Ненормальная война - Александр Тамоников

В этом месте спецназовцы сделали остановку. Судя по карте, река называлась Ия. Она впадала в озеро, находящееся неподалеку. При взгляде на нее создавалось ощущение, что под обрывом неплохая глубина. Имело смысл проверить это.

Водитель поставил ручку переключения передач в нейтральное положение. Бойцы подтолкнули «УАЗ» к обрыву. Глубина действительно оказалась нормальная. Машина утонула, только пузыри пошли.

Ночка выдалась непростая. Снова все ехали в одной машине, теперь уже на север, параллельно линии разграничения, которая находилась примерно в тридцати километрах. Боев и Корвич менялись за рулем. Остальные дремали. Павел не спал, постоянно сверялся с картой.

На большие дороги машина не выезжала, населенные пункты оставались в стороне. Перелески, овраги, земляничные поляны, ядовитая луна, пристально следящая за передвижениями разведывательно-диверсионной группы.

За несколько часов они одолели три десятка километров. Светящаяся точка на экране навигатора неуклонно приближалась к нужному месту.

Несколько раз группа делала остановки. Впереди возникали неясные шумы, которые ассоциировались с передвижениями больших колонн тяжелой техники. Это вполне могло быть. Не впервой украинскому командованию под прикрытием перемирия подтягивать к линии раздела танки и артиллерию. Но это происходило в стороне, на больших дорогах.

К четырем часам утра внедорожник въехал в нужный район. Через четверть часа езды по лесной грунтовке он взгромоздился на единственную дорогу, ведущую от Байдака к объекту. До цели оставалось полтора километра.

С двух сторон за обочинами возвышался лес. Светать еще не начало, но Павел приказал погасить фары. Машина передвигалась словно на ощупь. Дорога, еле видимая в темноте, виляла то влево, то вправо, пересекла бетонный мостик над пересохшим руслом.

До объекта оставалось семьсот метров, четыреста. Риск возрастал. Павел приказал загнать машину в лес и замаскировать ветками. На это ушло не больше десяти минут.

За этим последовала постановка задачи: не шуметь, в колонну по одному обойти объект с юга. Группа двинулась через лес. Люди бесшумно, словно призраки, скользили под покровом еще не проснувшегося леса.

Небо на востоке подернулось бледным свечением, когда спецназовцы вышли к пруду, подозрительно смахивающему на болото. Берег был завален гнилыми корягами, ветками, трухлявыми стволами деревьев. Почва прогибалась под ногами, трава, завивающаяся в бороды, цеплялась за щиколотки. Бойцы расползались, укрывались за корягами.

Позади пруда из сизого марева поднимался высокий забор, украшенный проломами. За ним-то и находился искомый объект. К нему вела дорога, проходящая справа. Дальний берег пруда практически упирался в дырявую ограду.

Бойцы подползали берегом, перебирались через плавни, страхуя друг друга. Вставать в полный рост было опасно. Через четверть часа вся группа расположилась на северной оконечности водоема. Благо тут было где укрыться. Трое поползли в обход, с запада, четверо – с востока.

Небо серело, когда спецназовцы по одному стали переползать за забор. Для укрытия они использовали ямы и горы мусора, которых тут было вдоволь.

В седой предрассветной мгле открывалась какая-то странная картина. Приземистое здание в седловине между холмами выглядело зловеще. Старое, добротное, хотя изрядно тронутое тленом. Целых стекол на всех этажах практически не было, лишь кое-где на первом, да и те были переклеены изолентой. Зато решетки стояли везде, время их не брало. Позади здания проглядывали еще какие-то строения, но они, по-видимому, не использовались.

Лечебница была опоясана двумя рядами колючей проволоки. По внутреннему периметру сновали тени часовых. Мерцала фигура в районе крыльца. Видеть спецназовцев солдаты пока не могли. Но когда рассветет да при ярком солнце…

Павел всматривался во мглу. Объект был какой-то неухоженный. Впрочем, если у СБУ есть идея довести его до ума, то все может получиться. Отремонтировать здание, облагородить и укрепить территорию.

Когда-то в заборе были ворота. Створки остались и сейчас, но находились в плачевном состоянии и практически падали. От них за колючую проволоку вела дорога, во всяком случае, хлам в том месте был убран. Полосатый шлагбаум перегораживал проезд. Возле него переминались еще двое солдат. Ветерок доносил обрывки слов, грубый гогот.

– Командир, что делать? – глухо спросил в переговорник Корвич. – Скоро рассветет, опасно тут лежать. А между колючками, видимо, мины, да и часовые там постоянно шатаются.

– Да, командир, мы где? – встрепенулся Винничук. – В активном поиске или в пассивном ожидании?

