Опасный поцелуй - Джефф Эббот

Они выехали за границу Порт-Лео, и еще через полмили «порше» свернул в курортный поселок под названием Морской Рай. Для создания истинно морской атмосферы название на указателе было выложено из морского каната. Отсутствующие в домах окна, козлы для распилки бревен, кучи свежей стружки – все это свидетельствовало о том, что здесь идет активный процесс обновления.

«Порше» остановился рядом с вагончиком компании по настилке полов, и водитель вылез из машины. Это был крупный мужчина с блестящими от мусса волосами. На нем была яркая, как у сутенера, одежда: темно-красная рубашка в попугаях пурпурного цвета и ярко-желтые брюки для гольфа. На ногах – высокие белоснежные кроссовки. Он решительным жестом одернул брюки и легкой походкой направился к зданию.

Уит проехал мимо и, развернувшись, остановился неподалеку. Мужчина стоял во дворе и разговаривал с пожилым человеком на самоходной инвалидной коляске.

– Побеседуем с ним или поедем дальше? – спросил Гуч.

– Carpe diem,[10] – сказал Уит. – Останавливаемся.

Старик заметил, как они парковались, и поднял руку, чтобы молодой человек замолчал. Уит внезапно вспомнил, что на боку его «форда» висит огромная накладка на магнитах со словами «Поддержим судью Мозли!». Когда они с Гучем вышли из машины, хмурое лицо старика стало еще более суровым.

– Здравствуйте, – сказал Уит. – Меня зовут Уит Мозли, я мировой судья округа Энсайна.

– Я вижу. – Старик кивнул в сторону кричащей патриотической рекламы, которую нельзя было не заметить даже в более темном месте. – Я Энсон Тодд.

Уит вспомнил, что уже слышал это имя от менеджера на пристани: именно Тодд организовал там стоянку «Настоящего позора».

– А это Леонард Гучински, – представил он Гуча.

– Очень приятно, – скривившись, вставил Гуч.

Уит следил глазами за парнем.

– Насколько я понимаю, вы знакомы с Питом Хабблом, – обратился он к нему.

– Почему вы об этом спрашиваете и какое вам до этого дело? – с вызовом откликнулся здоровяк.

– Джуниор, – несколько раздраженно одернул его старик.

Ага, так это молодой мистер Дэлоуч.

– Считаю, что можно расценивать ваш ответ как утвердительный. Я провожу расследование по факту смерти Пита Хаббла и хотел бы поговорить с вами о нем.

– Нам нечего вам сказать, – заявил Джуниор. – Абсолютно нечего.

– Зайдите на минутку в дом, – пригласил их старик, который словно не слышал заявления Джуниора. Его скрипучий голос напоминал Уиту пыльную заезженную пластинку. – Джуниор, будь добр, у нас закончились хлопья, а я не мыслю себе завтрака без моих любимых отрубей с изюмом. Смотайся в магазин. – Он резко развернул свою коляску и быстро поехал в фойе.

– Энсон, у нас есть хлопья! – крикнул Джуниор ему в спину.

– Это не те, которые я люблю, – ответил старик, даже не обернувшись в его сторону. – Езжай.

Растерявшийся Джуниор остался стоять с отвисшей челюстью; затем он вскочил в свой «порше» и с ревом умчался. Уит и Гуч последовали за Энсоном в здание. Наполовину отремонтированное фойе было усыпано стружками и обрывками обоев, а не до конца собранная стойка администратора, заваленная горой пустых банок из-под содовой, составляла всю его обстановку. Пара рабочих, перепачканных краской, но зато, очевидно, получающих прекрасные сверхурочные, равнодушно рассматривали развернутые чертежи.

– Поздновато, чтобы заниматься строительством, – заметил Гуч.

– Поздновато, чтобы беспокоить людей, – парировал Энсон.

Они проследовали за ним в тесный лифт. Энсон нажал кнопку девятого этажа, самую верхнюю.

– Это здание принадлежит вам? – поинтересовался Уит.

– Нет. – Энсон уклонился от дальнейших объяснений. На вид ему было лет под восемьдесят. На нем был черный свитер под горло и серые тренировочные брюки, прикрывавшие парализованные ноги. За стеклами очков стойкой металлической оправой блестели зеленые кошачьи глаза. На виске старика Уит заметил уродливый страшный шрам, который тот пытался скрыть, зачесывая на него длинные седые волосы.

– Дайте-ка я угадаю. Вы работаете на мистера Дэлоуча-старшего, – сказал Уит.

