принялся грабить Саману41, и вскоре его настигла кара, подобающая совершённым деяниям. Сей злосчастный был одним из слуг Ходжа Муазза-ма. После поступил на службу к Байрам-хану, сделавшему его любимчиком благодаря приятной внешности. Когда Байрам был у власти, тот занимал ответственную должность, но лишь времена изменились, он стал на путь неблагодарности. Кое-что из этого уже рассказано в соответствующем месте. Поскольку Его Величество — источник справедливости, он, хотя это отречение и несло для него выгоду, не мог его одобрить, ибо столь гнусное поведение есть худшее из человеческих качеств. И потому Шер Мухаммад не стал особо приближенным. Одно время он жил в городе Самана. Когда Али Кули-хан и другие лица подняли мятеж и войска Шахиншаха двинулись для погашения пламени их бунта, сей негодяй, участь коего была решена, собрал толпу бродяг и принялся устраивать беспорядки. Мулла Нур-ад-дин Мухаммад Тархан, фаудждар той части страны, оставил в Самане для управления делами парганы Мир Дост Мухаммада. Как-то раз мошенник [Шер Мухаммад] пригласил Дост Мухаммада в свой дом и посреди празднества стал натачивать стрелу (для его умерщвления). Внезапно, в разгар пиршества, он вложил стрелу в изгиб лука, и пустил ее невинному в грудь, и убил его. Затем завладел всем добром и имуществом той парганы и поспешил в паргану Малер42. Подобным образом умертвил шикдара той парганы, принадлежавшей землям казначейства, и захватил всё добро. Бродяги стекались к нему, и он устраивал набеги на провинции, пока наконец Мулла Нур-ад-дин не собрал людей и не начал борьбу с ним. Безумец предавался усладам в селении Дханури (?)43, что лежит на границе Саманы. Услышав о подходе Мулла Нур-ад-дина, не придал 264 этому особого значения и выступил, намереваясь напасть на Муллу с малыми силами. В момент атаки его лошадь споткнулась о пень и упала. Несколько человек подбежали и схватили его. Мулла умертвил злополучного безумца и был осыпан царскими милостями44.

Одним из происшествий стало прибытие Его Величества из Джаунпура в Чунар. Так как прощать обиды — природная склонность

Шахиншаха, он по настоятельной просьбе и при посредничестве Муним-хана Хан-ханана провел пером прощения по записи преступлений Али Кули-хана и прочих знатных мятежников, а затем его осенила мысль посетить Бенарес и крепость Чунар, одну из знаменитых твердынь в Индии. С этой целью он назначил Ашраф-хана управлять Джаунпуром и выступил в день дай-ба-михр, 15 бахмана, Божественного месяца, что соответствовал пятнице, 3 раджаба [973 г.х.] (24 января 1566 г.). За три перехода добрался до Бенареса и осиял светом справедливости всех его обитателей. [Шахиншах] приказал разбить там лагерь и с несколькими доверенными слугами отправился в Чунар. Осмотрел крепость изнутри и снаружи и получил настоящее удовольствие. Тем временем охотники принесли радостные вести, что в джунглях неподалеку есть слоны, и с несколькими приближенными он отправился на поиск в эти леса. Пройдя около двух косое, вруг увидели стадо слонов. По [Высочайшему] велению со всех сторон окружили этих гороподобных животных и затем, следуя правилам охоты, захватили десять слонов. Шеи им стянули крепкими веревками и вместе с прирученными пригнали к крепости. Оттуда он [Шахиншах] возвратился в свой лагерь около Бенареса.

Знаменательным событием явилось совершение Его Величеством стремительного похода против Хан Замана. Будучи талисманом неусыпной бдительности, он воспринимает любую Божественную и земную истину прежде, чем они явят себя, и возглашает их устами судьбы. Поэтому, когда Муним-хан разомкнул губы мольбы и всту-265 пился за Али Кули-хана, Его Величество произнес: «Мы прощаем его, однако будет удивительно, если он сохранит постоянство на путях повиновения». Так и оказалось спустя некоторое время. В соответствии с просьбой Хан-ханана Али Кули-хану и Бахадур-хану пожаловали их владения, но поставили условие, чтобы Хан Заман не пересекал реку, покуда лагерь Его Величества располагается поблизости45. Также оговорили, что после возвращения царских знамен в столицу их представители прибудут туда и получат удостоверяющие грамоты на [соответствующую] службу, а затем будут даны [права] владения на земли. В тот самый день, когда Его Величество взял путь на Бенарес

и Чунар, Али Кули-хан переправился через реку, и достиг Мухаммадаба-да, и выслал людей в Газипур и Джаунпур. Его Величество вернулся с охоты и остановился в Бенаресе, туда и пришли известия, что негодяй нарушил договор и пересек Ганг. Засверкала плавящая мир ярость Шахиншаха, а вероломство злосчастных, на которое он указывал [ранее], стало очевидным. Царственным тоном [повелитель] заговорил с Му-ним-ханом об их поведении. Хан-ханан пришел в совершенное смущение и повесил голову. Его уста сомкнулись, а нить ответа разорвалась. Ходжа Джахана, Музаффар-хана, раджу Бхагвант Даса и многих верных военачальников оставили с обозом, повелев двигаться неторопливо, переход за переходом, в то время как Его Величество выступил в ночь дай-ба-дина, 23 бахмана, Божественного месяца, что соответствовало ночи субботы, 11 раджаба [973 г.х.] (2 февраля 1566 г.), дабы покарать Али Кули-хана. Его придворные и преданные сторонники, собравшись вокруг и перед зонтом царства, устроили состязание на своих скакунах и унесли мяч стремительности с северным ветром и зефиром утра. Джафар-хан Таклу и Касим-хан были посланы против Газипура. Когда они достигли ворот крепости, злополучные стражи увидели, кто прибыл, и бросились в реку со стоявшей вблизи нее башни, и отправились в Мухаммадабад, где предупредили Али Кули-хана. Тот пришел в замешательство и в панике бежал. Лишь добравшись до берега Сарвара46, сам он и бывшие с ним сели в лодки, которые находились там в расчете на подобный случай, и ушли от опасности. Царская свита, выступив ночью, пересекла реку Джаунпур на слонах.

На исходе ночи [Акбар] на некоторое время остановил своего слона, а наутро вновь тронулся в путь. Миновала часть дня, когда, стремительно двигаясь, они нагнали обоз Али Кули. Тот побросал шатры и поклажу и избрал путь бегства. Они шли до третьего пахара41. Слон Али Кули-хана Бахт Буланд стал мастом и попал в их руки. После этого Маджнун-хан Какшал, Мирза Наджат-хан и некоторые иные были посланы вперед. Наступил вечер, когда от них пришли известия, что Али Кули переправляется через Сарвар. Так как позади лежал длинный путь и день клонился к исходу, сделали остановку. На рассвете движение возобновили,