– Не гоните, – буркнул Павел. – Чапай думает.

Штурмовать заведение в лоб было бы не самым взвешенным решением. Спецназ одолел бы врага, но понес бы потери. Слишком много автоматчиков шастало по окрестностям. Хорошо, что они хоть не выходили за пределы колючки.

Что-то подсказывало Соколовскому, что публика эта подготовлена к бою. Да и глупо штурмовать. Нет ни одного подтверждения, что Борисов находится здесь. Нужно получить его, черт возьми! Или доказать обратное.

– Приказ всем! – пробормотал он в микрофон. – Отползаем за забор, к пруду. Там окапываемся. Будем наблюдать за объектом.

– Командир, подожди, – подал голос Рустам Боев. – Ты прав, всей толпе отсюда надо уходить. Эти кексы, может, и глупые, но не слепые. Разреши, я обойду объект сзади и постараюсь выяснить, что здесь к чему. Думаю, пролезу под колючкой, разберусь с минами. Содержать людей могут только в подвале. Может, найдется слуховое оконце или еще что-нибудь, разговоры подслушаю.

– Дерзай, Рустам, – поколебавшись, разрешил Павел.

Он знал, что Боев пролезет в любую щель, движется тише мыши.

– Но учти, если спалишься, нам придется уходить либо тупо штурмовать. Заходи сзади, свей гнездышко на задворках, там и сиди. Помни, если до рассвета не уйдешь, то потом и не пытайся.

– Хорошо, останусь отдыхать на вражеской территории, – сказал Боев.

Бойцы отползали по одному, плавно, без резких движений. Выбравшись за ограду, откатывались в разные стороны.

– Двое на западный берег, двое на восточный! – скомандовал Павел. – Наблюдать за обстановкой, не высовываться. Корвич, остаешься со мной у забора.

Они лежали напротив пролома, имея возможность видеть все, что происходит у фасада здания. Стремительно светало, ветерок разгонял перистые облачка. За маскировку командир не волновался. Разглядеть спецназовца в защитной накидке, лежащего среди коряг и камней, сможет далеко не каждый.

– Я на территории, – сообщил в наушник Рустам. – С тыльной стороны здания тоже колючка, но здесь кустарник, можно подобраться к ней вплотную.

– Ты прошел ее?

– Да, извернулся. Порезал так, что со стороны не видно. Между рядами вкопаны противопехотные мины нажимного действия. Старье, еще с войны. Так, ерунда, но лучше, конечно, не попадать. Установлены через три метра и явно не мастером этого дела. Их видно, между ними танк проедет. Эти парни, похоже, идиоты. Если случайно рванет, их и положит. Я на задней стороне, здесь много мусора, камней, земля под фундаментом растрескалась, можно легко спрятаться. Там и отсижусь, прикроюсь фанерой, когда рассветет. Часовые проходят мимо каждые три минуты. Шастают туда-сюда как какие-то роботы. – Боев тяжело дышал, похоже, полз. – Командир, здесь окно почти вровень с землей. Гадом буду, подвал. На окне решетка. Сейчас залягу рядом, может, что-нибудь услышу.

– Осторожнее там, – предупредил Павел.

– Все в порядке, тут приямок, зароюсь в него. Голоса какие-то, но глухо. Кажется, женщина вскрикнула, мужик хохочет.

– И здесь гуляют?

– Не думаю, командир. Тюрьма как-никак. Ладно, временно затыкаюсь, освоиться надо.

Послышался гул мотора. Ополченцы застыли. По извилистой лесной дороге приближалась машина. Фары плясали по озерной воде, покрытой ряской, вырывали из полумрака сучковатые уродливые коряги, пятнистые спины спецназовцев, сливающихся с местностью.

Машина двигалась как-то неуверенно, разгонялась, потом начинала петлять, словно у нее, как ноги у пьяного, путались колеса. Это был не очень новый джип. Он объехал озеро, подкатил к символическим воротам.

Павлу стало любопытно, он подполз к пролому. Уже достаточно рассвело, но в его сторону караульные не смотрели. Им было куда глядеть.

Похоже, водитель был подшофе. Проезжая мимо ворот, он зацепил стойку, газанул от злости, подлетел к шлагбауму и едва не протаранил его.

Караульные предпочли не нарываться и подняли шлагбаум. Джип выпустил струю ядовитого газа и проскочил внутрь. Он затормозил у крыльца. С водительского сиденья свалился подтянутый тип в штатском. Он определенно был под мухой, хотя и не сказать, что очень сильно. Пассажирское место покинул невысокий худосочный субъект в защитном одеянии без знаков различия.