Лифт остановился, и Уит придержал дверь, чтобы Энсону было удобнее выехать на своей коляске. Старик направился через кричаще обставленную анфиладу комнат. Уит подумал, что это похоже на адское жилище какого-то любителя животных: на стене – огромные плакаты с зебрами, диван – расцветки леопарда, на полу – шкура тигра. Монотонную тему со шкурами нарушала мебель неоновых цветов, приобретенная, вероятно, в каком-то экзотическом магазине. Молодой человек с бычьей шеей оторвавшись от телевизора, поднял на них глаза; судя по его перекачанным мышцам, стероиды он начал принимать еще с молоком матери.

Он поприветствовал Энсона и перевел настороженный взгляд на Уита и Гуча.

– Иди смотреть телевизор в хозяйскую спальню, – распорядился Энсон. – Придешь, если я тебя позову.

– Конечно, – согласился немногословный громила. Он поднялся с дивана и протопал в соседнюю комнату, хлопнув за собой дверью.

– Люблю охранников с дефицитом мозгов, – сказал Энсон Тодд. – Присаживайтесь, судья. Мистер Гучински. – Он жестом указал на шикарный диван цвета коктейля «Маргарита» со льдом. Но вместо этого Уит подошел к огромному окну во всю стену, откуда открывалась панорама бухты Святого Лео и залива. На севере виднелись освещенные фонарями пирсы, которые вдавались далеко в бухту. Огоньки в домах на острове Святой Маргариты блестели, словно бриллианты в разорванном браслете.

– Теперь понятно, почему вы живете здесь, а не на борту «Настоящего позора», – сказал Уит.

– Собственно, «Позор» просто не предназначен для человека в инвалидной коляске. Я появляюсь там только для нечастых выездов на рыбалку. Кофе? Пиво?

– Нет, спасибо, – ответил Уит, сев рядом с Гучем, который тоже склонился к окну, сцепив свои мощные руки за спиной. – Мы не займем у вас много времени.

– Вы просто не сможете этого сделать, судья, потому что мы ничего не знаем о смерти Пита. Да, яхта «Настоящий позор» действительно принадлежит мистеру Дэлоучу-старшему, и уже в течение пяти лет. Но Пит был приятелем младшего, Джуниора. А сам мистер Дэлоуч никогда с ним не встречался.

– Пистолет, обнаруженный в руке мистера Хаббла, не был зарегистрирован.

– Если на борту находилось незарегистрированное оружие, значит, это Пит или его подруга принесли его туда. Он не наш.

– Женщина утверждает обратное.

Энсон улыбнулся.

– Когда она справится со своим горем, возможно, память ее улучшится.

Уит подумал, уж не наступит ли такое улучшение под действием кулаков и угроз.

– Я говорил со свидетелями, которые утверждают, что Джуниор регулярно навещал Пита на пристани. Ссорился с ним из-за денег. И вчера тоже вел себя вызывающе.

– Что значит «вызывающе»?

– Пытался избить Пита.

– Кто? Джуниор? Да он просто плюшевый мишка. Он в принципе не может кого-то поколотить. Послушайте, мне кажется, что вы опираетесь на слухи. Есть ли у вас человек, который может подтвердить, что видел именно Джуниора и именно там?

– Вот этого не надо, – сказал Уит. – Яхта принадлежит его отцу.

– Да, принадлежит, но я повторяю: есть ли у вас свидетель, кто опознает в Джуниоре того скандального типа, которого вы разыскиваете?

– Да.

– Правда? Это странно, потому что вчера Джуниора здесь не было. Как, впрочем, и меня. Последние несколько дней мы провели в Хьюстоне и вернулись только сегодня утром. Кстати, у нас есть куча народу, который сможет это подтвердить.

– Тогда почему вы здесь? Потому что кто-то умер на вашей собственности?

– Джуниор отвечает перед отцом за завершение курортного проекта. Вы можете считать его менеджером проекта. И это будет правильно. Он любит свое дело.

Уит удивленно поднял брови.

– Неужели? Мне сдается, что Джуниор руководит проектом, а вы руководите Джуниором.

Энсон ухмыльнулся, обнажив пожелтевшие от длительного, курения зубы.

– Насколько хорошо вы знали Пита? – поинтересовался Уит.

– Я встречался с ним всего раз. Хочу сказать вам, судья, что я нахожу порнографию скучной. А порнозвезд – еще более скучными. Особенно если это мужчины. Вместо мозгов у Пита была сплошная перхоть.

– А как насчет тех денег, из-за которых предположительно препирались Пит и Джуниор?

Энсон прокашлялся. Тембр старческого голоса был мягким, но в его тоне мягкости не было и в помине.

– Послушайте, судья. Я согласился рассказать вам то, что нам известно, а не участвовать в допросе. Мы знали этого парня, но не имеем никакого отношения к его смерти, поэтому мистер Дэлоуч хочет срочно получить свою яхту назад.

– Мистеру Дэлоучу придется подождать, пока закончится расследование, – вежливо ответил Уит. – И господам Дэлоучам – как старшему, так и младшему – нужно будет ответить на ряд вопросов.